— Дорогая, фирма разваливается, — сказал Роман и положил на стол связку ключей. — Нам придётся пожить у Людмилы, пока я не разберусь.
Лариса вернулась из Тулы меньше часа назад. Она ещё не сняла дорожное пальто и держала сумку на плече. Рядом с ключами стояла банка гречневого мёда, привезённая мужу.
В гостиной не было бабушкиного кресла. На выцветшем ковре остался тёмный прямоугольник, а у стены теснились коробки с надписями «книги», «посуда» и «Ромины бумаги». Полки возле окна тоже сняли.
Роман не подошёл к жене. Он переставил банку на подоконник и сел за стол.
— Какие ключи?
— От комнаты у Людмилы. Там тесно, зато платить не придётся. На несколько недель хватит.
— Ты уже всё решил?
Муж потёр лоб. Таким же спокойным голосом он семь лет рассказывал о неудачах в своей транспортной фирме. Один заказчик задерживал оплату, другой менял условия. Водители отказывались выходить на рейс, а ремонт грузовиков каждый раз оказывался дороже.
После таких разговоров Роман обещал, что скоро дела наладятся. Лариса соглашалась подождать ещё месяц, потом ещё один. Теперь он сообщил, что два грузовика встали, крупный клиент ушёл, а денег на счетах почти не осталось.
— Квартиру придётся продать, — закончил он. — Иначе кредиторы доберутся до всего остального.
Лариса сняла шарф и повесила его на крючок.
— Моей квартирой ты долги не закроешь.
— Опять это слово — «моей». Мы семь лет женаты.
— Она досталась мне от бабушки до свадьбы.
— Я знаю. Поэтому покупатель и согласился дать нормальную сумму. Документы почти готовы.
Последние слова Роман произнёс тише. Он смотрел на снятые полки, а не на жену.
Во время ремонта Лариса сохранила старые дубовые двери и кухонный буфет с трещиной на стекле. Муж хотел выбросить всё и купить новую мебель. Она тогда настояла на своём, поскольку бабушка прожила здесь больше сорока лет.
Теперь чужие руки уже упаковали книги и посуду.
— Покажи документы.
Роман достал из комода прозрачную папку. Внутри лежали предварительный договор, расписка о получении задатка и копия доверенности. Согласно тексту, Лариса разрешала мужу продать квартиру, подписать договор и подать документы на регистрацию.
На последнем листе стояла дата — двенадцатое апреля.
В тот день Лариса находилась на областном форуме закупщиков в Туле. Утром она выступала перед участниками, после обеда встречалась с поставщиками, а вечером ужинала с коллегами в гостинице.
— Где оригинал доверенности? — спросила она.
— У человека, который занимается сделкой. Завтра принесёт покупателю.
— У какого человека?
— Посредник из агентства. Он всё проверил.
Лариса перелистнула бумаги. На копии стояли нотариальная печать, номер бланка и её подпись. Подпись напоминала настоящую, но последняя буква уходила слишком высоко.
— Я этого не подписывала.
Роман откинулся на спинку стула.
— Ты оформляла бумаги весной. Для фирмы. Могла забыть.
— Я никогда не давала тебе права продавать квартиру.
— Давай не начинать. Задаток уже получен, а в пятницу покупатель подаст документы. После регистрации переведёт остаток. Мы расплатимся и уедем.
— Куда?
— Сначала к Людмиле. Потом разберёмся.
Муж ждал крика. В прежних ссорах он сразу обвинял Ларису в истерике и уходил из дома. На этот раз она вернула папку и сказала, что устала после дороги.
В ванной Лариса включила воду и села на закрытую крышку стиральной машины. В почте сохранилась программа форума. В галерее были снимки со стенда, а банковское приложение показывало оплату ужина в Туле в двадцать один сорок шесть.
По доверенности в тот же день она якобы лично явилась к нотариусу в Ярославле.
Лариса сфотографировала каждый лист и написала Ирине, нотариусу, которая раньше оформляла бабушкино наследство. Сообщение получилось коротким: «Проверь, пожалуйста, реквизиты. Я эту доверенность не подписывала».
Ответ пришёл через десять минут.
«Утром приезжай. Оригинал не трогай и никому не отдавай свои документы».
Ночью Роман несколько раз выходил на кухню. Дверь спальни оставалась приоткрытой, поэтому Лариса слышала отдельные слова.
— Она вернулась раньше… Нет, пока ничего… К пятнице подпишем… Ты главное подготовь подачу.
Около двух часов муж заглянул в комнату. Лариса лежала лицом к стене и не двигалась.
— Не переживай, скоро всё закончится, — сказал он и прикрыл дверь.
На стуле висела его дорожная куртка. Из бокового кармана выглядывал угол конверта с эмблемой авиакомпании. Раньше Роман покупал билеты через приложение и ничего не печатал.
Утром он ушёл «разговаривать с кредиторами». На кухонном столе остался список вещей, которые Лариса могла забрать. Муж вписал одежду, ноутбук, документы и личные мелочи. Серебряную сахарницу он отметил вопросительным знаком.
Лариса убрала список в сумку и поехала к Ирине.
Нотариальная контора занимала первый этаж старого дома. Ирина проверила номер бланка в реестре, потом позвонила коллеге, чья фамилия стояла на копии.
Разговор занял несколько минут.
— Такой доверенности он не удостоверял, — сказала Ирина. — Номер относится к другому документу. Печать скопировали со старого бланка.
— С этим можно зарегистрировать продажу?
— Напрямую нет. При обычной проверке подделку увидят. Но твой муж говорит о посреднике. Возможно, тот обещал провести электронную подачу или заменить часть файлов. Я не знаю, насколько далеко они зашли.
Ирина распечатала сведения из нотариального реестра и поставила отметку о времени проверки.
— Сегодня подай заявление в полицию. Потом отвези копию в Росреестр и потребуй отметить возражение против регистрации. Ещё понадобится юрист, который подготовит ходатайство в суд.
— А задаток?
— Его могли передать без регистрации. Покупатель рискует не меньше тебя.
— Квартиру я не потеряю?
— Пока право записано за тобой. Главное, не ждать до пятницы.
Лариса вышла на улицу с распечаткой в сумке. На остановке стояли три автобуса. Один шёл к дому Людмилы, другой — к районному отделу полиции.
Телефон подал сигнал. Роман написал: «Люда освободила комнату. Вечером перевезём вещи. Не устраивай сцен».
Лариса села во второй автобус.
Заявление приняли не сразу. Дежурный просматривал копии и спрашивал, передавала ли она мужу паспорт, подписывала ли бумаги для фирмы и знала ли покупателя. Потом вызвал сотрудницу, которая занималась имущественными делами.
Та записала сведения о посреднике, Романе и неизвестном покупателе. Лариса получила талон с номером регистрации и поехала в многофункциональный центр. Там она подала заявление о невозможности регистрации без личного участия собственника.
Домой Лариса вернулась после обеда.
У двери квартиры стоял мужчина с ящиком инструментов. Роман показывал ему замок, а на полу лежала коробка с двумя новыми цилиндровыми механизмами.
— Работы не начинайте, — сказала Лариса.
Мастер выпрямился.
— Мне заказали замену.
— Заказал не собственник. Квартира принадлежит мне.
Роман резко повернулся.
— Старый замок заедает. Не делай представление перед человеком.
Лариса достала паспорт и свежую выписку из реестра. Мужчина прочитал имя владельца, закрыл ящик и забрал коробку.
— Разбирайтесь без меня.
Когда подъездная дверь внизу хлопнула, Роман упёрся ладонью в косяк.
— Ты зачем сорвала работу?
— Чтобы ты не запер меня снаружи перед приездом покупателя.
— Квартира всё равно будет продана.
— Я уже запретила регистрацию без моего участия.
Роман несколько секунд смотрел на неё. Потом прошёл на кухню, открыл кран и налил воды.
— Ты не понимаешь, что делаешь. В пятницу я должен рассчитаться с людьми.
— И улететь в Калининград?
Стакан остановился у его рта.
Лариса вынула из сумки конверт, который утром достала из кармана куртки. Внутри лежали распечатанные маршрутные квитанции на субботу. Один билет был выписан на Романа, второй — на Инну Воронцову.
— Ты рылась в моих вещах?
— Ты упаковал мою квартиру без разрешения.
Муж сел на табурет и отодвинул стакан.
— Хорошо. У меня появилась другая женщина. Мы давно с тобой живём каждый своей жизнью. Ты всё время на работе, говоришь о поставках, отчётах и сроках. С Инной мне проще.
— Поэтому ты решил продать мою квартиру?
— Я собирался оставить тебе часть денег.
— Какую часть?
— Миллион. Этого хватит на первое время.
— Квартира стоит больше восьми.
— Если продавать месяцами. У меня нет месяцев.
— Кто получил задаток?
Роман провёл пальцем по краю стола.
— Людмила. У неё просрочка по ипотеке, счёт пока не заблокирован. Деньги лежат у неё.
— Ты сказал ей, откуда они?
— Она знает про продажу.
— А про поддельную доверенность?
Он не ответил.
К вечеру Лариса собрала в отдельную папку копии договора, билеты, выписку из реестра и талон из полиции. Она внесла в таблицу даты, суммы и имена. Раньше семейные бумаги хранил Роман. Муж уверял, что жена перепутает приложения и сроки.
Теперь Лариса проверяла каждую страницу сама.
Людмила приехала утром следующего дня. Куртку она не сняла и осталась стоять в прихожей среди коробок.
— Рома сказал, ты остановила продажу.
— Я остановила попытку продать мою квартиру по поддельной доверенности.
Сестра мужа отвела глаза.
— Он уверял, что ты согласна. Сказал, вы решили продать жильё из-за долгов фирмы.
— Задаток пришёл на твой счёт?
— Да. Сто пятьдесят тысяч.
— Где деньги?
— Я внесла сто тысяч в банк. Остальное сняла и отдала Роме.
— Ты подписывала расписку?
Людмила достала из сумки сложенный лист. В нём она подтверждала, что получила деньги от покупателя по поручению Ларисы.
— Это Рома напечатал. Я только расписалась.
— Ты видела моё поручение?
— Он показал копию доверенности.
— И тебя не удивило, что деньги за мою квартиру получает его сестра?
Людмила села на край табурета.
— Банк звонил мне на работу. Рома обещал закрыть просрочку. Я не стала задавать вопросы.
Она помолчала, потом достала телефон. В переписке брат требовал подготовить комнату для Ларисы, а сам просил ключи от дачи. Там он собирался пожить с Инной после поездки.
— Вчера я поняла, что никакого совместного переезда не будет, — сказала Людмила. — Он хотел оставить тебя у меня, а сам уехать.
Лариса положила перед ней чистый лист.
— Запиши всё по порядку. Когда он заговорил о квартире, что показывал и куда просил переводить деньги.
Первую строку Людмила писала медленно. Несколько раз останавливалась и проверяла переписку. Лариса не торопила её.
К четвергу юрист, которого посоветовала Ирина, подготовил заявление в суд и просьбу временно запретить любые регистрационные действия. Для подтверждения поездки в Тулу Лариса получила на работе приказ о командировке, табель и справку о выступлении.
Начальница отдела подняла архив за полчаса. Секретарь распечатала служебную переписку и программу форума. В документах были указаны время отъезда, гостиница и дата возвращения.
Из офиса Лариса вышла с тяжёлой папкой. Один лист пришлось заменить из-за неверного номера приказа. Раньше такая ошибка заставила бы её отложить всё до следующего дня. Теперь она вернулась к секретарю и дождалась новой копии.
После суда юрист отвёз определение о временном запрете в Росреестр. Одновременно сотрудница полиции запросила у агентства сведения о посреднике и покупателе.
Бориса Семёновича нашли по номеру в предварительном договоре.
Лариса позвонила ему сама.
— Я собственница квартиры, которую вам предложил Роман Крылов. Доверенность поддельная. Регистрацию я запретила.
Мужчина сначала решил, что она хочет повысить цену. Потом Лариса назвала номер нотариального бланка и предложила проверить его через нотариальную палату.
Через сорок минут Борис Семёнович перезвонил.
— Завтра в агентстве будет посредник. Привозите документы.
Роман узнал о встрече вечером.
Он вошёл в спальню, когда Лариса меняла постельное бельё.
— Ты звонила покупателю?
— Да.
— Из-за тебя он отказывается подавать документы.
— Потому что ты принёс ему поддельную доверенность.
Роман схватил край пододеяльника и потянул на себя. Ткань соскользнула на пол.
— В субботу я должен уехать. У меня билеты и договорённости. Люди ждут деньги.
— Инна тоже ждёт?
— Неважно, кто летит со мной. Я оставлю тебе миллион, и мы разойдёмся спокойно.
Лариса подняла пододеяльник.
— Ты предлагаешь мне миллион из денег за мою же квартиру.
— Сейчас право ещё твоё. Но документы подготовлены, и посредник обещал всё провести.
— Завтра повторишь это при покупателе.
В агентство Лариса приехала раньше остальных. Рядом с ней сидели юрист и Людмила. На столе лежали выписка из реестра, ответ нотариальной палаты, определение суда и копия заявления в полицию.
Борис Семёнович вошёл вместе с худощавым мужчиной в сером костюме. Тот представился Сергеем и сообщил, что лишь готовил документы по просьбе Романа.
Сам Роман появился через пять минут. С ним пришла Инна. Она остановилась у двери, увидев Ларису и Людмилу.
— Это обычный семейный спор, — сказал Роман. — Сейчас всё уладим.
Лариса придвинула Борису Семёновичу документы.
— Я не выдавала доверенность. В день, указанный на бланке, находилась в Туле. Номер относится к другому нотариальному действию. Регистрация без моего личного участия запрещена.
Покупатель прочитал ответ нотариальной палаты и посмотрел на посредника.
— Вы говорили, что доверенность проверена.
Сергей поправил рукав.
— Мне передали копию. Роман обещал привезти оригинал перед подачей.
— Ты сказал, что оригинал у него, — обратилась Лариса к мужу.
— Он должен был его подготовить.
Посредник отодвинул стул.
— Я ничего готовить не должен был. Вы принесли файл и попросили составить договор.
Роман шагнул к столу.
— Не надо сейчас перекладывать на меня. Ты сам обещал электронную подачу.
Инна убрала телефон в сумку.
— Ты говорил, что Лариса добровольно продаёт квартиру и уже переехала к сестре.
— Я собирался всё объяснить.
Людмила положила рядом с договором свою расписку.
— Мне он тоже сказал, что Лариса согласна. Задаток пришёл на мой счёт, но распоряжался деньгами Роман.
Борис Семёнович закрыл папку.
— Заявление на регистрацию я не подам. Задаток потребую обратно с тех, кому передавал деньги.
— У нас подписан договор, — возразил Роман.
— Предварительный. Основной договор собственница не подписывала.
Роман потянулся к копии доверенности, но юрист убрал лист в свою папку.
— Документы уже переданы сотрудникам полиции. Оригиналы получите по официальному запросу.
Сергей встал и вышел в коридор, набирая чей-то номер. Инна задержалась у двери.
— В Калининград можешь лететь один, — сказала она Роману и ушла следом.
Через несколько дней Людмила вернула покупателю оставшиеся пятьдесят тысяч. Для возврата суммы, внесённой в банк, ей пришлось продать машину. Борис Семёнович отказался от требований к Ларисе и передал переписку с Романом сотрудникам полиции.
Разбирательство заняло семь месяцев. Экспертиза подтвердила, что подпись Ларисы перенесли с другого документа, а печать скопировали со старой доверенности. В телефоне Романа нашли переписку с посредником и обсуждение электронной подачи.
Суд признал предварительный договор незаключённым в отношении Ларисы. Деньги взыскали с Романа и Людмилы, поскольку именно они получили задаток. Материалы по подделке документов рассматривались отдельно.
Фирма Романа закрылась после ухода последних водителей. Он продал один грузовик, но вырученных денег не хватило на расчёты. До окончания разбирательства Роман снимал комнату над автосервисом.
Лариса не пошла слушать оглашение решения. В тот день она взяла выходной и заказала перевозку бабушкиного кресла со склада, куда Роман успел его отправить.
Грузчики поставили кресло у окна. Один из них заметил расшатавшуюся ножку и помог затянуть крепление.
Вечером Лариса вызвала мастера и заменила дверной замок. Квитанцию она положила в ящик буфета, закрыла форточку и налила чай. На лестничной площадке провернули ключ в соседней двери, потом в подъезде стало тихо.
— В том-то и дело, что ты не зарабатываешь ничего, не несёшь домой денег, так что требовать что-то у тебя тут нет никакого права