Коллега публично унизил меня на корпоративе: я публично указала на его некомпетентность при руководителе

Я отодвинула тарелку с остывшим филе. Денис сидел напротив и говорил, перекрывая гул ресторана. Он обращался не только ко мне, но и к коллегам по отделу логистики, сидевшим за этим же столом.

– Светлана, вам бы поменьше вмешиваться в чужие сводки, – произнёс он, отпивая вишнёвый сок. – Вы же у нас опытная, занимались бы наставничеством, а не лезли в оперативку. Мы тут новые системы внедряем, вникаем, а вы замедляете процесс и создаёте видимость бурной деятельности.

Я взяла стакан с водой. За столом стало тихо, кто-то из коллег неловко придвинул прибор.

– Денис, если бы я не проверяла, твой отчёт по топливным расходам за третий квартал ушёл бы к руководству с расхождением в четыре миллиона, – сказала я, не повышая голоса. – И именно ты на прошлой неделе трижды скидывал мне таблицы, чтобы не выглядеть некомпетентным перед Олегом. Так что давай сразу определимся, кто здесь кого догоняет и кто создаёт видимость.

Денис медленно поставил стакан. Шея и уши покраснели. Он хотел что-то возразить, но не нашёл слов. Олег, наш руководитель, просто кивнул мне и перевёл тему на организацию завтрашней отгрузки. Ужин больше не клеился. Когда вышли на улицу и вызвали такси, Денис молча сел в другую машину и уехал первым.

В такси с Юлей мы долго молчали. Она смотрела в окно, потом повернулась ко мне.

– Света, ну ты его при всех, – тихо выдохнула она. – Ему теперь, наверное, очень неловко. Зачем так жёстко? Можно было просто промолчать или отшутиться.

– Я не для того хожу на работу, чтобы за мой счёт самоутверждались, – я поправила ремень безопасности. – Он сам начал. При всех. Значит, и ответ будет при всех.

– Я просто переживаю, – Юля теребила ремешок сумки. – Денис ведь теперь затаит обиду. Завтра в отделе будет напряжённо.

– Пусть будет. – Я откинулась на спинку сиденья. – Мне не нужно, чтобы он меня любил. Мне нужно, чтобы он делал свою работу.

Утром я пришла в офис на полчаса раньше, чтобы спокойно разобраться с почтой. Когда в восемь тридцать шла к кабинету, Юля уже стояла у кофемашины. Видно, не спала ночь.

– Свет, он уже тут, – шепнула она, кивая в сторону стеклянных перегородок. – Сидит в переговорке. Олег тоже на месте, вызвал его к себе десять минут назад.

Я кивнула, прошла в свой кабинет, включила компьютер и открыла почту. Минут через сорок на мой стол упала тень. Я подняла глаза. В дверях стоял Денис. Бледный, с тёмными кругами под глазами, но смотрел прямо.

– Светлана, нам нужно поговорить, – выдохнул он. Голос был хриплым. – В маленькой переговорке. Без Олега.

Я закрыла файл с таблицей и встала. Мы прошли в пустую комнату для совещаний. Денис не сел, а прислонился к краю стола, скрестив руки на груди.

– Я не пришёл извиняться, Свет, – начал он, глядя в стену за моей спиной. – Вчера я перегнул палку. Но ты не понимаешь, что происходит.

– Объясни. – Я села на стул. – Слушаю.

Денис провёл ладонью по лицу. Его поза вдруг стала не такой уверенной, плечи опустились.

– Ты думаешь, мне приятно просить тебя переделать отчёты? – он посмотрел на меня, и в глазах я увидела не злость, а отчаяние. – Ты думаешь, я не вижу, как Олег на тебя смотрит? Как хвалит? Я тут три года. Знаю всех водителей, как выбить машины, договориться с базами. А ты пришла полтора года назад, села за компьютер и за месяц оказалась лучше всех.

Он замолчал, переводя дыхание. Я не перебивала.

– У меня ипотека на двадцать лет, – он говорил тише. – Жена в декрете со вторым. Старший в частном саду, в муниципальный не попали. Если меня сократят или лишат премии, мне некуда идти. Я боюсь, Свет. Боюсь, что Олег поймёт: я не тяну, и приведёт кого-то пошустрее. А тут приходишь ты и показываешь, что я делаю работу в десять раз хуже. Я просто сорвался.

Он говорил правду. Это был не хамский выскочка, а мужчина, теряющий почву под ногами. Агрессия как защита от страха. Но черту он перешёл.

– Я понимаю твои страхи. – Я ответила ровно. – Но это не моя проблема. Ты выбрал профессию, где нужна точность. Если не можешь свести баланс, я не виновата. Унижая меня, ты не поднимешь свою ценность в глазах Олега. Он ценит результат. А результат даю я, исправляя за тобой.

– Я больше не буду просить тебя переделывать, – он упрямо сжал челюсти. – Я сам буду сидеть ночами.

– Сидеть ночами и делать работу некачественно – это не выход. – Я вернулась к компьютеру. – Олег вызвал тебя не для того, чтобы ты страдал. Он вызвал тебя, чтобы понять, как нам дальше работать. Иди к нему.

Денис кивнул, оттолкнулся от стола и вышел. Я осталась в переговорке ещё на минуту, собираясь с мыслями. Мне было жаль его, но сочувствовать ему я не собиралась.

Через час меня вызвал Олег. Он сидел за своим столом, перед ним лежали распечатки маршрутных листов.

– Светлана, садись, – бросил он, не отрываясь от бумаг. – Я поговорил с Денисом. Ситуация мне ясна. С одной стороны, он наговорил лишнего. С другой, я вижу, что он действительно не справляется с аналитикой. Он хороший практик, знает внутреннюю кухню, у него связи на складах, но цифры – это не его.

– Что вы решили? – я устроилась на стуле.

– Увольнять не буду. – Олег поднял глаза. – Он нам на операционке нужен. С завтрашнего дня сдаёт только первичку и маршрутные листы. Сводную аналитику делаешь ты. Но ответственности не освобождаем. Он обязан пройти обучение по учётной системе и таблицам. Через месяц аттестация. Не сдаст – переведём на складского экспедитора, там ставка в два раза ниже. А ты будешь его ментором. Не переделывай молча, указывай на ошибки, заставляй исправлять в черновиках. Пусть учится видеть цифры до того, как документ уйдёт ко мне. Поняла?

– Понятно. – Я кивнула. – А если он снова начнёт хамить?

– Тогда он будет искать новую работу. – Олег вернул взгляд к бумагам. – Но я надеюсь, вчерашний урок пошёл ему впрок. Иди работай.

Следующие две недели прошли в напряжённом ритме. Денис приходил ко мне не с готовыми отчётами, а с черновиками. Я проверяла их, находила ошибки и возвращала обратно. Первые три раза он пытался спорить, доказывая, что его метод подсчёта верен. Я просто указывала на пункт в регламенте, который он игнорировал. К четвёртому разу он перестал спорить и начал молча забирать папку.

Поздно вечером, когда большинство сотрудников уже ушло, я осталась задержаться, чтобы закрыть документы по месяцу. В офис зашёл Денис. Он был в расстёгнутой рубашке, рукава закатаны, в руках он держал толстую папку с таможенными декларациями.

– Светлана, вы ещё не ушли? – Денис подошёл к столу. В его голосе не было прежней агрессии, только усталость и сосредоточенность. – Тут с кодами путаница. Таможня завернула партию комплектующих. Перепроверил три раза, но инспектор выставляет штраф. Не вижу, где ошибка.

– Закрываю месяц. – Я не подняла глаз от монитора. – Что случилось?

Я отодвинула клавиатуру и посмотрела на него. Раньше он бы просто скинул файл. Но сейчас стоял и ждал.

– Садись. – Я придвинула папку. – Открывай спецификацию на поставщика.

Денис сел напротив, открыл ноутбук. Мы склонились над документами.

– Смотри, – я указала пальцем на третью графу. – Ты указал код для готового изделия. А это комплектующие, которые пойдут на сборку. Разница в пошлине почти двадцать процентов. Инспектор прав.

Денис вгляделся в экран, потом в бумагу. Молчал минуту, водя пальцем по строкам.

– Точно, – он выдохнул. – Я скопировал код из прошлого месяца, а номенклатура у них изменилась. Я невнимателен.

– Не невнимателен. – Я не согласилась. – Ты спешишь. Пытаешься сделать всё за один день, чтобы отчитаться, и не читаешь сопроводительные письма.

Он кивнул, исправляя код в электронной таблице.

– Светлана, – он не отрывал взгляда от экрана. – Спасибо. Не за то, что указали на ошибку. А за то, что не стали просто переделывать за меня. Я в этих кодах теперь разбираюсь лучше, чем в своих маршрутах.

– Это и была моя задача. – Я вернулась к монитору. – Если ты будешь делать свою работу хорошо, мне не придётся тратить время на то, чтобы объяснять тебе элементарные вещи.

– Я понял. – Денис закрыл ноутбук и встал. – Я завтра с утра отправлю исправленные декларации. Хорошего вечера.

– И тебе. – Я кивнула.

Он вышел из кабинета. Я посмотрела на часы. Было уже почти восемь. Я доделала последние проводки, сохранила файл и начала собираться домой.

В лифте я смотрела на меняющиеся цифры этажей. Ситуация изменилась. Денис больше не пытался меня задеть, стал собранным, научился проверять цифры перед тем, как нести их Олегу.

Мы не стали друзьями. Не ходили вместе на обеды. Но между нами выстроилась чёткая граница. Он знал, что я не буду делать его работу. А я знала, что он больше не использует меня как мишень для выплеска эмоций.

Я вышла на улицу. Город был тихим, фонари отражались в лужах. Легко было бы написать заявление и уйти, где никто не пытается унизить. Но тогда я бы оставила отдел без надёжного человека, а Денис точно вылетел бы. А так он хотя бы освоил базу.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Коллега публично унизил меня на корпоративе: я публично указала на его некомпетентность при руководителе