— Ты чего так долго открываешь? Я уже замёрз, — недовольно бросил Артём, как только дверь распахнулась.
Ирина даже не сразу ответила.
Она несколько секунд просто смотрела на бывшего мужа, пытаясь понять, что именно видит перед собой. Тот стоял с пакетом из супермаркета, в расстёгнутой куртке и с тем самым выражением лица, которое годами выводило её из себя. Будто весь мир существует исключительно для его удобства.
— Ты чего молчишь? — нахмурился он и, не дожидаясь приглашения, шагнул в квартиру.
Ирина машинально посторонилась. Артём прошёл мимо неё так уверенно, словно вернулся домой после работы, а не явился в квартиру бывшей жены спустя месяц после развода.
Он скинул обувь, повесил куртку на крючок в прихожей и сразу направился на кухню.
— Ну хоть тапки на месте, — усмехнулся он. — А то у тебя вечно всё перестановками заканчивалось.
Ирина медленно закрыла входную дверь.
Ключи он ей отдал ещё после суда. Все. Она лично проверяла связку. Поэтому сейчас в голове крутилась только одна мысль: какого чёрта он вообще припёрся?
Артём тем временем уже открыл холодильник.
— О, котлеты? Нормально. А гарнир есть?
Он говорил это так спокойно, что Ирина невольно стиснула пальцами край столешницы.
Месяц.
Прошёл всего месяц после развода.
И этот человек до сих пор не понял, что больше здесь не живёт.
Артём заглянул в кастрюлю, потом открыл шкафчик с тарелками, достал одну и положил на стол.
— Ты чего стоишь? — спросил он через плечо. — Разогрей тогда, я голодный как собака.
Ирина молча смотрела на него.
Высокий. Всё та же привычка командовать, даже не повышая голос. Всё то же выражение лица человека, уверенного, что ему обязаны.
Когда-то именно эта уверенность казалась ей надёжностью.
Теперь — наглостью.
— Артём, — произнесла она тихо. — Ты ничего не перепутал?
Он обернулся.
— В смысле?
— В прямом.
Он недоумённо хмыкнул и уселся за стол.
— Ир, давай без этих сцен. Я сегодня весь день мотался. Устал как чёрт. Поесть спокойно можно?
Она даже не сразу нашлась что ответить.
Не потому что растерялась.
Потому что внутри всё буквально застыло от абсурдности происходящего.
— Ты пришёл ко мне домой. Без звонка. Без приглашения. Полез в холодильник. И сейчас сидишь и требуешь ужин?
— Не требую, — спокойно поправил он. — Просто говорю как есть. Я привык нормально питаться.
Ирина коротко усмехнулась.
Усмехнулась так резко, что сама это почувствовала.
Артём откинулся на спинку стула и произнёс тем самым будничным тоном:
— Развелись и что? Ужин мне всё равно готовь, я привык нормально питаться.
Фраза повисла в кухне.
За окном проехала машина. Где-то сверху хлопнула дверь.
А Ирина медленно закрыла холодильник.
На её лице появилась холодная улыбка.
И именно в этот момент она вдруг ясно поняла: Артём вообще не осознал, что произошло.
Для него развод оказался чем-то вроде временной ссоры.
Он искренне считал, что штамп в паспорте исчез, а обслуживание осталось.
— То есть ты сейчас серьёзно? — спросила она.
— А чего ты завелась? — поморщился Артём. — Я ж не чужой тебе человек.
Кровь прилила Ирине к лицу.
Она подошла к столу и медленно положила перед ним связку ключей.
Тех самых.
— Видишь это?
— Вижу. И что?
— Это ключи, которые ты мне вернул после развода. Помнишь?
— Ну.
— Значит, ты в курсе, что здесь больше не живёшь.
Артём тяжело выдохнул, будто разговаривал с капризным ребёнком.
— Ир, ну не начинай. Мы с тобой десять лет прожили. Что теперь, врагами быть?
— А между “быть врагами” и “корми меня после развода” у тебя вариантов нет?
Он нахмурился.
— Ты сейчас специально всё выворачиваешь.
— Я?!
Ирина даже засмеялась.
Нервно. Громко.
Потом резко перестала.
— Ты припёрся ко мне как к себе домой!
— Потому что раньше это был и мой дом тоже!
— Был! — отрезала она. — Ключевое слово — был!
Артём раздражённо провёл ладонью по столу.
— Господи, что ты орёшь-то сразу? Я просто пришёл нормально поесть.
— Тогда иди в кафе!
— Деньги тратить на это ещё.
Она уставилась на него.
Несколько секунд просто хлопала глазами, не веря, что взрослый мужчина сейчас действительно это сказал.
— То есть ты решил экономить за мой счёт?
— Да не начинай ты опять со своими драмами! Я вообще-то продукты принёс.
Он кивнул на пакет.
Ирина подошла, открыла его и молча достала:
батон,
дешёвые сосиски,
майонез,
банку консервов.
Она медленно подняла взгляд.
— Это ты называешь продуктами?
— А что не так?
— Ты серьёзно пришёл с батоном и ждёшь полноценный ужин?
— Ну а что? У тебя всё остальное есть.
Ирина закрыла глаза.
Всего на секунду.
Потому что ещё немного — и она либо расхохочется, либо запустит в него этой банкой.
За десять лет брака Артём так и не понял самой простой вещи.
Еда не появляется сама.
Полотенца не становятся чистыми сами.
Полы не моются сами.
И женщина не превращается автоматически в обслуживающий персонал только потому, что вышла замуж.
Первые годы Ирина пыталась объяснять.
Потом просить.
Потом ругаться.
Потом замолчала.
Артём был из тех мужчин, которые искренне считают: если жена дома раньше тебя — значит обязана.
Он никогда не говорил “спасибо”.
Никогда не замечал, сколько всего Ирина тянет на себе.
Зато моментально замечал, если дома не приготовлен ужин.
— И что у нас есть? — продолжал он, будто ничего не происходило. — Макароны? Картошка?
— У нас? — переспросила Ирина.
— Господи, опять начинается.
— Нет, Артём. Это у меня есть картошка. У меня холодильник. У меня квартира. У меня кухня.
Он усмехнулся.
— Ну понеслось.
— Нет. Понеслось тогда, когда ты после развода решил приходить сюда жрать!
Артём резко поднялся.
— Следи за словами.
— А то что?
Он шагнул ближе.
Когда-то Ирина в такие моменты сразу замолкала.
Но сейчас что-то внутри будто щёлкнуло.
Она больше не боялась.
Вообще.
— Ты мне угрожать пришёл? — спокойно спросила она.
— Не перегибай.
— Тогда отойди от меня.
Он шумно выдохнул и снова сел.
— Нормально же общались…
— Мы не общались. Ты пользовался тем, что я всё терпела.
— Да что ты терпела-то? Жила как человек.
Ирина коротко кивнула.
Вот.
Вот она — настоящая причина.
Артём действительно считал, что дал ей прекрасную жизнь.
Потому что рядом был он.
— Слушай внимательно, — произнесла она. — Ты больше сюда не приходишь без приглашения. Никогда.
— Ир…
— Никогда. Ни поесть. Ни полежать. Ни “просто поговорить”.
Он скривился.
— Ну конечно. Нашла себе кого-то уже?
Она аж отшатнулась от неожиданности.
— Что?
— А что? Больно ты смелая стала.
Ирина медленно опустила ладони на стол.
— То есть если женщина не хочет обслуживать бывшего мужа — значит у неё обязательно кто-то появился?
— Обычно так и бывает.
— Нет, Артём. Обычно бывает по-другому. Просто однажды женщина устаёт.
Он фыркнул.
— От чего ты устала? Жить в нормальной квартире?
— От тебя.
В кухне повисла тишина.
Артём смотрел на неё так, будто впервые видел.
Ирина тоже смотрела внимательно.
И вдруг поняла страшную вещь.
Он ведь правда ничего не понял после развода.
Вообще ничего.
Для него виноватой осталась она.
Не он, который годами жил как постоялец.
Не он, который считал нормой приходить домой и сразу спрашивать, что на ужин.
Не он, который даже чай себе налить ленился.
А она.
Потому что перестала терпеть.
— Ты сейчас серьёзно считаешь себя правым? — спросила Ирина.
— Я считаю, что ты слишком резко всё оборвала.
Она усмехнулась.
— Резко?
Перед глазами всплыли бесконечные вечера.
Артём на диване.
Телефон в руках.
И его привычное:
“Есть что поесть?”
Без “привет”.
Без “как ты”.
Без “устала?”
Только обслуживание.
— Я два года просила тебя хотя бы тарелку за собой мыть, — тихо сказала Ирина. — Два года.
— Началось…
— Нет. Ты послушаешь. Сегодня — послушаешь.
Он закатил глаза.
И именно это окончательно её добило.
Не слова.
Не наглость.
А это вечное выражение лица человека, которому все мешают жить.
Ирина резко взяла пакет с его “продуктами” и сунула ему в руки.
— Забирай.
— Ты чего творишь?
— А ты чего творишь в моей квартире?
— Я нормально пришёл!
— Нормально?! Ты после развода явился жрать ко мне домой!
— Не ори!
— А ты выйди отсюда!
Он вскочил.
— Да пожалуйста! Истеричка!
— Ключи на стол!
Артём замер.
— Какие ещё ключи?
— Запасные. Которые ты сделал без моего ведома.
На его лице что-то дрогнуло.
Ирина прищурилась.
Попала.
— Я жду.
— Да не делал я ничего…
— Артём.
Он отвёл взгляд.
Ирина резко открыла ящик в прихожей, вытащила связку и швырнула перед ним.
— Эти тогда откуда?!
Он молчал.
— Ты сделал дубликаты?!
— На всякий случай.
— На какой ещё случай?!
— Мало ли что.
Ирина нервно рассмеялась.
Вот почему он вошёл так уверенно.
Вот почему даже не позвонил заранее.
Он всё это время считал, что имеет право сюда заходить.
— Ты вообще нормальный?! — голос у неё сорвался. — Мы разведены!
— И что теперь? Чужими стали?
— Да! Именно! После развода бывшие супруги не ходят друг к другу за котлетами!
Он резко схватил ключи со стола.
— Да подавись ты своей едой!
— Ещё бы ты не подавился! Ты даже макароны сам сварить не способен!
Артём дёрнул дверцу шкафа так, что она ударилась о стенку.
— Конечно! Теперь я во всём виноват!
— Да! Представь себе!
Он шагнул в коридор.
Ирина пошла следом.
Сердце колотилось так сильно, что она слышала собственный пульс.
Но отступать больше не собиралась.
— И больше сюда не приходи, — жёстко сказала она.
— Больно надо.
— Я серьёзно. Ещё раз без приглашения появишься — вызову полицию.
— Совсем уже…
— Совсем — это делать тайком ключи от квартиры бывшей жены!
Он дёрнул куртку с крючка.
— Ненормальная.
— Зато больше не бесплатная столовая!
Артём зло посмотрел на неё.
Потом резко открыл дверь.
И уже на пороге бросил:
— Да кому ты вообще нужна с таким характером?
Ирина медленно скрестила руки на груди.
— Человеку, который умеет готовить себе ужин сам — точно не страшна.
Дверь хлопнула так, что дрогнуло зеркало в прихожей.
Несколько секунд Ирина стояла неподвижно.
Потом подошла к двери и повернула замок.
Два раза.
После чего достала телефон.
— Алло, Сергей Петрович? Это Ирина из сто двадцать шестой квартиры. Дайте, пожалуйста, номер слесаря. Мне нужно срочно поменять замки.
И только после этого она вернулась на кухню.
Посмотрела на брошенную Артёмом банку консервов.
На распахнутый холодильник.
На смятый пакет.
И вдруг громко расхохоталась.
Так, что даже слёзы выступили на глазах.
Потому что только сейчас до неё окончательно дошло:
она больше никому ничего не должна.
Я приехал к жене поговорить. А на крыльце меня встретил нзнакомец