— Вот сюда ставь, не на проходе же.
Тяжелые мусорные мешки, набитые вещами, опустились на ламинат в прихожей. Следом в квартиру ввалилась Римма Эдуардовна, тяжело отдуваясь и стряхивая капли дождя с плаща.
Полина застыла в дверях спальни. Она была в растянутой домашней майке и старых трениках. На часах — девять утра. Первый день ее долгожданного, выстраданного отпуска.
— Доброе утро.
Полина не сдвинулась с места, скрестив руки перед собой.
— И тебе не хворать, золотце.
Свекровь скинула туфли, бесцеремонно отодвинула невестку плечом и прошла прямиком на кухню.
— Так, я смотрю, у тебя тут конь не валялся. Посуда с вечера не мыта. А ведь гости на пороге.
Полина подошла к кухонному гарнитуру, провела ладонью по сухой столешнице. В раковине лежала ровно одна вымытая с вечера тарелка.
— Какие еще гости, Римма Эдуардовна?
Свекровь недовольно скривилась, доставая из пакета дешевые макароны-рожки.
— Ну здрасьте. Инга с мальчишками. Они же на обследование приехали.
Она бросила пустой пакет на стол.
— В кои-то веки в город выбрались! Я Егору еще в среду звонила. Он сказал, места всем хватит. Двушка же у вас, не конура.
Ипотеку они платили четыре года. Жестко, отказывая себе в поездках на море, в новых вещах, в нормальных выходных. Полина работала финансовым аналитиком, брала подработки на вечера. Егор трудился в логистике.
Платили ровно пополам, каждый месяц скидывая деньги на общий счет. Этот отпуск Полина выбила с боем, чтобы просто спать до обеда, отключить телефон и две недели не видеть людей.
Она медленно обернулась. В проеме двери топтался муж. Егор нервно теребил воротник домашней футболки.
— Егор?
Голос Полины прозвучал будничным тоном, без капли эмоций.
— Ничего не хочешь добавить про гостей?
Муж шагнул в кухню, виновато улыбаясь.
— Полин, ну ты чего. Ну мать попросила.
Он попытался приобнять жену за плечи, но Полина отступила на шаг, не давая к себе прикоснуться.
— Инге по врачам надо, у малых плоскостопие и еще там что-то.
Егор заговорил торопливо, комкая слова.
— Где им в городе жить? Гостиницы сейчас стоят бешеных денег. А у нас комната свободная.
— Это зал, Егор. Наша единственная общая комната.
Полина уперлась взглядом в мужа.
— Золотце, не начинай, — оборвала свекровь, гремя кастрюлями в нижнем ящике.
Римма Эдуардовна выудила самую большую кастрюлю и с грохотом водрузила ее на плиту.
— Кровня приехала. В тесноте, да не в обиде. Значит так.
Свекровь по-хозяйски открыла кран, набирая воду.
— Я там макарон купила две пачки. Инга на диете, ей грудка нужна, так что сбегай в мясной. Мальчишкам — фрукты и йогурты.
Она с нажимом закрутила вентиль крана.
— Сбегай в магазин, пока они едут. И борщ поставь, мужики с дороги голодные будут.
Полина прикрыла глаза. Вдохнула. Выдохнула.
— Минуточку.
Она открыла глаза и посмотрела на свекровь в упор.
— Вы хотите сказать, что я в свой законный отпуск буду неделю стоять у плиты на ораву из пяти человек?
— А кто?
Римма Эдуардовна искренне удивилась, даже руки в бока уперла.
— Я с давлением? Или Инга, которая с пацанами по поликлиникам мотаться будет с утра до ночи? Ты дома сидишь. Отдыхаешь. Тебе тарелку супа родне налить жалко?
— Жалко.
Полина произнесла это четко, раздельно проговаривая звуки.
— Я в отпуске. Я не готовлю, не убираю и не обслуживаю гостей, которых не приглашала.
В прихожей загрохотала дверь. Снизу хлопнул подъезд. В квартиру, не разуваясь, ввалилась Инга. За ней — двое пацанов лет семи и девяти. Они тут же рванули в зал, оставляя грязные следы на светлом полу.
— Ух, теплынь у вас!
Инга бросила мокрую куртку прямо на пуфик, стянула сапоги, не удосужившись поставить их на коврик.
— Полинка, привет. Слушай, мы с дороги голодные как волки. Малые с самого утра ничего не ели. Чем кормить будешь?
Егор попытался боком улизнуть в спальню.
— Егор, стой.
Голос Полины зазвенел.
— Твои гости. Твоя сестра. Твоя мама. Иди на кухню, бери кастрюлю и вари борщ.
Брат с сестрой переглянулись. Римма Эдуардовна возмущенно ахнула, выронив крышку от кастрюли. Звон разнесся по всей квартире.
— Да я на работу опаздываю!
Егор замотал головой, указывая на настенные часы.
— У меня отгрузка через час! Меня начальник сожрет, если я смену задержу.
— Значит, закажи им доставку.
Полина невозмутимо парировала, не меняя позы.
— У меня сейчас на карте по нулям, за машину страховку отдал вчера! Полин, ну будь человеком.
Муж жалобно скривил губы.
— Я тебе с аванса отдам, честное слово. Закажи пиццу хотя бы пацанам, они же изведут всех.
Римма Эдуардовна грузно опустилась на шаткий стул у стола.
— Я не поняла. Ты что тут, порядки свои устанавливаешь? Мы к сыну приехали!
— Квартира общая. Ипотека общая.
Полина перевела взгляд на свекровь.
— Половина этого метража оплачена из моего кармана. И я не давала согласия на то, чтобы превращать ее в бесплатный хостел.
— Ты обязана кормить всю нашу родню!
Свекровь ударила ладонью по столу.
— Ты жена! Женщина в доме! Что это за отношение к семье? Мы вас вырастили, на ноги поставили, а от вас стакана воды не дождешься!
Инга фыркнула, открывая дверцу кухонного шкафчика.
— Мам, да ладно. Жалко ей куска мяса, бывает.
Она пренебрежительно скривила губы, оглядывая пустые полки.
— Я сама сварю, если барыня устала бумажки в офисе перекладывать. Только покажи, где у вас нормальная еда. В холодильнике мышь повесилась, одни яйца да сыр засохший.
Полина шагнула к гарнитуру и захлопнула дверцу прямо перед носом золовки.
— Еда в магазине. Магазин за углом. Доставка работает круглосуточно.
Она повернулась к мужу, который так и застыл в коридоре с ключами от машины в руках.
— Ты их пустил. Ты обещал им содержание. Я к этому цирку отношения не имею.
Мальчишки в зале уже включили телевизор на полную громкость. Раздался глухой стук — кто-то спрыгнул со спинки дивана на пол. Следом послышался треск рвущейся бумаги. Полина поморщилась.
Две недели тишины. Она мечтала об этом полгода. Откладывала каждую копейку на общий счет, перерабатывала.
— Полин, ну купи продуктов, я тебе потом скину.
Егор заискивающе заглянул ей в глаза.
— Ну чего ты начинаешь? Родня же. Поживут недельку, в больницу поездят и свалят. Не позорь меня перед матерью.
— Недельку?
Полина чуть склонила голову набок.
— Ты серьезно думаешь, что я буду терпеть этот табор в свой единственный отпуск целую неделю?
— Нет.
Римма Эдуардовна всплеснула руками.
— Да как тебе не стыдно! При живом-то муже копейки считать! Мы для вас всё, с внуками сидеть будем, когда родите…
Свекровь запричитала в голос.
— А вы родной сестре пожалели тарелку макарон сварить!
Инга демонстративно хлопала дверцами шкафов, изображая поиск несуществующей крупы и гремя чугунными сковородками. Из зала донесся вопль младшего племянника, который, судя по звукам, не поделил с братом пульт.
Полина не стала дослушивать. Она прошла в спальню, игнорируя крики детей. Достала с верхней полки дорожную сумку. Закинула туда косметичку, пару футболок, белье, зарядное устройство.
Егор проскользнул следом за ней и плотно прикрыл дверь спальни.
— Ты куда собралась?
— Отдыхать.
Полина застегнула молнию на сумке рывком.
— В смысле? А кто с мамой останется? А с малыми?
Егор растерянно переминался с ноги на ногу, преграждая путь к выходу.
— Тот, кто их пригласил.
Она закинула сумку на плечо.
— Я сейчас бронирую номер в загородном спа-отеле. На неделю. Раз уж моя квартира превратилась в проходной двор.
Егор побледнел, явно прикидывая расценки в уме.
— Это же сколько стоит? Полин, у нас ипотека на носу, платеж двадцатого числа! Ты с ума сошла?
— Немало стоит.
Полина скупо улыбнулась.
— Но есть один нюанс. Раз уж ты лишил меня отпуска дома и решил побыть щедрым хозяином за мой счет, за свой комфорт я заплачу сама.
Она достала телефон из кармана брюк.
— Свою зарплату я трачу на отель. А вот свою половину ипотеки в этом месяце платишь ты один.
Егор отшатнулся, словно его окатили ледяной водой.
— Э, стоп! У меня нет такой суммы! Мне страховку на машину продлевать, я же говорил! Плюс продукты сейчас покупать на всех!
— Вот и отлично. Значит, займешь у мамы.
Полина обошла мужа.
— Или у Инги попроси, она же приехала экономить на гостинице, значит, деньги у нее есть.
— Ты не имеешь права! Это общий долг! Банку плевать на наши ссоры!
Егор перешел на фальцет, хватая ее за локоть.
— Если мы просрочим платеж, нам пени впаяют!
— Имею полное право.
Она высвободила руку и остановилась в дверях.
— Как законная жена, которой требуется реабилитация после общения с родственниками. А с банком сам разбирайся, ответственность у нас солидарная.
Полина перекинула лямку сумки.
— Не будет моей половины — снимут с тебя всю сумму. Ты же у нас глава семьи, решала.
Полина вышла в прихожую. Римма Эдуардовна тут же высунулась из кухни, вытирая руки о подол.
— Бежишь, значит? От трудностей прячешься! Неженка какая, отпуск ей испортили! Ничего, помыкаешься и прибежишь обратно.
— От вас прячусь, Римма Эдуардовна.
Полина ответила будничным тоном, надевая кроссовки.
— Оставляю вас на попечение любимого сына. Макароны на столе. Плита газовая. Инструкция к стиралке у Егора в тумбочке.
Она захлопнула дверь, отрезая вопли свекрови, нытье мужа и грохот из зала.
На улице светило солнце. До такси оставалось пять минут. Полина открыла приложение и забронировала самый просторный номер с трехразовым питанием и видом на лес. Сумма списалась мгновенно, оставив на карте лишь небольшую заначку на мелкие расходы.
Она заслужила этот отпуск. А борщ Егор как-нибудь сварит сам. Ну или Инга, раз уж она на диете.
Через неделю Полина вернулась в квартиру. Дома стояла звенящая тишина. Никаких разбросанных курток, никаких грязных следов от сапог в прихожей.
Егор сидел на кухне, обхватив голову руками. Перед ним лежала упаковка от дешевой лапши быстрого приготовления и стопка неоплаченных квитанций. Раковина была завалена грязной посудой до самых краев, над ней летали мелкие мошки.
— А где гости?
Полина поставила сумку у порога и прошла на кухню.
— Уехали.
Егор ответил глухо, не поднимая головы.
— Еще в среду.
Полина прислонилась к дверному косяку.
— Надо же. А я думала, они до выходных пробудут. Анализы там, врачи.
— Инга сказала, что в таких условиях жить невозможно.
Муж наконец посмотрел на нее. Под глазами у него залегли темные круги.
— Они за два дня сожрали всё, что я купил на последние деньги. Пацаны сломали роутер и разбили плафон в ванной. Я попросил Ингу скинуться хотя бы на продукты.
— И что она?
Полина чуть приподняла брови.
— Сказала, что брат жлоб.
Егор горько усмехнулся.
— Мать обиделась, что я ей денег на билеты обратные не дал. А откуда я дам, если мне за ипотеку вносить послезавтра всю сумму одному? Я у мужиков на работе занимал, чтобы на счет закинуть. До следующей зарплаты на гречке сидеть буду.
Полина кивнула, наливая себе воды из фильтра.
— Понятно. Ну, надеюсь, они хорошо провели время в городе.
Она взяла свою чашку и пошла в спальню. Отпуск, в кои-то веки, прошел идеально.
Отец увидел sиняк под глаз0м дочери и сделал один звонок — жизнь зятя рухнула