— Ты что, серьёзно? — я смотрела на Олега, пытаясь понять, шутит он или нет.
Он стоял у окна, заложив руки за спину. Так всегда делал, когда хотел казаться значительным.
— Абсолютно. Кристине сейчас тяжело. Двое детей, съёмная однушка. А у нас целая трёшка.
Я медленно опустила чашку на стол.
— Эта трёшка — моя. Я её купила ещё до нашей свадьбы. На деньги от продажи родительской квартиры.
— Ну и что? — Олег обернулся. — Мы ведь семья. Всё общее.
— Тогда почему твоя машина и твой бизнес не общие? — спросила я тихо.
Он поморщился.
— Не передёргивай. Речь о твоей сестре. О родной крови.
— О твоей сестре — поправила я. — Кристина — твоя сестра. И почему это я должна решать её жилищные проблемы?
Олег подошёл ближе. Сел рядом на диван, взял мою руку.
— Лен, ну посмотри. Она одна с детьми. Денис свалил, алименты не платит. Они живут впятером на тридцати метрах — она, дети, мама моя. Это же ад.
— Пусть снимут квартиру побольше.
— На что? На её зарплату продавца? — Олег сжал мою ладонь сильнее. — Ты же знаешь, как тяжело. А у нас есть возможность помочь.
— У меня — сказала я. — У меня есть возможность. Не у нас.
Его лицо потемнело.
— То есть ты откажешь?
— Я не собираюсь дарить квартиру никому — я высвободила руку. — Это моя единственная недвижимость. Моя подушка безопасности.
— От кого? От меня?
Я промолчала. А надо было ответить. Тогда, может, всё сложилось бы иначе.
Следующие три дня Олег молчал. Демонстративно. Спал на диване, уходил рано утром, возвращался поздно вечером. На мои попытки поговорить отвечал односложно.
А потом приехала Кристина.
Она ворвалась в субботу, около полудня. С собой привела двух своих сорванцов — Тимура и Дашу. Дети сразу разбежались по квартире, включили телевизор на полную громкость.
— Леночка — Кристина обняла меня крепко. Слишком крепко. — Как я рада тебя видеть!
Мы виделись месяц назад. На дне рождения их мамы.
— Здравствуй — я попыталась улыбнуться.
— Олег дома?
— На работе.
— Жаль. Хотела с вами обоими поговорить.
Она прошла на кухню, налила себе чай. Чувствовала себя как дома. Я молча наблюдала.
— Лен, я знаю, Олег с тобой разговаривал — начала Кристина, помешивая сахар в чашке. — Про квартиру.
— Разговаривал.
— И что ты думаешь?
Я глубоко вдохнула.
— Кристь, прости. Но я не могу подарить тебе квартиру. Это всё, что у меня есть.
Её лицо вытянулось.
— Леночка, но у тебя же Олег. У вас бизнес. Вы заработаете на новую.
— У Олега бизнес. Не у нас. Все доходы он контролирует сам. Я получаю фиксированную сумму на хозяйство. Этой квартирой я могу распоряжаться только сама.
— Ты что, своему мужу не доверяешь? — в её голосе прозвучало возмущение.
— Это не вопрос доверия.
— Нет, вопрос! — Кристина резко поставила чашку. — Он просит тебя о единственном! Помочь его семье! А ты прячешься за какие-то глупости про независимость!
— Моя квартира — не глупость.
— А мои дети — глупость? — её глаза заблестели. — Им негде жить нормально! Тимур астматик, ему нужна отдельная комната! А Даша в шесть лет до сих пор спит с нами в одной комнате, потому что больше негде!
— Кристина, найди работу получше. Олег может помочь устроиться в свою компанию.
— Мне сорок лет! Я всю жизнь проработала продавцом, ты же знаешь, у меня нет высшего оброзования! Что я там буду делать?
— Учись. Переучивайся.
Она встала.
— Знаешь, что, Леночка? Я думала, ты человек. Оказывается — эгоистка. Олег прав был.
— Прав в чём?
— В том, что ты только о себе думаешь. Что тебе никто не нужен. Что ты и замуж-то за него вышла, чтобы было кому мусор выносить.
Я побледнела.
— Он так сказал?
— Он многое говорит — Кристина схватила сумку. — Дети, собираемся!
Они ушли через пять минут. А я села на кухне и попыталась успокоиться.
Вечером пришёл Олег. Пьяный.
— Ну что, поговорила с сестрой? — он повис на дверном косяке.
— Говорила.
— И?
— Ничего не изменилось.
Он медленно кивнул.
— Понятно. Значит, так.
Подошёл ближе. Я почувствовала запах перегара.
— Слушай внимательно, Елена. Либо ты переоформляешь квартиру на Кристину, либо я ухожу.
— Что?
— Ты слышала. Выбирай. Квартира или я.
Я смотрела на него — на этого человека, с которым прожила пять лет. Рядом с которым просыпалась каждое утро. Которого считала семьей.
— Олег, ты пьян. Давай завтра поговорим.
— Нет — он покачал головой. — Сейчас. Решай.
— Ты ставишь мне ультиматум?
— Именно.
Моё сердце колотилось. Я чувствовала, как накатывает паника.
— Почему ты так поступаешь?
— Потому что я устал от твоего эгоизма! — заорал он вдруг. — Потому что моей семье нужна помощь! А ты сидишь на своей квартире, как собака на сене!
— Это моя квартира!
— Ничего не твоё! — он ударил кулаком по столу. — Ты моя жена! Всё, что у тебя есть — моё!
Я встала.
— Нет, Олег. Так не работает.
— Тогда до свидания — он развернулся к выходу.
— Стой.
Он обернулся. На лице — надежда. Думал, я сдамся.
— Ты, правда, хочешь уйти из-за квартиры?
— Из-за того, что ты не хочешь помочь моей семье.
— Твоей семье. А я кто?
Он промолчал.
— Понятно — я кивнула. — Тогда да. Уходи.
Не ожидал. Я видела это по его лицу.
— Что?
— Я дарю тебе свободу, Олег. Раз квартира важнее наших отношений — вот тебе выбор. Дверь там.
Он стоял, открыв рот.
— Ты… ты это серьёзно?
— Абсолютно. Собирай вещи. Завтра жду документы на развод.
— Лена, ты сдурела?
— Возможно. Но именно сейчас я впервые за пять лет мыслю здраво.
Он попытался подойти.
— Подожди. Мы можем всё обсудить.
— Нет — я подняла руку. — Ты поставил условие. Я выбрала. Квартиру. Теперь твоя очередь выполнять обещание.
— Да я пошутил!
— Смешно.
— Лен!
— Олег, уходи. Прямо сейчас. Пока я не передумала и не вызвала полицию.
Он собирал вещи два часа. Молча. Я сидела на кухне и пила валерьянку.
Когда хлопнула входная дверь, я разрыдалась.
Через неделю мне позвонила его мама.
— Елена, что случилось? Олег говорит, вы разводитесь.
— Так и есть.
— Но почему?
Я рассказала. Всё. От начала до конца.
Повисло молчание.
— Господи — выдохнула она наконец. — Я не знала. Кристина сказала, что ты сама выгнала Олега. Что тебе любовник попался.
— Что?!
— Елена, прости моих детей. Я их, видимо, плохо воспитала.
— Раиса Ивановна…
— Нет, послушай. Олег всегда был маменькиным сынком. А Кристина — избалованной дурой. Я думала, с возрастом поумнеют. Ошиблась.
Она помолчала.
— Знаешь, что я тебе скажу? Ты правильно сделала. Такого мужа — только гнать. Он бы тебя до нитки раздел рано или поздно. А Кристине я сама голову вымою. Устроится на нормальную работу и квартиру себе снимет. Хватит на шее у людей сидеть.
Я не ожидала такой реакции.
— Спасибо.
— Не за что, дочка. Береги себя. И квартиру свою береги. Это твоя крепость.
Развод оформили через два месяца. Олег пытался отсудить половину квартиры. Не вышло — брачный договор был железный. Я настояла на нём перед свадьбой. Он тогда обиделся, но подписал.
Кристина строчила мне гневные сообщения ещё месяца три. Потом затихла.
А я сижу в своей трёшке. Одна. Пью кофе и смотрю в окно.
Свободная.
И знаете что? Я ни о чём не жалею.
Квартира осталась моей. Муж ушёл сам.
А я поняла главное: никогда нельзя отдавать то, что даёт тебе опору. Даже ради любви. Потому что настоящая любовь этого не требует.
Не до гостей