Я держала в руках толстую папку для поздравлений, пока Эдуард искал на столе ручку. Мы сидели в кабинете начальника цеха, отмечая его юбилей, и вокруг суетились коллеги с подарками и тортами. Жена Эдуарда, Инна, протянула мне маркер, чтобы я вписала себя в список гостей, но я посмотрела на Олега.
Он стоял у окна, поправлял галстук и делал вид, что не замечает суеты. Инна улыбнулась и спросила, как именно нам записаться: от семьи или по отдельности. Олег развернулся, забрал у меня маркер и крупно вывел только свою фамилию и имя, даже не оставив места для моей подписи. Я молча взяла папку и передала её дальше по кругу.
Мы прожили вместе двенадцать лет, но в его рабочем окружении я всегда была на вторых ролях, а этот эпизод с папкой просто показал, что ничего не изменилось.
Дорога домой заняла минут сорок. Олег вёл машину молча, на поворотах тормозил так, что меня бросало вперёд. Я молчала, ожидая привычного объяснения, почему он снова решил сыграть роль холостяка. Когда мы заехали во двор, он заглушил двигатель, но дверь не открыл.
– Свет, ты же понимаешь, что штамп в паспорте ничего не меняет. – Он не отрывал взгляда от лобового стекла. – Я уже на эти грабли наступал. Второй раз повторять ошибку не собираюсь.
– Я и не прошу тебя жениться, Олег. – Я отстегнула ремень. – Но зачем было так демонстративно вычёркивать меня из списка? Инна даже растерялась.
– Это формальность. – Он отмахнулся и открыл дверь. – На работе свои порядки. Мы с тобой и так семья, зачем афишировать это перед коллегами? Им достаточно знать, что я свободный в своих решениях человек, а не тот, у кого каждый шаг согласован с женой.
Я промолчала. Спорить в машине было бессмысленно. Мы поднялись на пятый этаж, молча разделись, и он сразу ушёл на кухню заваривать чай. Я села в кресло. Двенадцать лет я подстраивалась под его страхи и нежелание делить имущество.
Его первый брак закончился, когда ему было тридцать. Бывшая жена Нелли забрала половину дачи, которую они купили ещё в девяностые, и половину сбережений. Олег до сих пор с возмущением рассказывал, как его раздели через суд, как нотариус и адвокаты забрали своё. Я тогда согласилась на всё: мы жили в его квартире, которая досталась ему от матери, я не требовала ничего, мы даже общий бюджет вели раздельно, чтобы не было претензий. Я думала, что это просто его травма, которая со временем пройдёт. Но сейчас я поняла, что это не травма. Это его принцип.
Через три дня позвонил Виталий, его бывший заместитель, с которым они до сих пор ездили на рыбалку. Олег был в ванной, а я отвечала на кухне, готовя ужин.
– Светочка, привет! Слушай, мы тут с ребятами собираемся на базу отдыха в следующие выходные, Олег сказал, что вы с ним обязательно приедете. Я хотел уточнить, нам бронировать домик на вашу семью?
– Виталий, здравствуйте. – Я выключила плиту. – Мы с Олегом не планировали ехать. Да и какая я ему жена, мы даже не расписаны.
– Да ладно тебе, какие ваши годы. – Он засмеялся в трубку. – Вы столько лет вместе, все давно считают вас мужем и женой.
– Нет, Виталий, мы не муж и жена. – Я говорила твёрдо. – Олег не хочет регистрировать брак.
В этот момент из ванной вышел Олег. Он услышал мой голос, нахмурился и протянул руку за телефоном. Я отдала ему трубку, продолжая следить за ужином.
– Алло, Вит. – Его голос стал глухим. – Да нормально всё. Света просто путает. Конечно, мы приедем. Домик бери на двоих.
Он положил трубку на стол и посмотрел на меня, как на врага.
– Ты зачем ему это сказала? – Голос сорвался.
– Что я сделала? – Я выключила плиту и повернулась к нему. – Я сказала правду. Ты сам мне вчера говорил, что не собираешься повторять ошибку.
– Это между нами! – Он рявкнул и стукнул ладонью по столу. – Зачем ты выносишь это на люди? Ты выставила меня несерьёзным человеком!
– Олег, ты сам отказался вписывать меня в поздравительную папку. Ты сам сказал, что на работе свои порядки.
– Порядки подразумевают, что у мужчины есть женщина! – Он заходил по кухне. – А ты ему говоришь, что мы не расписаны. Виталий сейчас раззвонит всем, что я живу с женщиной без штампа!
– Но ведь это так и есть. – Я ответила спокойно. – Мы не расписаны.
– Ты не понимаешь. – Он нервно сжал в руке яблоко. – У мужика должна быть жена. Это статус. А ты меня перед пацанами кем выставляешь?
– То есть… – Я даже привстала со стула. – Ты не хочешь жениться, потому что это ошибка, но хочешь, чтобы все думали, что мы женаты, ради статуса?
– Именно! – Он вытер рот рукавом. – Ты должна при людях поддерживать вид.
Я села за стол и молчала.
– Олег, давай честно. Ты боишься.
– Я не боюсь! – Он снова заходил по кухне. – Я просто практичный. Мы живём хорошо. У тебя крыша над головой, я обеспечиваю коммуналку и продукты. Чего тебе ещё надо?
– Мне не надо ничего, кроме честности. Ты хочешь казаться серьёзным мужчиной, но не хочешь нести за меня ответственности.
– Ответственность не в бумажке! – Он остановился. – Свет, я о тебе забочусь. Но я знаю, чем заканчиваются эти штампы. Женщина получает бумагу и начинает считать, что ей всё можно. Я начальник цеха, у меня репутация. Не могу позволить, чтобы потом полцеха надо мной смеялось.
– А как же Марк? – Я не унималась. – Ему скоро двадцать пять, он женится. Ты же говорил, что хочешь переоформить на него квартиру.
– Вот именно! – Он указал на меня пальцем. – Марк сейчас на грани. Если мы распишемся, он подумает, что ты хочешь откусить кусок от его наследства.
– Олег, у меня есть своя работа в архиве, свои сбережения. – Я оперлась локтями о стол. – Мне не нужна твоя квартира.
– Я знаю, что ты не такая. – Он смягчился и потянулся к моей руке. – Но Марк не будет вникать. Он увидит штамп и решит, что ты меня обманула.
– То есть я для тебя угроза. – Я убрала руку. – Партнёры не стесняются друг друга на юбилеях. Ты стесняешься меня. Тебе удобно, когда я веду хозяйство, но неудобно представить как законную жену.
– Это глупости. – Он махнул рукой. – Просто скажи Виталию, что мы приедем и что ты моя жена. Для всех.
– А для налоговой я кто?
– Для налоговой ты просто жилец на моей жилплощади.
– Близкий человек, которого стыдно назвать женой. – Я встала из-за стола. – Олег, ты хочешь, чтобы я врала твоим друзьям?
– Я хочу, чтобы ты думала о моей репутации! – Он повысил голос. – Ты живёшь в моём доме, ешь мою еду, а на людях меня же и выставляешь посмешищем.
– Но ты же именно этого и боишься. – Я сказала тихо. – Ты боишься ответственности. И я больше не хочу в это играть.
На следующий день я была в архиве, оформляла документы, и пока я стояла в очереди к рабочему столу, ко мне подошла Инна, жена Эдуарда. Она как раз работала в соседнем отделе.
– Светочка, какая встреча. – Она улыбнулась. – Слушай, я вчера с Олегом говорила. Он расстроенный ходит, говорит, вы поссорились из-за домика на базе.
– Мы не ссорились, Инна. Просто мы с Олегом по-разному на это смотрим.
– Да брось ты. – Она махнула рукой. – Он же тебя женой считает. Мужчины они такие, у них свои заморочки.
– Инна, Олег мне прямо сказал, что жениться не будет, потому что это ошибка. А на людях просит меня врать, что мы расписаны, чтобы не потерять авторитет.
Инна даже привстала.
– То есть как это не будет? Вы же двенадцать лет вместе.
– Именно. Двенадцать лет я для него удобна дома, но на людях он меня прячет.
– Ох, Олег,. – Инна выдохнула. – Прости, Света. Но ты ему что, мебель?
– Примерно так. – Я кивнула. – Только мебель он на юбилеях в папке не вычёркивает.
– Так ты что, не поедешь на базу?
– Поеду. – Я усмехнулась. – Но не как его жена. А как его знакомая Светлана. Посмотрим, как он будет представлять меня Виталию.
Инна покачала головой.
– Ты держись, Светочка. Если что, приходи к нам. Мы с Эдуардом тридцать лет вместе, и он ни разу не усомнился, что я – его семья.
– Спасибо, Инна. Мне пока есть куда идти.
В субботу мы поехали на базу отдыха. Олег всю дорогу молчал, вцепившись в руль и нервно притормаживая на каждом повороте. Я не хотела давать ему повода для скандала до приезда. Когда мы подошли к домику, Виталий уже был там, подготавливая мангал. Он увидел нас, улыбнулся и пошёл навстречу.
– Ну что, семья, заезжайте! Домик тёплый, дрова есть.
Олег посмотрел на меня, ожидая, что я подхвачу его игру. Но я просто прошла мимо него, поставила сумку на крыльцо и протянула Виталию руку.
– Здравствуйте, Виталий. Спасибо, что пригласили.
Виталий слегка растерялся, но пожал мне руку.
– Здрасьте, Светочка. Проходите.
Олег покраснел, подошёл к Виталию и хлопнул его по плечу.
– Ну что, друг, показывай, что тут у вас.
– Да всё нормально. – Виталий посмотрел на Олега, потом на меня. – Слушай, Олег, а я думал, вы с женой приедете. Света-то как-то официально здоровается.
– Да ладно тебе, Вит. – Олег нервно рассмеялся. – У нас тут свои нюансы.
– Какие нюансы? – Виталий нахмурился. – Ты же по телефону сказал, что вы семья. А тут вы даже не держитесь за руки. Ты что, меня обманываешь?
– Виталий, не начинай. – Голос Олега стал жёстким. – Мы приехали отдыхать.
– Да какие отношения? – Виталий скрестил руки на груди. – Мне Инна вчера позвонила. Рассказала, как ты на юбилее Эдуарда Свету из списка вычеркнул. А теперь говоришь, что она твоя жена, а она со мной здоровается как чужая. Ты что, врёшь мне?
– Я не вычёркивал. – Олег посмотрел на меня с ненавистью. – Это Света сама так себя ведёт. Обиделась на ерунду и показывает характер.
– Олег. – Я спокойно посмотрела на него. – Я просто не вру. Ты сам сказал, что мы не семья. Вот я и не называю себя твоей женой.
– Свет, прекрати. – Он шагнул ко мне, пытаясь схватить за локоть, но я убрала руку.
– Нет, Олег, давай закончим этот спектакль. – Я повернулась к Виталию. – Виталий, Олег не хочет регистрировать наш брак. Он боится, что я претендую на его имущество. Поэтому на людях просит меня врать, что мы муж и жена.
Виталий смотрел на Олега с открытым недоумением. Рядом появился Анатолий с охапкой дров.
– Ты серьёзно? – Виталий не верил своим ушам. – Ты не женишься на женщине, с которой двенадцать лет живёшь, потому что боишься, что она что-то поделит? А на людях хочешь, чтобы она тебя женой называла?
– Вит, ты не понял. – Олег начал багроветь. – Я просто практичный. У меня сын женится, я хочу ему квартиру оставить.
– И поэтому прячешь женщину, которая столько лет ведёт твой быт? – Анатолий поставил дрова на землю. – Олег, я со своей второй женой пятнадцать лет. Я ей всё переоформил ещё десять лет назад. И сплю спокойно. А ты дрожишь за каждую копейку.
– Вы не понимаете. – Лицо Олега стало пунцовым. – Это моё личное дело.
– Личное дело – это когда ты один живёшь. – Виталий отрезал жёстко. – А когда с женщиной живёшь, ты либо отвечаешь за неё, либо нет. Раз тебе стыдно её женой назвать, значит, ты не настоящий мужчина.
– Виталий, ты не имеешь права… – Олег сделал шаг вперёд.
– Имею право. – Виталий оборвал его. – Ты меня в гости позвал. А теперь выясняется, что ты обманываешь. Я с такими ‘серьёзными мужчинами’ рыбачить не хожу. Поехали, ребята, мангал собирать.
Виталий и Анатолий ушли к мангалу. Олег стоял красный. Злой не на себя, а на то, что при коллегах вышло такое.
– Ты довольна? – Он шипел. – Ты разрушила мои отношения с другом.
– Я ничего не разрушала, Олег. – Я взяла свою сумку и пошла к двери домика. – Я просто перестала врать.
– Ты вернёшься. – Он бросил мне в спину. – Куда ты денешься? Тебе уже за пятьдесят, ты на своей квартире не живёшь.
Я остановилась на крыльце и посмотрела на него.
– Знаешь, Олег, я действительно не хочу больше жить в твоей квартире. Инна сегодня предложила мне посмотреть небольшую студию на окраине, которую хозяева хотят продать. Я возьму ипотеку. У меня хорошая зарплата и стаж.
– Ты блефуешь. – Он усмехнулся, но в его голосе уже не было уверенности. – Ты не потянешь ипотеку.
– Потяну. А ты продолжай играть в серьёзного мужчину. Только учти, Виталий сейчас расскажет эту историю всему цеху. И когда ты в следующий раз будешь вычёркивать меня из папок, подумай, кого именно ты на самом деле выставляешь посмешищем.
Я вошла в домик и закрыла дверь. За окном Олег стоял один, смотрел на мангал, к которому уже подходили остальные коллеги. Я знала, что обратно в его машину я не сяду. И в его папке я больше никогда не подпишусь.
Накрыла стол «как в СССР» для гостей: молодежь не поняла, а подруги плакали. Куда исчез вкус «того самого» Наполеона?