Муж на новоселье начал при гостях критиковать ремонт моей матери: я забрала сына и уехала

Утро в день новоселья началось с обычной суеты. Я стояла перед зеркалом в прихожей, пытаясь красиво завязать шарф, а мой сын Марк носился по квартире в поисках ботинок. Ноябрь на дворе, в лёгких кроссовках уже холодно.

– Марк, ты где их оставил? – крикнула я.

– Не знаю, мама! – донеслось из его комнаты.

– Ну поищи хорошенько!

Из ванной вышел муж Валентин, на ходу вытирая лицо полотенцем.

– Надя, ты сервиз упаковала?

– Да, в коробку положила. А ты что в руках несёшь?

– Подарочный набор инструментов. – Он похлопал по плотной бумажной упаковке. – Мама же одна живёт, пусть будет под рукой, мелкий ремонт сделать.

– Ну ладно. – Я улыбнулась. – Только не начинай сразу критиковать её ремонт.

– Не буду. – Он нахмурился. – Я же понимаю.

Марк выбежал из комнаты, радостно сжимая в руках ботинки.

– Нашёл!

– Молодец. – Я улыбнулась. – Собирайся быстрее, а то опоздаем.

Мы наконец собрались. Я взяла коробку с сервизом, Валентин – упаковку с инструментами, а Марк нёс свой подарок – рисунок, который он специально нарисовал для бабушки. Спустились на лифте, пошли к машине. По дороге Валентин сказал:

– Надеюсь, маме понравится сервиз. Она давно такой хотела.

– Понравится. – Согласилась я. – А рисунок Марка – это вообще отлично, бабушка точно обрадуется.

Сели в машину, поехали. Приехали, поднялись на этаж. Я нажала кнопку звонка. Марк тут же прижался ухом к двери квартиры.

– Тихо. – Я шикнула на него. – Бабушка ещё не открыла.

Валентин поставил на пол тяжёлую подарочную коробку и поправил воротник куртки. Прислушался к тишине за дверью.

– Странно. Должна была уже открыть.

Дверь наконец распахнулась. Мама стояла в проёме в новом фартуке, который я дарила ей на день рождения, и широко улыбалась.

– Заходите, заходите, родные мои!

Я чмокнула её в щёку, Марк обнял бабушку за талию. Валентин поздоровался и аккуратно внёс тяжёлую коробку с инструментами. Я стянула шарф и кивнула на гостиную.

– Ну что, мама, показывай, что у тебя тут.

Зинаида Михайловна замахала руками.

– Ой, да что показывать, всё как у людей. Проходите в комнату, там и посмотрим.

Мы разделись. Я поставила сервиз на тумбу в прихожей, Валентин приткнул свою коробку рядом. Марк уже убежал в комнату, а мы с матерью и мужем пошли за ним.

И тут началось.

Валентин остановился посреди гостиной, заложил руки за спину и начал медленно поворачивать головой, высматривая что-то на потолке. Прищурился, изучая угол.

– Потолок натяжной, это понятно. А стены?

– Стены оклеила, Валентин, видишь, обои светлые, модные. – Мать улыбнулась.

Он подошёл к стене, наклонился, почти прижался носом.

– Ага. И что это у вас за стыки? Видите, вон там, у плинтуса расхождение? Это же кривые стены были, их надо было выравнивать, а не обои сверху клеить.

Я почувствовала, как у меня внутри всё сжалось. Ткнула его локтём в бок.

– Валентин. Мы же в гости пришли.

– Я и говорю по делу. – Он не оборачивался, продолжая разглядывать плинтус. – Мама, вы сколько за поклейку обоев в гостиной заплатили?

Зинаида Михайловна растерялась, посмотрела на меня.

– Ну… за работу и материалы около сорока тысяч.

– Сорок? – Валентин наконец обернулся, лицо его стало строгим. – Мама, за эти деньги вам должны были хотя бы стыки нормально подогнать. Посмотрите, вон угол, он не девяносто градусов, я вам гарантирую.

– Валентин, хватит. – Голос мой предательски дрогнул.

– Надя, я просто хочу, чтобы мама понимала. – Он повернулся ко мне, и в глазах читалось одно упрямство. – Она эти деньги копила, а результат – вот.

В этот момент из кухни вышла мамина подруга Антонина с мужем Фёдором. Антонина несла тарелку с нарезкой. Увидев нас, она просияла.

– О, все уже тут! Проходите к столу, Зинаида, я всё поставила.

Зинаида Михайловна согласилась, но было видно, что ей не по себе. Она пошла на кухню, а мы сели в комнате за накрытый стол.

Марк уже сидел, листая какую-то книгу, которую нашёл на полке. Я забрала у него книгу и закрыла её.

– За столом не читают.

– Хорошо, мама.

Валентин сел рядом со мной, потянулся за хлебом. Наклонился к моему уху.

– Я же не хочу обидеть. Просто обидно, что маму развели.

– Понимаю. – Я старалась говорить шёпотом. – Но сейчас не время.

Зинаида Михайловна вернулась с кастрюлей, поставила на стол.

– Это у меня картофель по-деревенски. Пробуйте.

Антонина пододвинула салат.

– Зин, ты что, картошку сама чистила? Я думала, ты сейчас в магазине покупной возьмёшь.

– Да нет, что ты, сама. – Мать рассмеялась, вытирая руки о полотенце. – Руки-то есть.

Фёдор, муж Антонины, налил всем в стаканы компот и поднял свой.

– Ну, давайте. За новоселье.

Мы подняли стаканы, чокнулись. Я отпила компот – сладкий, с вишней.

– Вкусно, мама.

– Спасибо, дочка.

Валентин ел молча. Потом он отложил вилку, вытер рот салфеткой.

– Мама, я вам вот что скажу. Плитка в ванной – это вообще отдельная история. Я посмотрел, когда в прихожей куртку снимал, дверь в ванную приоткрыта была. У вас швы какие?

Зинаида Михайловна опустила вилку.

– Валентин, ну зачем ты…

– Я к тому, что вам надо было не частников нанимать, а нормальную фирму. Я бы вам сам всё организовал, у меня ребята есть проверенные. Они бы за эти деньги в два раза лучше сделали.

Антонина посмотрела на меня, потом на Зинаиду Михайловну.

– Зин, ты что, правда сама мастеров искала?

– Да сама. – Мать пожала плечами. – В интернете объявление нашла, позвонила, приехали, сделали.

– А смету тебе составляли? Договор был? – Валентин постучал пальцем по столу.

– Ну… договор был, хоть и простой, на бумаге.

– Вот и я говорю. – Он развёл руками. – Мама, ну как так можно? Ты же вложилась, а результат – вот такой.

Я не выдержала.

– Валентин, хватит уже. Мама сделала ремонт, как смогла. Не тебе её учить.

Он посмотрел на меня удивлённо, нахмурив лоб.

– Надя, я что, ругаю её? Я просто констатирую факты. Я же специалист, я вижу, что не так.

– Специалист ты, может, и хороший. Но сейчас не на объекте.

Фёдор откашлялся.

– Да ладно, Валентин. Зинаида Михайловна сама довольна, и это главное.

– Я-то довольна. – Мать опустила взгляд в тарелку. – Мне нравится. Светло, чисто.

– Вот и хорошо. – Антонина хлопнула меня по плечу. – Из-за чего спорить.

Но Валентин не унимался.

– Нет, вы меня не понимаете. Я же не просто так говорю. У меня же клиент был, ему точно такую же квартиру делали, только он меня послушал, и он в восторге. А тут…

Он махнул рукой.

– Ладно. – Я встала из-за стола. – Поели, давай со стола уберём.

Я начала собирать тарелки. Марк тоже поднялся, понёс свою тарелку на кухню.

– Марк, иди поиграй пока в комнате. Я тебя позову.

Он ушёл, а мы с матерью и Антониной начали мыть посуду. Валентин и Фёдор остались за столом допивать компот.

– Зин, ты не обижайся на него. – Антонина старательно протирала тарелку. – Он же сгоряча.

– Да я не обижаюсь. – Мать вздохнула, споласкивая чашку. – Просто… обидно немного. Я же старалась, выбирала всё сама.

– Я понимаю. Но он правда переживает за тебя.

– Знаю. – Зинаида Михайловна выключила воду. – Просто он мог бы и помолчать при людях.

Мы домыли посуду, вытерли руки. Я вернулась в комнату. Валентин сидел на диване, Фёдор в кресле.

– Ну что. – Валентин хлопнул себя по коленям. – Покажешь мне ванную, мама? Я хоть посмотрю, что там.

Зинаида Михайловна неохотно согласилась.

– Пойдём.

Они ушли в ванную, а мы с Антониной сели на диван.

– Слушай, Надя. – Антонина наклонилась ко мне. – Ты его как-нибудь попридержи. Не дело это – при всех мать отчитывать.

– Я стараюсь. Но он упрямый.

– Я понимаю. Но ты же жена, ты должна ему объяснить.

– Объясняю. Бесполезно.

Через минут десять Валентин и Зинаида Михайловна вернулись. У матери были красные глаза.

– Ну что. – Валентин сел рядом со мной, не обращая внимания на тишину. – Я же говорил. Плитка кривая, швы не затёрты нормально. Я бы за пару дней всё поправил.

– Валентин, хватит уже. – Я сжала кулаки под столом.

– Надя, ну почему ты меня не слышишь? Я же хочу как лучше.

– Я слышу. Но ты не понимаешь, что маме сейчас неприятно.

– Да я не хотел её обидеть. Я просто…

– Ладно. – Я встала, натягивая куртку. – Поехали домой.

– Как домой? – Мать растерянно поднялась с места. – Мы же только пришли.

– Мама, я устала. И Марка пора забирать.

– Ну хорошо. – Зинаида Михайловна тяжело вздохнула. – Тогда заходите в другой раз.

– Обязательно. И мам, не расстраивайся из-за Валентина. Квартира у тебя хорошая, правда.

– Спасибо, дочка.

Мы оделись, обулись. Подарки так и оставили в прихожей.

– До свидания, мама.

– До свидания, Антонина, Фёдор. – Я кивнула гостям и вышла на лестничную клетку. Нажала кнопку лифта.

– Валентин, ты мог бы хоть немного тактичнее. – Голос мой звенел в пустом пролёте.

– Надя, ну что я такого сказал? – Он пожал плечами, глядя в телефон. – Я же правду говорил.

– Правда – это одно, а как её говорить – другое.

– Ну извини. – Он нахмурился, убирая смартфон в карман. – Я не думал, что она так расстроится.

– Ты должен был думать. Это же твоя тёща.

Мы вышли из лифта, пошли к машине. Марк бежал впереди.

– Папа, а мы ещё приедем к бабушке? – Мальчик обернулся на полпути.

– Конечно, приедем. Обязательно.

– А бабушка расстроилась?

– Немного. Но всё будет хорошо.

Сели в машину. Валентин завёл двигатель.

– Надя, я правда не хотел её обидеть. – Голос его стал тише, когда мы выехали со двора.

– Понимаю. Но в следующий раз думай, прежде чем говорить.

– Хорошо. Я постараюсь.

Мы ехали молча. Марк смотрел в окно.

– Мама, а почему папа ругал бабушкин ремонт? – Мальчик оторвался от стекла.

Я посмотрела на Валентина. Он помолчал.

– Марк, я не ругал. Я просто сказал, что можно было сделать лучше.

– А бабушке было неприятно.

– Да. Я понимаю. Я был неправ, что при всех.

– Ну вот. Хотя бы это ты понял.

Мы приехали домой, поднялись в квартиру. Марк сразу пошёл в свою комнату делать уроки. Я разделась, пошла на кухню, поставила чайник.

Валентин тоже разделся и пришёл на кухню.

– Давай поговорим. – Я налила себе чай и ему, придвинула кружку через стол.

– Давай. – Он сел напротив.

– Смотри. Я понимаю, что ты специалист, что ты видишь недостатки. Но мама вложила в этот ремонт свои деньги, свои силы. Она гордилась им. А ты пришёл и всё раскритиковал.

– Надя, ну я же не хотел плохого.

– Я знаю. Но ты мог бы сказать ей это наедине, без гостей. И мягче.

– Ты права. – Он опустил глаза, обхватив кружку ладонями. – Я действительно перегнул палку.

– Вот именно. И ещё. Ты намекнул, что она не должна сама искать мастеров. Это как понимать?

Он поднял на меня глаза.

– Надя, я имел в виду, что если ей понадобится помощь, то пусть она спросит меня. Я бы всё организовал.

– Но она не спрашивала. Она сама решила, сама сделала. И это её право.

– Я понимаю. Просто мне обидно, что она потратила деньги, а результат не очень.

– Но это её деньги. И её квартира. Она имеет право тратить их так, как считает нужным.

– Да, ты права. – Он кивнул. – Я действительно не подумал об этом.

– Вот и подумай в следующий раз. Мама не ребёнок. Она взрослая женщина, и она имеет право на свои решения. Даже если они не идеальны.

– Хорошо, я понял.

– И ещё. В следующий раз, когда мы пойдём к ней в гости, ты не будешь критиковать её квартиру. Ни при ней, ни при ком бы то ни было.

– Хорошо, обещаю.

– Вот и отлично. – Я отпила чай. – А теперь давай пойдём к Марку, проверим уроки.

– Пойдём. – Он встал.

Мы пошли в комнату Марка. Он сидел за столом, писал в тетради.

– Марк, как уроки?

– Почти всё сделал. Осталось математику.

– Давай мы тебе поможем. – Валентин сел рядом с ним, заглядывая в тетрадь.

– Хорошо, папа.

Я смотрела на них и думала о том, что Валентин правда хороший отец и муж, просто иногда он слишком прямолинеен. Но он учится, он понимает свои ошибки.

Вечером, когда Марк уже спал, я позвонила подруге Виктории.

– Вика, привет. Были у мамы на новоселье. Валентин опять отличился.

– Что случилось? – В её голосе послышалось беспокойство.

– Да он начал при всех критиковать её ремонт. Говорит, что стены кривые, плитка положена плохо, деньги зря потрачены.

– Ну надо же. А мама как?

– Расстроилась, конечно. Она же старалась, выбирала всё сама.

– Понятно. А ты что?

– Я его одёрнула. Но он не понимает. Говорит, что он специалист, что он прав.

– А он правда специалист?

– Да, он инженер-сметчик в строительной фирме. Он правда разбирается в ремонтах.

– Ну тогда я его понимаю. Он видит недостатки и не может молчать. Но при всех – это действительно перебор.

– Вот и я ему говорю. Не знаю, что делать.

– А ты с ним поговорила серьёзно?

– Да. Он обещал больше так не делать.

– Ну вот и хорошо. Главное, чтобы он понял.

– Посмотрим. – Я улыбнулась в трубку. – Ладно, не буду тебя задерживать. Пока.

– Пока, Надя. Звони, если что.

Я положила трубку и пошла в спальню. Валентин уже лежал в кровати, читал книгу.

– Ты с Викой разговаривала? – Он не отрывался от страниц.

– Да. Рассказала про сегодняшний день.

– И что она сказала?

– Что ты переборщил. – Я села рядом, улыбнувшись.

Он закрыл книгу, посмотрел на меня.

– Надя, я правда не хотел. Просто когда я вижу, что человека обманули, у меня внутри всё переворачивается.

– Я понимаю. – Я положила руку ему на плечо. – Но мама не была обманута. Она сама выбрала этих мастеров, сама решила, как делать ремонт. Это её жизнь, её квартира.

– Я знаю. Просто я привык, что если я вижу ошибку, то должен о ней сказать.

– Но не всегда надо говорить. Иногда лучше промолчать.

– Ты права. – Он кивнул. – Я буду стараться.

– Вот и хорошо. – Я поцеловала его в щёку. – А теперь давай спать. Завтра на работу рано.

– Давай. – Он выключил свет.

Мы легли, и я долго не могла уснуть, думая о том, как всё прошло.

На следующий день на работе я вкратце пересказала вчерашнюю историю коллеге Ирине за чашкой кофе. Она покачала головой, посочувствовала и согласилась, что Валентин переборщил, но в целом он хороший человек. Я вернулась в свой кабинет, села за компьютер. Работа шла нормально, но мысли постоянно возвращались к вчерашнему дню.

Вечером, когда я пришла домой, Валентин уже был на кухне, готовил ужин.

– Привет. – Я обняла его за плечи.

– Привет. – Он улыбнулся, помешивая содержимое сковороды. – Как день?

– Нормально. – Я пошла мыть руки. – А у тебя?

– Тоже нормально. Слушай, я тут подумал…

– О чём? – Я села за стол.

– О маме. – Он выключил плиту, повернулся ко мне. – Я хочу завтра к ней съездить, извиниться.

– Серьёзно?

– Да. Я действительно был неправ. Надо поговорить с ней наедине.

– А может, вместе поедем?

– Нет. – Он покачал головой. – Я хочу сам. Это между мной и ней.

– Хорошо. Только не наговори ей лишнего.

– Не наговорю. Обещаю.

На следующий день Валентин действительно поехал к маме. Я осталась дома с Марком. Вечером он вернулся.

– Ну как? – Я встретила его в прихожей.

– Нормально. – Он разделся, вешая куртку на плечики. – Поговорили.

– И что она сказала?

– Простила. – Он улыбнулся, проходя на кухню. – Сказала, что не обижается.

– Вот и хорошо. – Я выдохнула. – А ты что?

– Я извинился. – Он сел рядом со мной на диван. – Сказал, что был неправ, что при всех.

– Молодец. – Я погладила его по руке. – Я горжусь тобой.

– Спасибо. Знаешь, она правда хорошая. Я понимаю, почему ты её так любишь.

– Да. Она у меня самая лучшая.

– А ремонт у неё нормальный. – Он кивнул. – Я просто придрался к мелочам.

– Вот видишь. Теперь ты это понимаешь.

– Да. Теперь понимаю.

Мы посидели немного, потом пошли укладывать Марка. Он уже почти спал.

– Папа, ты помирился с бабушкой? – Мальчик приоткрыл один глаз.

– Да, сынок. – Валентин наклонился к нему, поправляя одеяло. – Мы помирились.

– А вы больше не будете ссориться?

– Постараемся. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, папа.

Мы вышли из комнаты, закрыли дверь.

– Ну что. Завтра в выходные поедем к ней?

– Поедем. Я ей цветы куплю.

– Хорошая идея. Она обрадуется.

В выходные мы поехали к Зинаиде Михайловне. Валентин действительно купил цветы, большой букет роз. Мать обрадовалась, обняла его.

– Спасибо, Валентин. Очень красиво.

– Это я виноват. Простите меня, Зинаида Михайловна.

– Да что ты. – Она махнула рукой. – Забыла уже.

Мы сели за стол, мать принесла пирог. Мы пили чай, разговаривали. Валентин был очень вежлив, старался не смотреть на углы и стыки.

– Знаете, Зинаида Михайловна, – сказал он, разглядывая чашку. – Светлые обои – это удачный выбор.

Мать улыбнулась.

– Спасибо, Валентин. Я правда старалась.

– И плитка в ванной нормальная. Просто я придрался к мелочам.

– Я понимаю. Ты же специалист.

– Специалист-то специалист. – Он усмехнулся. – Но иногда надо просто радоваться за людей.

Я смотрела на него и думала о том, что он действительно старается. Не идеален, но старается.

После чая мы посидели ещё немного, потом поехали домой. По дороге Валентин включил радио и какое-то время молчал.

– Надя, спасибо, что ты меня тогда отчитала. Я правда был не прав.

– Пожалуйста. Главное, что ты понял.

– Да. – Он кивнул, не отрывая взгляда от дороги. – Постараюсь больше так не делать.

– Вот и хорошо. – Я посмотрела в окно. – Давай заедем в магазин, купим что-нибудь к ужину.

– Давай.

Мы заехали в магазин, купили продукты, приехали домой. Я начала готовить, Валентин помогал мне. Марк делал уроки в своей комнате.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Муж на новоселье начал при гостях критиковать ремонт моей матери: я забрала сына и уехала