Прямо у моих ног огромный далматинец по кличке Граф дожевывал перьевую подушку. Перья ровным слоем покрывали паркет, смешиваясь с кусками уличной грязи, которую пес притащил с участка.
Денис поправил воротник белоснежной рубашки, застегнул кожаную дорожную сумку и мягко, почти снисходительно улыбнулся.
— Полюшка, солнце мое, ну ты же видишь, я опаздываю на рейс. Форум в Казани сам себя не организует. Ивент-менеджмент требует жертв.
— Каких жертв, Денис? — я захлебывалась слезами, чувствуя, как внутри все сжимается от отчаяния. — Я вешу пятьдесят килограммов! Я не могу удержать эту лошадь на поводке! Он порвал мне пуховик, он перевернул мусорное ведро на кухне, а у меня через час онлайн-планерка в архиве!
— Малыш, ты сгущаешь краски, — он подошел, аккуратно поцеловал меня в лоб, стараясь не испачкаться о мое перемазанное собачьими слюнями плечо. — Это просто бытовые мелочи. Любые серьезные отношения проходят притирку. Зато мы живем на природе, в огромном загородном доме, дышим свежим воздухом. Я же ради нас стараюсь, формирую базу для будущего. А Граф… ну, прояви фантазию, отвлеки его косточкой. Все, я побежал. Маме позвони, если совсем туго будет, она обещала заехать.
Хлопнула тяжелая дубовая дверь. Я осела на нижнюю ступеньку лестницы и завыла в голос, закрыв лицо руками.
Граф подошел и радостно лизнул меня в нос, оставив на коже привкус сырой земли.
Мы переехали в этот коттеджный поселок «Малые колдуны» два месяца назад.
Денис преподнес это как невероятный сюрприз. Он сказал, что снял для нас роскошный дом, чтобы мы могли вить свое гнездо вдали от городской суеты.
Единственным условием арендодателя был присмотр за далматинцем Графом, пока хозяева решают дела за границей.
Я, дурочка из музейного архива, привыкшая верить в сказки о большой и светлой любви, развесила уши и радостно кивнула.
Сказка закончилась на третий день.
Выяснилось, что загородный дом — это черная дыра, требующая круглосуточного обслуживания. А Денис оказался невероятно занятым человеком.
Мой мобильный завибрировал. Я шмыгнула носом, попыталась выровнять дыхание и нажала кнопку ответа.
— Полина, здравствуй. Дениска звонил, сказал, что ты там опять не справляешься с элементарными вещами, — голос будущей свекрови сочился приторной заботой, под которой скрывались острые шипы.
— Здравствуйте, Тамара Ивановна. Граф разорвал подушку, а до этого растащил мусор. Я просто физически не успеваю… — у меня снова задрожал подбородок, и слезы брызнули с новой силой. — У меня работа, а тут нужно еще котел чистить.
— Ой, ну не начинай эту песню! Какая у тебя там работа? Бумажки в архиве перекладывать? Ты женщина, Полина. Твоя природная задача — создавать уют. Денис бьется как рыба об лед, обеспечивает вас элитным жильем, а ты ноешь из-за порванной тряпки. Я сейчас приеду, проконтролирую, как ты ужин готовишь. Денис вернется уставший, ему нужно питаться правильно.
— Денис улетел в Казань, Тамара Ивановна. На три дня.
— Тем более! Значит, у тебя есть время генеральную уборку сделать. Все, жди.
Я положила телефон на тумбочку и пошла за шваброй.
В голове крутились цифры. Вчера я потратила восемь тысяч на мешок премиального корма для Графа, потому что у него от дешевого начиналась аллергия.
На прошлой неделе я отдала двенадцать тысяч за вызов мастера, потому что пеллетный котел забился золой, а я не смогла сама прочистить шнек.
Моя зарплата таяла на глазах. Денис денег не давал, ссылаясь на то, что он оплачивает саму аренду этого дворца, а на мне лежат лишь «мелкие хозяйственные нужды».
Вечером приехала Тамара Ивановна. Она ходила по просторной гостиной в уличных ботинках, демонстративно проводя пальцем по подоконникам.
— Везде пыль, Полина. Ужас. Вот я в твои годы успевала и на заводе смену отпахать, и троих детей обстирать. А ты с одной собакой разобраться не можешь.
Я стояла у кухонного острова, нарезая говядину для собачьей каши, и тихо плакала. Слезы капали прямо в миску с мясом.
— Тамара Ивановна, я за этот месяц отдала на продукты, корм и обслуживание котла почти тридцать тысяч. У меня на карточке осталось двести рублей. Мне даже на автобус до города не хватит. Вы можете попросить Дениса скинуть мне немного денег?
Будущая свекровь остановилась и посмотрела на меня с таким искренним возмущением, словно я предложила ей ограбить банк.
— Полина, как тебе не стыдно? Ты живешь в доме за миллионы, пользуешься благами цивилизации, Денис ради тебя расшибается в лепешку, а ты с него копейки тянешь? Меркантильность — худшая черта для женщины. Учись экономить. Вари макароны по-флотски, покупай субпродукты. Мой сын не банкомат.
Она развернулась и уехала, оставив меня наедине с грязными полами и чувством глубокой вины.
Я весь вечер мыла паркет, таскала пятнадцатикилограммовые мешки с древесными гранулами для котла и думала о том, что моя мечта об идеальных отношениях превратилась в банальную каторгу.
Я стала бесплатной прислугой, чернорабочей, которая за свои же деньги обслуживает чужой быт.
На следующий день после обеда к воротам нашего участка подъехал массивный черный внедорожник.
Из машины вышел высокий мужчина в дорогом кашемировом пальто. Он уверенно открыл калитку своим ключом и направился к крыльцу.
Я выбежала навстресу, на ходу вытирая мокрые от мытья посуды руки о передник. Граф с лаем выскочил из дома и радостно запрыгал вокруг незнакомца.
— О, Граф, морда ты пятнистая, привет! — мужчина потрепал пса за ушами и вопросительно посмотрел на меня. — А вы, простите, кто? Клининговая служба?
— Я… я девушка Дениса. Мы здесь живем, — пролепетала я, чувствуя, как краска заливает щеки.
Мужчина нахмурил густые брови.
— Какого Дениса? А, этого проныры из агентства? Подождите. Вы здесь живете?
— Да. Денис снял этот дом для нас два месяца назад. А вы арендодатель?
Мужчина вдруг расхохотался. Смех у него был густой, раскатистый.
— Арендодатель? Девушка, милая, меня зовут Константин. Я владелец этого дома. И я никому его не сдавал. Я нанял вашего Дениса приглядывать за котлом, чистить снег на участке и кормить мою собаку, пока я запускал новый ресторанный проект в Дубае. Я ему за это плачу сто пятьдесят тысяч рублей в месяц. Плюс оставлял карту на расходы для Графа и оплату электричества.
Земля ушла у меня из-под ног. В ушах зашумело.
— Сто… пятьдесят… тысяч? — выдавила я, и из глаз привычно хлынули слезы.
— Ну да. По договору. Он должен был тут находиться круглосуточно. А он, значит, сюда вас заселил? И сам не появляется?
— Он… он все время в командировках. Организует мероприятия. А я покупаю Графу корм со своей зарплаты… И мастера для котла вызывала за свои деньги…
Я разрыдалась окончательно. Меня трясло от обиды, от понимания того, как нагло, как цинично меня водили за нос. Константин смотрел на меня с искренней жалостью.
— М-да. Ловко он устроился. Нанял бесплатную домработницу, еще и заставил ее оплачивать мои счета, а мои деньги кладет себе в карман. Вы, девушка, извините, но собирайте-ка свои вещи. Я договор с этим комбинатором расторгаю прямо сейчас. А вам я сам вызову и оплачу такси до города, не переживайте.
Я кивнула, глотая слезы, и побежала в дом.
Денис вернулся на следующий день утром. Константин любезно разрешил мне остаться на одну ночь, чтобы спокойно собрать сумки. Сам владелец сидел в кабинете на втором этаже и проверял счета.
Когда Денис вошел в прихожую, он пребывал в отличном настроении.
— Полюшка, встречай добытчика! — крикнул он, скидывая куртку.
Я вышла из кухни. Глаза у меня опухли от многочасовых рыданий, нос покраснел. В коридоре стояли два моих чемодана.
— Ого. А это что за демарш? — он искренне удивился, склонив голову набок. — Ты снова из-за уборки истерику решила устроить? Малыш, ну мы же взрослые люди.
— Ты врал мне! — отчаянно закричала я сквозь слезы. — Ты всё это время нагло врал! Это не наш дом! Ты просто устроился сюда сторожем!
Денис ни на секунду не смутился. Его лицо приобрело выражение мудрой печали. Он сделал шаг ко мне, расставив руки для объятий.
— Полина, прекрати кричать. Ты ведешь себя нерационально. Давай смотреть на вещи шире. Да, я заключил контракт на обслуживание этого объекта. Но я сделал это ради нас!
— Ради нас? — я громко всхлипнула. Граф испуганно заскулил и спрятался под лестницу. — Ты получал сто пятьдесят тысяч каждый месяц! А я отдавала свою копеечную зарплату на корм и дрова! Ты заставил меня чистить этот проклятый котел!
— Ты переворачиваешь факты, — мягко, как психотерапевт буйному пациенту, ответил Денис. — Я откладывал эти деньги на наш будущий совместный счет. На ипотеку. Я думал о нашей семье. А то, что ты покупала корм… ну, ты же тоже тут жила. Пользовалась водой, электричеством. Должна же быть какая-то финансовая отдача с твоей стороны. Это партнерство, Полина. Но ты, видимо, просто не доросла до серьезных отношений. Тебе бы только истерики закатывать.
Из кабинета на втором этаже медленно спустился Константин. Он оперся на перила и посмотрел на Дениса.
— Партнерство, говоришь? — произнес владелец дома. — Значит так, партнер. Ключи на стол, карту расходную на стол. Ты уволен. Из твоей последней выплаты я удержу двенадцать тысяч за ремонт котла и чистку шнека, который Полина оплатила из своего кармана, и переведу ей. Даю десять минут, чтобы духу твоего здесь не было.
Денис сглотнул. Его уверенность дала крошечную трещину, но он быстро взял себя в руки.
— Константин, вы не имеете права нарушать условия договора на основании женских истерик…
— Девять минут, — отрезал Константин.
Я схватила чемоданы и потащила их к выходу.
— Полина, ты совершаешь огромную ошибку! — бросил мне вслед Денис. — Ты разрушаешь то, что мы строили!
— Мы ничего не строили! — прорыдала я, открывая входную дверь. — Ты просто удобно присосался к моей шее! И к шее Константина!
У ворот уже ждала машина, присланная Константином. Я уехала в свою крошечную комнатку в коммунальной квартире. Вечером того же дня мне оборвала телефон Тамара Ивановна.
— Ты подлая, меркантильная девчонка! — вещала она в трубку. — Из-за твоих соплей Дениску уволили с такого хорошего места! Он теперь вынужден жить у меня! Ты растоптала его перспективы!
Я ничего не ответила. Я просто нажала кнопку отбоя и внесла номер в черный список.
Через неделю моя жизнь вернулась в привычное, спокойное русло.
Я ходила в архив, разбирала старые документы и наслаждалась тем, что мне не нужно таскать пеллеты и варить кашу из обрезков.
Деньги от Константина за ремонт котла пришли мне на карту на следующий же день, так что до зарплаты я дожила с комфортом.
Денис проявил себя во всей красе. Оказалось, что работу ивент-менеджера он выдумал, чтобы пускать пыль в глаза.
Без стабильного дохода от Константина он быстро влез в долги. Он начал писать мне пространные сообщения в социальных сетях.
Он публиковал на своей открытой странице длинные посты о том, как «настоящие мужчины страдают от женской неблагодарности», и прикреплял к ним грустные цитаты.
А в личных сообщениях униженно просил меня прислать ему десять тысяч до конца месяца, аргументируя это тем, что дважды сводил меня в кофейню и один раз подарил букет. Мол, должна компенсировать затраты, раз его бросила.
Я читала эти сообщения, сидя на своей старенькой тахте, и впервые за долгое время не плакала, а громко рассмеялась.
Сказка оказалась дешевой фальшивкой, но реальность без этих картонных принцев оказалась куда более уютной.
— Ты что с моей карточкой сделала?! Почему я ей расплатиться не могу? Ты же меня унизила перед друзьями! — орал муж у меня в кабинете