Если поставить рядом ИЖ «Планета-5» и ИЖ «Юпитер-5» и открыть таблицу технических характеристик, выбор вроде бы очевиден. Зачем покупать одноцилиндровую «Планету», если почти за те же деньги существовал двухцилиндровый «Юпитер»?
Рабочий объём у мотоциклов практически одинаковый: 346 см³ у «Планеты-5» и 347,6 см³ у «Юпитера-5». Но «Планета» развивала 22 л.с., а воздушный «Юпитер» — 24 л.с. Максимальная скорость соответственно составляла 120 и 125 км/ч. Причём выигрывал двухцилиндровый мотор и по максимальному крутящему моменту: 34,82 Н·м против 28,4 Н·м. Казалось бы, спор можно заканчивать.
Но советский мотоциклист покупал не только лошадиные силы. Вместе с мотоциклом он фактически приобретал ещё и несколько лет обслуживания, ремонта и воскресных посиделок в гараже. И вот здесь расклад менялся.
Нельзя сказать, что «Юпитер-5» был плохим мотоциклом или что его действительно избегали абсолютно все. У него было огромное число поклонников. Исправный и хорошо отрегулированный «Юпитер» работал мягче, охотнее набирал скорость и по динамике выглядел интереснее «Планеты».
Но среди тех, кому требовалась машина по принципу «сел — поехал — починил сам», одноцилиндровая конструкция имела очень серьёзный козырь.
-
У «Планеты-5» цилиндр был один. Один поршень, одна головка, одна свеча и значительно более простой кривошипно-шатунный механизм.
-
У «Юпитера» — два цилиндра, два поршня и фактически два коленчатых вала, правый и левый, соединённых выносным маховиком. И это не просто теоретическая разница в устройстве.
Заводское руководство по ремонту отдельно перечисляет характерные неисправности именно двигателя «Юпитера»: ослабление болта соединительного маховика, повреждение шпоночных пазов полуосей, возможность касания маховиком крышек кривошипных камер. При ремонте необходимо было правильно взаимно установить оба коленвала, маховик и обеспечить герметичность кривошипных камер. То есть дополнительные две лошадиные силы доставались владельцу не бесплатно.
Особенно хорошо разница проявлялась в системе зажигания. На обычной контактной «Планете-5» владелец имел дело с одним прерывателем. Проверил зазор контактов, выставил момент зажигания — и на этом регулировка фактически закончилась. На «Юпитере» стоял другой прерыватель — уже для двух цилиндров. Сначала необходимо было выставить зазор одного комплекта контактов, потом второго. Затем отдельно настраивалось опережение правого цилиндра, после него — левого.
Причём завод требовал, чтобы опережение в обоих цилиндрах было одинаковым с разницей не более 0,1 мм. После регулировки рекомендовалось снова проверить зазоры контактов. Вот откуда во многом и появилась та самая репутация «Юпитера», знакомая старым мотоциклистам: сегодня едет великолепно, завтра один цилиндр начинает работать чуть иначе, и хозяин снова снимает крышку и берётся за лампочку, щуп и отвёртку.
При этом исправный «Юпитер» действительно мог ехать очень приятно. Два цилиндра давали ему другой характер двигателя, более высокий максимальный крутящий момент и небольшое преимущество в скорости. Его мотор развивал максимальную мощность примерно при 5000 об/мин, тогда как 22-сильная «Планета-5» — около 4850 об/мин. Но в реальной деревенской или районной эксплуатации пять километров в час максимальной скорости значили гораздо меньше, чем возможность быстро разобраться с неисправностью собственными руками. И здесь «Планета» брала реванш.
Её большой одноцилиндровый двигатель с диаметром цилиндра 72 мм и ходом поршня 85 мм был предельно понятен человеку, который привык ремонтировать технику в гараже или сарае. У «Юпитера» диаметр цилиндров составлял 62 мм, ход — 57,6 мм, но цилиндров, поршней и связанных с ними деталей уже было вдвое больше.
Даже заводское руководство хорошо показывает эту разницу. При ремонте «Юпитера» отдельно описываются установка второго цилиндра, правого и левого коленчатых валов, крышек кривошипных камер, сальников и соединительного маховика. Конструкция не была какой-то запредельно сложной, но она требовала большей аккуратности. И именно здесь, на мой взгляд, находится ответ на вопрос, почему «Планета-5» получила такую репутацию.
Её любили не потому, что она была быстрее. Как раз быстрее был «Юпитер». И даже не потому, что завод специально сделал её «более качественной». Главное преимущество «Планеты» заключалось в том, что она была проще.
Меньше цилиндров, проще кривошипный механизм, проще настройка контактного зажигания, меньше деталей, которые должны одновременно находиться в правильном состоянии. Для мотоцикла, который нередко использовали далеко от хороших дорог и нормального сервиса, это было куда важнее нескольких дополнительных лошадиных сил.
«Юпитер-5» можно сравнить с более талантливым, но требовательным спортсменом: когда всё настроено — он явно интереснее. «Планета-5» напоминала рабочего в кирзовых сапогах: не самый быстрый, не самый изящный, зато каждый день выходит на работу.
Поэтому человек, мечтавший о скорости и мягкой работе двухцилиндрового двигателя, вполне мог выбирать «Юпитер». А тот, кому мотоцикл нужен был ездить на рыбалку, на работу, по просёлку и возвращаться домой своим ходом, зачастую смотрел в сторону «Планеты». И спустя десятилетия именно эта простота стала, пожалуй, одной из главных причин её почти легендарной репутации.
— Квартиру я заработала сама, и делить её ни с кем не собираюсь! — отрезала я, не давая вставить ни слова