Узнав, что дочка заболела, Галина вернулась с работы раньше обычного. В голове крутились тревожные мысли: температура, кашель, слабость — что именно случилось с Ксюшей? Она почти бежала от остановки до дома, забыв про усталость после смены в ателье.
Открыв дверь, Галина услышала голоса из гостиной — муж Андрей разговаривал со своей матерью, свекровью Валентиной Петровной. Обычно Галина радовалась, когда свекровь приходила в гости: та всегда приносила Ксюше сладости, помогала с уборкой, да и с Андреем они ладили. Но сейчас в интонациях обоих было что‑то, отчего по спине пробежал неприятный холодок.
Галина замерла в коридоре, не снимая пальто. Она не хотела подслушивать, но слова, доносившиеся из комнаты, заставили её замереть на месте.
— Ты слишком мягок с ней, — жёстко говорила Валентина Петровна. — Она должна подписать документы на продажу квартиры прямо сейчас, пока Ксюша болеет. Кто знает, когда ещё выпадет такой шанс?
— Мама, я не могу так, — возражал Андрей. — Это же Галя, она мне жена…
— Жена? — свекровь рассмеялась неприятным смехом. — Ну и что! Приехала из какой‑то дыры, без связей, без денег. Ты достоин большего. А эта квартира — наш шанс. Ты же сам говорил, что она собирается её продавать, чтобы купить дом побольше. Вот и пусть подпишет, а мы потом всё оформим как надо.
Галина почувствовала, как земля уходит из‑под ног. Квартира, о которой шла речь, была её единственным серьёзным активом — наследство от бабушки. Они с Андреем планировали продать её, чтобы купить жильё попросторнее, поближе к школе и парку, где Ксюша любила гулять. Но теперь всё это звучало как часть какого‑то мерзкого плана.
Она тихо, стараясь не шуметь, прошла в спальню. Ксюша спала на своей кровати, бледная, с тёмными кругами под глазами. Галина поправила одеяло, погладила дочь по волосам и на мгновение закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями.
В голове крутилось множество вопросов: как долго это продолжается? Почему Андрей согласился на такое? И что теперь делать?
Решение пришло внезапно. Она не станет устраивать скандал. Не станет выяснять отношения прямо сейчас. Вместо этого она начнёт действовать.
Пока Ксюша спала, а Андрей с матерью продолжали обсуждать свои планы в гостиной, Галина начала собирать вещи. Тихо, аккуратно, стараясь не издавать ни звука. В сумку полетели самые необходимые вещи для неё и дочери: одежда, лекарства, документы, немного денег, которые она откладывала на чёрный день.
Руки дрожали, но она заставляла себя сосредоточиться. В соседней комнате обсуждали её судьбу, будто она была какой‑то пешкой в чужой игре. Но она не позволит так с собой обращаться. Не теперь, когда на кону не только её благополучие, но и безопасность дочери.
Закончив сборы, Галина присела на край кровати рядом с Ксюшей. Девочка приоткрыла глаза.
— Мам? — сонно спросила она. — Мы куда‑то поедем?
Галина улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка получилась как можно более беззаботной.
— Да, солнышко. Мы поедем в гости к тёте Маше, помнишь её? Она живёт за городом, там свежий воздух, и тебе станет легче.
Ксюша кивнула и снова закрыла глаза. Галина поцеловала её в лоб, убедилась, что температура не поднялась, и тихонько разбудила.
— Давай, родная, одевайся. Мы поедем на прогулку, а потом в гости.
Пока Ксюша натягивала свитер и джинсы, Галина проверила, всё ли взяла. В прихожей она на мгновение замерла, глядя на фотографию на стене — их семейное фото, сделанное прошлым летом. Андрей обнимал её за плечи, Ксюша смеялась, а солнце освещало их лица. Тогда всё казалось таким простым и понятным…
Она тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Сейчас главное — защитить дочь.
Выйдя из квартиры, Галина на секунду задумалась, а затем достала телефон и написала короткое сообщение Андрею:
«Прости. Я всё знаю. Мы уезжаем. Не ищи нас, пока не будешь готов говорить правду. Если попытаешься найти нас силой, я обращусь в полицию. Береги себя».
Отправив сообщение, она выключила телефон.
На улице было прохладно, начинался мелкий дождь. Галина укутала Ксюшу потеплее и поймала такси.
— Куда едем? — спросил водитель.
Галина назвала адрес. Это был старый дом на окраине города, который она когда‑то рассматривала как вариант для покупки. Он был ветхим, требовал ремонта, но зато стоил недорого и находился вдали от любопытных глаз.
Ксюша задремала на заднем сиденье, прислонившись к окну. Галина смотрела на её мирное лицо и чувствовала, как внутри разливается странная смесь страха и облегчения. Она сделала выбор. Теперь оставалось только надеяться, что он был правильным.
Такси свернуло на тихую улицу, окружённую старыми деревьями. Дом стоял в конце переулка — небольшой, покосившийся, но с каким‑то своим, почти живым характером.
— Приехали, — сказал водитель.
Галина расплатилась, взяла Ксюшу на руки и отперла скрипучую дверь. Внутри пахло пылью и деревом, но это был их новый старт.
Положив дочь на старый диван, укрыв её пледом, Галина подошла к окну. Дождь усиливался, капли стекали по стеклу, размывая очертания улицы. Она глубоко вздохнула. Впереди было много работы: найти новое жильё, устроиться на другую работу, объяснить Ксюше, почему они больше не вернутся домой. Но впервые за долгое время она чувствовала, что поступает правильно.
— Повторяю для особо «одарённых!» Я ничего и никому не обязана! Ни тебе, ни тем более твоим родителям! Ясно?