— Нет, ну правда, зачем мы вообще согласились? – в сотый раз спросила Валерия, нервно поправляя макияж в зеркале заднего вида.
Гена крепко сжимал руль, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё кипело. Опять начинается. Каждый выход в свет превращался в испытание. Сначала долгие сборы, потом бесконечные сомнения, а затем – неизбежные упрёки.
— Мам, я хочу домой! У меня там новая игрушка! – капризно протянула семилетняя дочка с заднего сидения.
Ну конечно, новая игрушка. За последний месяц Валерия накупила ребёнку столько игрушек, что они уже не помещались в детской.
— Милая, мы уже почти приехали. Сергей очень настаивал, неудобно было отказываться, — попытался объяснить Гена, включая поворотник.
— Неудобно? А удобно портить себе праздник? – парировала Валерия. – Ты же знаешь, у меня режим питания, диета. Что я там буду есть? Сидеть и смотреть, как все празднуют?
Три месяца. Три бесконечных месяца этой новой одержимости. Сначала Гена поддерживал стремление жены следить за фигурой – кому не хочется хорошо выглядеть? Но постепенно диета превратилась в манию. Валерия взвешивала каждый грамм, высчитывала калории, отказывалась от семейных ужинов.
А ведь раньше они так любили готовить вместе…
— Папа, скучно! – снова подала голос дочь, пиная ногами переднее сиденье.
— Прекрати немедленно! – резко обернулась Валерия. – И перестань ныть, ты уже большая девочка.
Гена вздохнул. Когда-то они были другими. Познакомились на работе девять лет назад – молодые, весёлые, полные планов. Валерия тогда работала в бухгалтерии, часто заходила в его отдел с документами.
Он любил её звонкий смех, искренность, лёгкость в общении. Куда всё это делось?
Свадьба была скромной – решили не тратить деньги на пышное торжество, лучше отложить на первый взнос по ипотеке. Но ипотеку так и не взяли – зарплаты росли медленнее, чем цены на квартиры.
Сначала снимали однушку, потом, когда родилась дочка, пришлось искать двухкомнатную. Каждый переезд – как маленькая жизнь. Новые надежды, новые планы… и новые разочарования.
Машина остановилась возле многоэтажки. Сергей жил на двенадцатом этаже в просторной трёхкомнатной квартире. После недавнего ремонта он при каждом удобном случае приглашал коллег в гости – гордился своим жильём.
А чего тут гордиться? – мелькнула у Гены завистливая мысль. – Просто повезло с наследством от тётки.
Эта зависть грызла его изнутри. Все вокруг как будто жили лучше, успешнее, счастливее. У Сергея – квартира в центре, у других коллег – загородные дома, новые машины. А он что может дать своей семье? Съёмную квартиру на окраине да подержанную малолитражку?
— Добро пожаловать! – радостно встретил их Сергей.
В квартире уже было несколько гостей – молодые пары, все нарядные и весёлые. Геннадий сразу почувствовал себя неуютно в своём старом пиджаке. Хотел купить новый к празднику, но пришлось потратить деньги на ремонт стиральной машины.
Все такие успешные, холёные… Жена Сергея, Наталья, порхала между гостями с грацией профессиональной хозяйки светских раутов. На ней было элегантное платье, которое наверняка стоило как половина Гениной зарплаты.
Первые полчаса прошли относительно спокойно. Валерия демонстративно отказалась от всех закусок, поджав губы. Гена заметил, как она придирчиво разглядывает других женщин – наверняка сравнивает себя с ними.
И когда же это закончится?
А ведь раньше она была совсем другой. Любила принимать гостей, готовить что-нибудь необычное, экспериментировать с рецептами. Её запеканка с грибами была легендой отдела – коллеги до сих пор её вспоминают.
— Геннадий, а у вас что нового? – поинтересовалась Наталья, пытаясь вовлечь его в разговор.
— Да что тут нового… – он махнул рукой. – Работы много, платят мало. Начальство требует невозможного. Вон, Серёге хорошо – квартира своя. А мы снимаем, о собственной даже мечтать не приходится.
Зачем он это сказал? Зачем опять начал жаловаться? Но остановиться уже не мог:
— Цены растут, аренду подняли… Ещё и ремонт недавно влетел в копеечку. А тут премию урезали, представляете? Говорят, оптимизация…
— Дорогой, может не стоит грузить людей своими проблемами в праздник? – процедила Валерия, сверля мужа недовольным взглядом.
— А когда стоит? – резко ответил он. – Ты же сама постоянно твердишь, что надо что-то менять! То работу поменять, то квартиру получше найти…
Алиса, которая до этого момента сидела в углу дивана с недовольным видом, вдруг демонстративно скрестила руки на груди:
— Я НЕ буду играть с этими куклами! Они некрасивые! И вообще, я хотела быть дома!
Точная копия матери – подумал Гена, глядя на дочь. Те же интонации, те же жесты. Когда это началось? Когда их девочка превратилась в маленькую капризную копию Валерии?
— Тише, доченька, – попытался успокоить её Гена, но это только усилило истерику.
— Нет! Не буду тихо! Хочу домой! – девочка расплакалась, привлекая внимание всех гостей.
Неловкость повисла в воздухе. Наталья попыталась разрядить обстановку:
— У нас есть мультики, хочешь посмотреть? И ещё конфеты – самые вкусные…
Но было поздно. Валерия уже поднялась с места, нервно одёргивая платье:
— Вот к чему приводят необдуманные решения, – процедила она сквозь зубы. – Я же говорила, что не стоило приезжать. Тут даже поесть нормально нельзя – одни углеводы на столе.
Последняя капля. Гена почувствовал, как внутри что-то оборвалось:
— А может, хватит уже со своей диетой?! – не выдержал он. – Нормальная еда, вкусная. Люди старались, готовили!
В комнате повисла неловкая тишина. Гости старались не смотреть на разворачивающуюся семейную сцену, но происходящее притягивало взгляды, как магнит.
— Ах, так ты теперь защищаешь чужих людей? – повысила голос Валерия. – А я, значит, должна нарушить свой режим питания? Конечно, тебе ведь всё равно, как я выгляжу!
В этот момент Алиса, воспользовавшись ссорой родителей, схватила вазу с салатом и опрокинула её на пол.
— Ой! – воскликнула одна из гостей, отскакивая в сторону.
— Это всё ваше воспитание, – бросила Валерия мужу. – Вот результат того, что ты никогда не уделяешь ребёнку внимание!
— МОЁ воспитание?! – Гена повысил голос. – А кто постоянно сидит в телефоне, листая эти дурацкие диеты? Ты вообще помнишь, когда в последний раз играла с дочерью?
Три года назад всё было по-другому. Они часто проводили время вместе: ходили в парк, устраивали домашние праздники, читали сказки перед сном.
А потом… Потом появились бесконечные переработки Гены – надо же платить за съёмную квартиру. Новые подруги Валерии с их советами по похудению и самореализации. Детский сад, где Алиса научилась капризничать и манипулировать родителями.
Они теряли друг друга по кусочкам. День за днём, ссора за ссорой. Сначала перестали ужинать вместе – у каждого свой график. Потом пропали совместные выходные – Гена брал подработки, Валерия ходила на фитнес. Семейные праздники превратились в формальность.
Сергей и другие гости в шоке наблюдали за разворачивающейся семейной сценой. Алиса продолжала реветь, Валерия и Гена обменивались колкостями, совершенно забыв, где находятся.
Чужие друг другу люди. Когда это случилось? Как они дошли до этого?
— Знаете что… – начал было Сергей, но его перебила Валерия:
— Нам точно пора. Спасибо за приглашение, но, видимо, это была плохая идея, – она схватила сумочку и направилась к выходу.
— Да-да, конечно, плохая идея, – саркастично протянул Гена. – Потому что тут нельзя считать калории и постоянно говорить о своей диете?
Алиса, уже в куртке, продолжала всхлипывать. Валерия демонстративно не отвечала мужу, пока они спускались на лифте.
Вот она – их сегодняшняя реальность. Недосказанность. Обиды. Претензии. Каждый замкнулся в своём мирке: Гена – в работе и финансовых проблемах, Валерия – в бесконечных диетах и самосовершенствовании, Алиса – в капризах и попытках привлечь к себе внимание.
Сергей и его гости ещё долго обсуждали этот инцидент. Праздничное настроение было безнадежно испорчено. Разбитая ваза, рассыпанный салат и эхо семейной ссоры – вот что осталось от попытки провести новогодний вечер в компании.
— Больше никогда, – твёрдо сказал себе Сергей, убирая последствия катастрофического визита. – Никогда не буду приглашать коллег с их семейными проблемами на праздники.
А в машине Гены царила тишина. Каждый думал о том, как праздничный вечер превратился в демонстрацию их семейных проблем. Но никто не решался заговорить первым. Потому что иногда молчание – единственный способ не сделать ещё хуже. Хотя куда уже хуже?
Свадьбы еще не было, а будущая свекровь уже делила мою квратиру