Инга замерла, так и не сняв легкий плащ.
— Вы, должно быть, шутите, Раиса Семеновна? — Инга прошла на кухню и посмотрела прямо в глаза пожилой женщине. — Ты же сама говорила: поживу две недели! — жестко напомнила она. — Год прошел! Какие жильцы? Это моя собственность, и я никого сюда пускать не собираюсь.
— Ой, не заводи свои старые песни про собственность! — отмахнулась свекровь. Она уверенно хозяйничала у плиты, перекладывая ужин на тарелку. — Ты теперь замужняя женщина. У нас одна большая семья. А семье требуются средства. Мне за мою строящуюся студию платить совершенно нечем. Вадик как сын обязан помочь матери. А ты — как его верная супруга.
Инга перевела недоумевающий взгляд на мужа. Вадим сидел за столом, старательно разглядывая пустую кружку. Он даже не поднял головы, когда его мать озвучила этот нелепый план по выселению законной хозяйки.
— Вадим, ты тоже поддерживаешь эту идею? — тихо, но с явным нажимом спросила Инга. — Ты серьезно предлагаешь пустить чужих людей в мой дом, чтобы оплачивать бесконечные долги твоей мамы? А мы сами где будем обитать? На улице?
— Ну, Ингусь, не нужно так остро реагировать, — пробормотал муж. Он наконец посмотрел на нее, но взгляд был бегающим. — Мама дело говорит, ситуация сложилась непростая. Переедем к ней на дачу пока. Там природа, тихо. Зато за год раскидаем её выплаты. Это же временно. Мы ведь одно целое теперь, должны поддерживать друг друга в трудную минуту.
— Одно целое? — Инга горько усмехнулась. — Когда я несколько лет подряд работала без нормальных выходных, брала подработки и во всем себе отказывала, чтобы накопить на первоначальный взнос, мы с тобой даже не пересекались. Моя ипотека давно закрыта моими же силами. И решать чужие финансовые проблемы своей недвижимостью я не стану. Вопрос закрыт.
Она развернулась и ушла в дальнюю комнату. Весь оставшийся вечер из кухни доносилось приглушенное недовольное бормотание свекрови, на которое Вадим виновато бубнил что-то в ответ. Воздух в квартире казался тяжелым от недосказанности и откровенной наглости. Инга отчетливо осознала, что точка невозврата пройдена.
Утро началось странно. Инга проснулась от навязчивого металлического лязга в коридоре. Муж ушел на работу рано, а Инга притворилась спящей и специально не вышла его провожать после вчерашнего. У нее сегодня был законный выходной, и свекровь, судя по всему, решила, что невестка тоже ушла по делам. Накинув домашний костюм, Инга вышла из спальни.
Возле входной двери стоял незнакомый грузный мужчина в спецовке. Он сосредоточенно ковырял дверную ручку инструментами, снимая металлическую пластину. Рядом суетилась Раиса Семеновна, активно раздавая указания.
— Что здесь происходит? — голос Инги прозвучал громко и требовательно. Мужчина в спецовке вздрогнул, выронил отвертку и обернулся.
— Ой, проснулась наша неженка, — язвительно протянула свекровь. Она даже бровью не повела. — Работайте, молодой человек, не обращайте внимания. Мы ставим новые механизмы на входную дверь. Жильцы сегодня вечером привозят вещи, им нужны свои ключи.
— Вы вообще понимаете, что творите? — Инга шагнула вперед. Она решительно преградила путь мастеру. — Извините, но ваша работа отменяется. Собирайте инструменты и уходите. Я хозяйка этой квартиры, и я подобных услуг не заказывала.
Рабочий растерянно переводил взгляд с пожилой женщины на молодую. Спорить он не стал. Пожал плечами, начал быстро скидывать свой инвентарь в ящик. Ему явно не нужны были разборки с настоящими владельцами жилья. Как только за ним захлопнулась створка, свекровь перешла в яростное наступление.
— Ты как с матерью своего супруга разговариваешь, неблагодарная? — зашипела женщина. Она двинулась на невестку. — Я всё равно сделаю так, как нам выгодно! Ты тут свои правила не устанавливай!
— Раиса Семеновна, у вас есть ровно два часа, чтобы собрать свои манатки, — чеканя каждое слово, произнесла Инга. — Я терпела ваше присутствие ради сохранения мира в семье. Но сдавать мою личную недвижимость без моего ведома — это уже перебор. Ваше время вышло. Собирайтесь.
Свекровь вдруг громко и неестественно рассмеялась. В этом смехе сквозило абсолютное торжество. Она подошла к комоду, достала оттуда какую-то плотную бумагу и сунула ее прямо под нос Инге.
— Выгонять она меня вздумала! А вот это ты видела? Документы уже лежат у хорошего риелтора. Договор с новыми жильцами подписан. И согласие твое, как собственницы, там имеется. Стоит твоя подпись, и печать из МФЦ, заверенная специалистом. Всё чисто!
Инга выхватила лист. Это была качественная копия документа. В нем черным по белому значилось согласие на сдачу недвижимости в аренду с правом подписи третьим лицам. Внизу стояла ее фамилия и подпись. Точнее, очень умелая подделка ее росписи. Инга едва не рассмеялась. В МФЦ не заверяют подписи на таких бумагах без личного присутствия собственника с паспортом. Это была подделка, причем топорная. Мозг сработал молниеносно: пока свекровь победно ухмылялась, Инга сделала вид, что вчитывается в текст, а сама незаметно сделала на телефон пару четких снимков бумаги со всеми реквизитами.
— Вы подделали мою подпись? — Инга подняла взгляд на женщину. — Вы хоть осознаете, что это уголовное преступление?
— Ничего ты никому не докажешь, — с вызовом заявила Раиса Семеновна. — Вадик вчера твой документ взял, к знакомому специалисту съездил, всё оформили без твоего участия. Ты теперь замужем, девочка моя. Твое имущество — это ресурс нашей общей семьи. И мы им распоряжаемся. Так что иди, пакуй свои пожитки. Вечером мы все дружно переезжаем на дачу!
Инга стояла посреди коридора. Осознание того, что мужчина, с которым она планировала строить будущее, и его родная мать оказались обычными мошенниками, поразило ее своей обыденностью. Они украли ее личные данные, переступили закон и были абсолютно уверены в своей безнаказанности. В голове мгновенно созрел четкий план действий.
— Нет, дорогая моя свекровь, эту квартиру я купила до свадьбы, так что пакуйте вещи! — твёрдо сказала Инга.
— Ты совсем туго соображаешь? — скривилась Раиса Семеновна. — Бумаги уже подписаны! Мой сын всё решил! Если надумаешь сопротивляться, мы тебя вообще по миру пустим. Супруг имеет право на половину всего!
— Супруг имеет право сходить к грамотному юристу и узнать, что добрачное имущество делить нельзя, — спокойно ответила Инга. — А вот за подделку официальных бумаг вы оба пойдете по совершенно другой статье.
Она развернулась, прошла в комнату и быстро переоделась. Затем взяла свою сумку, бросила туда мобильный телефон, ключи от машины и оригиналы документов на жилье. Раиса Семеновна продолжала стоять в коридоре, уверенная, что сломала невестку.
— Вот и умница, давно бы так, — снисходительно бросила свекровь ей вслед. — Сыну я передам, что ты взялась за ум.
Инга не удостоила ее ответом. Она вышла в подъезд и спокойно повернула ключ в замке своей двери с наружной стороны, оставив нахалку внутри. Инга прекрасно понимала: в теории свекровь может попытаться уничтожить подделку. Но, во-первых, качественные фото уже были в облаке, а во-вторых, Раису Семеновну сейчас накроет паника от потери контроля, и ей будет совершенно не до заметания следов.
Она достала мобильный и набрала нужный номер.
— Здравствуйте. По моему адресу только что была попытка незаконного вскрытия двери и смены замков посторонними лицами. Сейчас в квартире заперта женщина, которая отказывается уходить и угрожает завладеть моим имуществом. Да, я собственница, ожидаю сотрудников на лестничной клетке.
Спустя несколько минут за металлической преградой раздался сильный стук. Раиса Семеновна агрессивно дергала ручку.
— Эй! Ты зачем меня тут закрыла? Открой сейчас же! Мне в магазин пора! — доносился приглушенный голос.
Инга хранила молчание. Вскоре в коридоре раздался истошный вопль.
— Открой немедленно! Я сыну звоню! Он с тобой сегодня же разведется! Ты на улице останешься!
— Звоните, — тихо произнесла Инга. — Ему как раз пора узнать, где он проведет ближайшие несколько лет.
Сотрудники полиции прибыли быстро. Двое крепких патрульных поднялись на этаж. Инга без лишних эмоций объяснила суть проблемы, показала свой паспорт, свежую выписку из реестра недвижимости и фотографии поддельного договора. Затем вставила ключ и распахнула створку.
Раиса Семеновна тут же бросилась вперед с кулаками, изрыгая ругательства, но моментально осеклась, увидев людей в форме. Вся ее былая спесь испарилась за долю секунды. Пожилая женщина попыталась неуклюже спрятать бумагу за спину, но было поздно. Полицейские вежливо, но твердо попросили ее собрать личные вещи и проехать с ними в отделение. Инга тут же набрала номер мужа и ледяным тоном сообщила, что его с нетерпением ждет следователь.
Прошел месяц. Доследственная проверка по факту мошенничества шла полным ходом, собирая железную доказательную базу для возбуждения уголовного дела. Вадим и его предприимчивая мать уже погрязли в серьезных проблемах: знакомый специалист испугался последствий и сразу сдал их обоих. Бракоразводный процесс прошел стремительно и без проволочек. Инга игнорировала сотни истеричных звонков от бывшей свекрови с мольбами забрать заявление. Она просто навсегда вычеркнула этих людей из своей реальности.
Теперь в ее просторном жилье царил абсолютный покой. Больше никто не указывал ей, как правильно жить. Никто не пытался нагло распоряжаться ее честно заработанными метрами. Инга полностью вернула себе свою территорию.
Звонок мобильного телефона внезапно разорвал вечернюю тишину. На светящемся экране высветилось: «Вадим». Инга криво усмехнулась, сбросила вызов и привычным движением внесла номер в черный список. Затем, не убирая телефона, открыла приложение доставки и заказала огромную порцию роллов с лососем — праздновать новоселье в своей собственной, полностью свободной от чужих людей квартире. И эту оглушительную, прекрасную свободу она отстояла с полным достоинством.
«Я заберу ее бизнес завтра, выбирай кольцо», — шепнул муж любовнице. Он не знал, какую ловушку уже готовит неподвижная жена