Она повернулась на бок и посмотрела на спящего мужа. Лицо расслабленное, дыхание глубокое. Пусть поспит ещё немного. Она успеет приготовить кофе.
На кухне Марина достала из ящика блокнот с записями. Четыре страницы мелким почерком: меню, список продуктов, расписание по часам. Пять семейных пар — десять человек. Плюс они с Андреем. Двенадцать тарелок, двенадцать комплектов приборов, двенадцать бокалов.
Кофемашина зашумела. Марина налила две чашки и понесла одну в спальню.
— Андрей, — она села на край кровати. — Просыпайся, нам сегодня много всего нужно сделать.
Он что-то промычал, не открывая глаз.
— Я принесла кофе. Твой любимый, с корицей.
— Который час? — голос хриплый, недовольный.
— Семь пятнадцать. Ты же взял отгул, помнишь? Мы договорились начать пораньше.
Андрей сел, потёр глаза. Взял чашку, сделал глоток.
— Спасибо. Слушай, а может, закажем что-нибудь готовое? Сейчас столько сервисов доставки.
Марина улыбнулась.
— Мы это уже обсуждали. Ольга славится своими приёмами. Если мы закажем еду из ресторана, она это поймёт сразу.
— И что? Подумаешь.
— Андрей, это твой новый начальник. И его жена. Первое впечатление важно.
Он пожал плечами.
— Ладно, как скажешь. Давай свой список.
Марина протянула ему блокнот. Андрей пролистал страницы с нарастающим изумлением.
— Это всё за один день?
— Вдвоём справимся. Ты берёшь на себя закупки и помогаешь с горячим. Я занимаюсь десертом и сервировкой.
— Звучит как военная операция.
— Это важно для меня, — она сказала мягко, но отчётливо. — И для тебя тоже. Твоё повышение — это наш общий праздник.
Андрей допил кофе и поставил чашку на тумбочку.
— Хорошо. Дай мне двадцать минут на душ.
Марина кивнула и вышла. Двадцать минут — это нормально. Они всё успеют.
Андрей появился на кухне через сорок минут. Марина уже замешивала тесто для торта. Мука белым облаком оседала на рабочую поверхность.
— Выглядишь занятой, — он подошёл сзади, поцеловал её в макушку.
— Торт нужно поставить первым. Ему остывать четыре часа.
— Понял. Что мне делать?
Марина кивнула на блокнот.
— Страница два. Список продуктов с адресами магазинов. Я всё расписала по маршруту, чтобы ты не кружил по городу.
— Серьёзный подход.
— Я хочу, чтобы всё прошло идеально.
Андрей взял блокнот, начал читать. В этот момент зазвонил его телефон. Он взглянул на экран, и лицо его изменилось.
— Да. Слушаю.
Марина продолжала месить тесто, но краем глаза наблюдала за мужем. Его брови сошлись к переносице. Он отвернулся к окну.
— Сейчас? Но я взял отгул… Да, понимаю. Насколько это срочно?
Тесто под руками Марины стало вдруг тяжёлым.
— Хорошо. Буду через сорок минут.
Он повесил трубку и обернулся. На его лице застыло виноватое выражение.
— Марин…
— Нет.
— Я должен.
— Нет, Андрей. Мы договорились.
— Это Павел Сергеевич. Мой новый начальник. Возникла какая-то ситуация, нужно моё присутствие.
Марина отложила тесто. Медленно вытерла руки полотенцем.
— Сегодня вечером мы принимаем его и его жену у нас дома. Ты не можешь сказать ему, что занят?
— Как раз поэтому и не могу. Понимаешь?
— Нет. Не понимаю.
Андрей подошёл ближе, взял её за плечи.
— Я вернусь к обеду. Максимум к часу. У нас ещё будет куча времени.
— Куча времени? — она посмотрела на него. — Андрей, до прихода гостей восемь часов. Мне нужно приготовить четыре блюда, испечь торт, накрыть стол, убрать квартиру, переодеться. И это расчёт на двоих.
— Я понимаю. Но это моя работа. Моя новая должность.
— Ради которой я сейчас стою здесь в муке по локоть.
— Марин, пожалуйста. Не начинай.
Она отступила на шаг.
— Я не начинаю. Я просто констатирую факт. Ты обещал помочь. Ты взял отгул. А теперь уезжаешь.
— К обеду вернусь.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
Марина смотрела на него несколько секунд. Потом кивнула.
— Ладно. Езжай.
— Ты не злишься?
— Я надеюсь, что ты сдержишь слово.
Андрей быстро оделся. Уже в дверях обернулся.
— Спасибо, что понимаешь. Ты лучшая.
Дверь захлопнулась. Марина стояла посреди кухни, глядя на список дел. Восемь часов. Четыре блюда. Один человек.
Она глубоко вздохнула и вернулась к тесту.
Рекомендую к чтению: «Как ты можешь так со мной?» — «А как ты могла — всё это время?»
Первое сообщение пришло в одиннадцать: «Задерживаюсь. Совещание затянулось».
Марина прочитала, убрала телефон. Торт уже стоял в духовке. Она резала овощи для салата, одновременно следя за бульоном на плите.
Второе сообщение — в половине первого: «Скоро буду. Ещё час максимум».
Она не ответила. Руки были заняты — она раскладывала закуски на большом блюде. Канапе с сыром, тарталетки с паштетом, рулетики из лаваша. Всё должно выглядеть красиво. Ольга заметит каждую деталь.
В два часа телефон зазвонил. Марина взяла трубку мокрыми руками.
— Да.
— Марин, тут такое дело…
— Ты едешь?
— Выезжаю через полчаса. Точно.
— Андрей, гости в семь. Мне ещё нужно переодеться, накраситься, проверить сервировку.
— Я знаю. Я еду.
— Ты это говоришь уже пять часов.
— Марин, ну что я могу сделать? Это работа.
— Ты мог сказать «нет».
— Не мог. Ты же понимаешь.
Марина помолчала. Потом сказала ровно:
— Я понимаю, что жду тебя с семи утра. Я понимаю, что сделала всё сама. Я понимаю, что ты даже не извинился.
— Я извиняюсь. Прости. Еду.
Он отключился.
Марина положила телефон и посмотрела на часы. Пять часов до гостей. Горячее ещё не готово. Квартира не убрана. Стол не накрыт.
Она открыла холодильник, достала мясо. Руки двигались автоматически. Нарезать, приправить, выложить в форму. Поставить в духовку. Засечь время.
В четыре она закончила с едой. Пробежала по квартире с пылесосом. Расставила стулья в гостиной. Достала из шкафа праздничную скатерть.
В пять накрыла стол. Двенадцать тарелок, двенадцать комплектов приборов, двенадцать бокалов. Всё симметрично. Всё идеально.
В шесть приняла душ. Надела платье, которое купила специально для этого вечера. Чёрное, строгое, элегантное. Нанесла макияж — тщательно, слой за слоем, скрывая следы бессонной ночи и безумного дня.
В половине седьмого услышала звук ключа в замке.
Андрей вошёл бодрый, улыбающийся. Он даже не заметил, как она напряглась.
— Вау! Выглядишь потрясающе!
Марина не ответила.
— И здесь всё… просто шикарно. Ты молодец.
— Через полчаса придут гости.
— Понял. Я быстро переоденусь.
Он скрылся в спальне. Марина стояла посреди идеально убранной гостиной, у идеально накрытого стола, в идеальном платье. Она чувствовала, как что-то внутри медленно каменеет.
Рекомендую к чтению: — Я или твоя любовница подарит тебе носки на 23 февраля? — Марина пошутила за ужином, но муж поперхнулся и молча вышел из кухни.
Гости прибывали парами. Сначала Павел Сергеевич с Ольгой — он представительный, она в дорогом платье, с оценивающим прищуром. Потом остальные — однокурсники Андрея с жёнами, коллеги с мужьями.
Марина улыбалась. Принимала комплименты. Подавала закуски.
— Какая прелесть эти тарталетки! — Ольга взяла одну, надкусила. — Сами готовили?
— Да, всё домашнее.
— Удивительно. В наше время мало кто заморачивается.
Андрей подошёл, обнял Марину за талию.
— Моя жена — настоящая волшебница. Всё приготовила сама.
— Какой вы молодец, — Ольга одобрительно кивнула. — Андрей, вам повезло с женой.
— Знаю, — он сиял. — Я это ценю.
Марина продолжала улыбаться. Улыбка приклеилась к лицу, как маска.
Вечер шёл своим чередом. Мужчины обсуждали работу, женщины — путешествия и ремонты. Марина курсировала между кухней и гостиной, меняла блюда, наполняла бокалы.
— Потрясающее мясо, — сказал кто-то из гостей. — Рецепт дадите?
— Конечно, — Марина улыбнулась. — Секрет в маринаде.
— Андрей, ты счастливчик, — Павел Сергеевич поднял бокал. — За хозяйку этого дома!
Все выпили. Андрей смотрел на неё с гордостью. Он действительно был горд. Горд тем, что его жена справилась. Горд тем, что вечер удался. Горд собой — потому что это он её выбрал.
Марина налила себе воды. Горло пересохло от постоянных разговоров.
— Вы, наверное, весь день готовили? — спросила одна из жён, Светлана.
— С самого утра.
— А Андрей помогал?
Марина посмотрела на мужа. Он стоял в другом конце комнаты, смеялся какой-то шутке.
— Андрей был занят на работе.
— О, понимаю. Новая должность, да? Они все через это проходят. Мой Дима первые полгода вообще дома не появлялся.
— Да, наверное.
В десять гости начали расходиться. Долгие прощания в прихожей, обещания встретиться снова, благодарности за чудесный вечер.
— Марина, вы просто чудо, — Ольга пожала ей руку. — Приглашаю вас к нам в следующем месяце. Посмотрите, как мы принимаем гостей.
— Спасибо, с удовольствием.
Дверь закрылась за последней парой. Андрей прислонился к стене, расслабленный и довольный.
— Отлично прошло, правда?
Марина не ответила. Она прошла в гостиную, где громоздились грязные тарелки.
— Павел Сергеевич в восторге. И Ольга тоже. Ты видела, как она смотрела на наш интерьер?
Марина начала собирать посуду.
— Эй, — Андрей подошёл. — Ты чего такая молчаливая? Устала?
— Да, Андрей. Устала.
— Ну так оставь посуду. Завтра помою.
Она аккуратно поставила тарелки обратно на стол. Повернулась к нему.
— Завтра помоешь?
— Ну да. Сейчас поздно уже, давай спать ляжем.
— А сегодня ты почему не помыл?
— Я? Когда?
— Когда угодно. Утром. Днём. Вечером. Ты обещал помочь, Андрей.
Он нахмурился.
— Я же объяснил. Работа.
— Работа. Да.
— Марин, ну чего ты? Всё же прошло отлично. Гости довольны, начальник в восторге. Разве это не главное?
— А что главное для меня — ты подумал?
— Ты о чём?
Марина говорила ровно, без повышения голоса.
— Я встала в семь утра. Приготовила тебе кофе. Составила план на весь день. Ты обещал помочь. Вместо этого ты уехал и вернулся за час до гостей.
— Но я не мог отказать…
— Мог. Ты выбрал не отказывать. Это разное.
— Марин, ты перегибаешь.
— Нет. Я констатирую факт. Ты оставил меня одну. Ты даже не извинился нормально. А потом пришёл и принял все комплименты, как будто это твоя заслуга.
— Я же сказал при всех, что ты всё приготовила сама!
— Сказал. Один раз. Между двумя анекдотами про гольф.
Андрей развёл руками.
— Я не понимаю, чего ты хочешь. Вечер удался. Все счастливы. Почему ты делаешь из этого проблему?
— Потому что я не счастлива, Андрей. Потому что ты меня не видишь.
— Не вижу? Да я только о тебе и говорил весь вечер!
— Говорил. Но не слышал. И не помогал. И не заметил, что я едва стою на ногах.
Он вздохнул.
— Ладно. Ты устала, я понимаю. Давай поговорим завтра, когда отдохнёшь.
— Нет.
— Нет?
— Мы поговорим сейчас.
Рекомендую к чтению: 👑— В детской будет жить мой племянник. И хочу напомнить, квартира моя, — заявила свекровь, Вера к этому была готова.
Андрей скрестил руки.
— Хорошо. Давай поговорим. Что ты хочешь услышать?
— Я хочу услышать, что ты понимаешь, в чём проблема.
— Проблема в том, что ты злишься из-за ерунды.
Марина покачала головой.
— Проблема в том, что для тебя мой труд — ерунда.
— Я этого не говорил.
— Ты это показал. Всем своим поведением.
Андрей фыркнул.
— Ну вот, начинается. Сейчас ты скажешь, что я плохой муж, что я тебя не ценю, что ты несчастна…
— Я скажу то, что есть. Ты взял отгул, чтобы мне помочь. Ты отменил отгул ради работы. Ты не предупредил меня заранее. Ты не предложил никакой альтернативы. Ты просто уехал.
— Я не мог поступить иначе!
— Мог. Ты мог сказать: «Марина, мне звонят с работы, это срочно. Давай закажем часть блюд готовыми, чтобы ты не надорвалась». Ты мог сказать: «Давай перенесём ужин». Ты мог сказать: «Прости, я подвёл тебя, и я сделаю всё, чтобы это исправить».
— И что бы это изменило?
— Всё. Это бы показало, что ты думаешь обо мне. Что я для тебя существую.
Андрей отвернулся.
— Ты драматизируешь.
— Нет. Я говорю правду.
Он резко обернулся.
— Что это значит?
— Это значит, что я молчала слишком долго. Когда ты забывал о наших планах ради работы. Когда ты обещал одно, а делал другое. Когда ты принимал мои усилия как должное.
— Я никогда…
— Андрей. Сегодня я двенадцать часов работала одна. Я приготовила ужин на двенадцать человек. Я убрала квартиру. Я накрыла стол. Я переоделась, накрасилась и улыбалась весь вечер. И ты ни разу — ни разу — не спросил, как я себя чувствую.
Он молчал.
— Ты пришёл довольный. Ты принял комплименты. Ты наслаждался вечером. А я была обслугой на твоём празднике.
— Это несправедливо.
— Это правда. И я больше не собираюсь это терпеть.
Андрей насторожился.
— Что ты имеешь в виду?
Марина прошла в прихожую. Достала из шкафа небольшую дорожную сумку.
— Что ты делаешь?
— Уезжаю к Кате на пару дней.
— Сейчас? Ночью?
— Она меня ждёт. Я написала ей час назад.
Андрей шагнул к ней.
— Подожди. Это глупо. Давай обсудим всё спокойно.
— Мы обсудили. Ты сказал, что я драматизирую. Что проблема — ерунда. Что я должна успокоиться.
— Я не это имел в виду…
— Ты именно это имел в виду. И это показывает, что ты не слышишь меня. Не хочешь слышать.
Она надела пальто.
— Марина, это смешно. Нельзя уезжать посреди ночи из-за какой-то ссоры.
— Это не ссора, Андрей. Это граница.
— Какая ещё граница?
— Моя. Которую ты сегодня перешёл. И я больше не позволю тебе этого делать.
Он стоял, не зная, что сказать. Его уверенность куда-то испарилась.
— Ты вернёшься?
— Не знаю. Это зависит от тебя.
— От меня?
— Да. От того, готов ли ты увидеть меня. По-настоящему.
Марина открыла дверь.
— Подожди! — он схватил её за руку. — Не уходи так. Я… я не понимаю, что происходит.
Она посмотрела на него холодно.
— Вот именно. Ты не понимаешь. И пока ты не захочешь понять — нам не о чем разговаривать.
— Что мне делать?
— Подумай. Вспомни сегодняшний день. Вспомни, что ты чувствовал, когда уезжал. Вспомни, подумал ли ты хоть раз обо мне.
— Я думал!
— Ты думал о том, как я справлюсь. Не о том, как я себя чувствую.
Она высвободила руку.
— Посуда на столе. Можешь начать с неё.
Дверь закрылась. Андрей остался стоять в коридоре, глядя на пустое пространство.
В гостиной ждали грязные тарелки, приборы, бокалы с отпечатками губной помады.
Он прошёл на кухню. Открыл посудомоечную машину. Потом закрыл.
Сел на табурет и обхватил голову руками.
Телефон на столе зазвенел. Сообщение от Марины: «Доехала. Не звони. Напишу, когда буду готова».
Андрей долго смотрел на экран. Потом встал и начал убирать со стола.
Впервые за много лет он делал это сам. И впервые понял, сколько это занимает времени.
За окном занимался рассвет. Новый день начинался с грязной посуды и пустой квартиры. Праздник закончился. Пора было думать о том, что он натворил.
КОНЕЦ
– Твои родители мне не семья! Это два забитых пенсионера из глухомани! – заявил муж