Официант принёс счёт как раз тогда, когда я поставила чашку на блюдце. Платон аккуратно сложил салфетку, откинулся на спинку стула и сказал, что теперь самое интересное – делим пополам.
Я посмотрела на папку, потом на него. В зале тихо играла музыка.
– Прости, не расслышала, – сказала я, хотя расслышала отлично.
– Пополам, – повторил он спокойно. – Расходы. Мы же взрослые люди.

Платон улыбнулся, ни капли не смутился. Я ждала, что он пошутит, но он говорил так, как при подписании акта выполненных работ.
– Платон. – Я отставила чашку. – Ты сам выбрал это кафе.
– Да, – кивнул он. – Хотел, чтобы тебе понравилось. Кухня хорошая, атмосфера приятная. Я же говорил – хочу произвести впечатление.
– Произвести впечатление, – повторила я. – А оплатить – пополам.
– Ксения, ну что ты к словам цепляешься. Я и хотел произвести впечатление – выбором места, разговором. А деньги – это просто деньги. Мы же не в девятнадцатом веке живём.
Я смотрела на него и вспоминала, что было два часа назад. Он приехал на машине, открыл мне дверь. Рассказывал про работу, как проектирует вентиляцию в новых домах. Казалось, вот он – мужчина, который знает, чего хочет. Не суетится, говорит по делу.
Потом он предложил зайти именно сюда. Я сказала, что, может, выберем место попроще. Он покачал головой: ‘Нет, хочу, чтобы первый вечер был особенным’. И вот теперь этот особенный вечер заканчивался счётом, который он предлагал разделить.
– Платон, давай я объясню, как я это вижу. Ты пригласил меня в кафе, где средний чек – как моя половина коммуналки. Ты заказал стейк, который стоит больше, чем я трачу на продукты за неделю. Сказал, что хочешь произвести впечатление. А теперь предлагаешь мне заплатить за своё впечатление.
Он помрачнел. Впервые за вечер.
– Ксения, ты всё упрощаешь. Я не приглашал тебя – мы договорились встретиться. Это разные вещи.
– То есть я должна была сама догадаться, что счёт будет общий?
– Я думал, ты поймёшь. В нашем возрасте глупо играть в эти игры – кто кому должен.
– В нашем возрасте как раз и не глупо понимать, что мужчина, который приглашает женщину, берёт расходы на себя. Это не игры. Это элементарное уважение.
– Уважение, – усмехнулся он. – Ксения, уважение зарабатывается поступками, а не оплаченным ужином.
– Может быть. Но ужин – это первый поступок.
Он помолчал, открыл папку, посмотрел на сумму и сказал:
– Восемь тысяч четыре сотни. Пополам – четыре тысячи двести. У тебя наличные есть?
Мне пятьдесят восемь, я в отделе кадров больше двадцати лет, всякое видела. Но чтобы мужчина на первом свидании, сам предложивший дорогое кафе, требовал разделить счёт – такого я не припомню.
– Платон, я заплачу свою половину. Но давай договоримся – это будет наш последний разговор.
– Ксения, ты серьёзно? – Он подался вперёд, глядя на меня. – Из-за каких-то денег?
– Не из-за денег. Из-за того, что эти деньги для тебя значат.
Я достала кошелёк, отсчитала купюры, положила их на стол. Встала. Платон тоже встал, но удерживать не стал. Я вышла из кафе, села в машину. Только когда выехала на проспект, поняла, что вся напряжена.
Дома сразу позвонила Майе. Мы с ней ещё со школы дружим.
– Майя, мне нужно выговориться. – Я выдохнула, услышав её голос.
– Что случилось? Голос какой-то странный.
– Я была на свидании. И сейчас расскажу тебе такую историю, что не поверишь.
Я рассказала всё – про кафе, про его слова ‘хочу произвести впечатление’, про счёт. Майя молчала.
– Ксения, ты шутишь?
– Хотела бы, чтобы это была шутка.
– Слушай, я, конечно, за равноправие. Но это же не равноправие, это наглость. Он сам выбрал место, сам заказал, а платить – пополам?
– Именно.
– И что ты сделала?
– Заплатила свою половину и ушла.
– Правильно. А то ещё подумал бы, что ты ему должна.
– Майя, мне не столько обидно, сколько странно. Весь вечер – нормальный мужчина. Умный, интересный. А потом – бац – и такое.
– Может, он просто не подумал. – Майя вздохнула. – У людей разные представления.
– Майя, ему шестьдесят лет. Он же не из леса вышел.
– Ну не знаю. Слушай, а может, у него денег нет? Может, он хотел пригласить в дорогое место, но не рассчитал?
– Тогда зачем приглашать? Можно было выбрать кафе попроще.
– Может, он думал, что ты обрадуешься самому факту, что мужчина пригласил.
– Майя, я уже не та, кто обрадуется самому факту. Мне важно, как этот факт оформлен.
– Ну, это ты уже загибаешь. Ладно, а он тебе потом писал?
– Нет. Я ушла, он даже не стал меня удерживать.
– Значит, считает, что прав. – Майя помолчала. – Ксения, мой совет – забудь. Не стоит связываться с человеком, который на первом свидании показывает, что для него деньги важнее чувств.
– Знаешь, что меня больше всего задело? Он ведь не жадный. Он просто по-другому видит мир. И для него это нормально.
– Вот именно. – Майя усмехнулась. – Ненормально для тебя. А если он не понимает, что тебе важно, – значит, вы разные.
Мы поговорили ещё немного, потом я попрощалась. Села на кухне. На улице уже стемнело, в окнах соседнего дома горел свет. Думала о Платоне. О том, как он увлечённо рассказывал про работу, как слушал меня. И о том, как он спокойно сказал – пополам. Обидно. Но ещё больше – непонятно.
Утром он написал: ‘Ксения, доброе утро. Я много думал о вчерашнем вечере. Понимаю, что получилось неловко. Могу я объяснить?’
Я не знала, что ответить, но потом написала: ‘Хорошо. Вечером, в парке, на скамейке у пруда. Шесть часов’.
Он ответил сразу: ‘Договорились’.
Вечером я приехала в парк. Платон уже ждал на скамейке. В куртке, без галстука, выглядел проще, чем вчера. Мы поздоровались, и он сразу сказал:
– Ксения, я хочу объяснить. Не оправдаться – именно объяснить.
– Хорошо, слушаю.
– Видишь ли… – Он потер переносицу. – Я всю жизнь привык к точным расчётам. Я инженер, у меня всё по цифрам. Увидел это кафе, подумал – да, здесь приятно. Я действительно хотел произвести впечатление. Но не подумал о том, что для тебя это будет значить.
– То есть ты подумал о месте, но не подумал о счёте?
– Я подумал о счёте. Решил, что мы поделим. Потому что считаю – в нашем возрасте глупо, когда мужчина платит за всё. Мы же взрослые люди, оба работаем, самостоятельны. Я думал, ты согласишься.
– Платон, ты не спросил. Ты решил за меня.
– Да, – кивнул он. – Это моя ошибка. Я должен был сказать заранее. Но думал, что это очевидно.
– Для тебя – очевидно. Для меня – нет.
– Ксения, я понимаю, что ты обиделась. Но давай посмотрим с другой стороны. Если бы я заплатил сам – ты бы подумала, что я хочу тебя купить. Что теперь ты мне должна. А так – мы равны.
– Равны? Платон, равенство – это когда оба хотят платить. А когда один предлагает дорогое кафе, а потом требует пополам – это не равенство. Это хитрость.
Он помолчал, глядя на воду.
– Может быть, ты права. Может, я действительно схитрил. Но не из жадности. У меня серьёзные финансовые обязательства, я просто не могу позволить себе тратить много на развлечения. Но я хотел, чтобы вечер был хорошим. Выбрал место, которое мне нравится, и думал – может, она тоже оценит.
– Платон, если у тебя нет денег на дорогое кафе – зачем туда идти? Можно было выбрать место проще.
– Я хотел, чтобы было красиво. Думал, что ты оценишь саму атмосферу. А не то, кто платит.
– Я оценила атмосферу. Но я также оценила то, как ты предложил разделить счёт. И это для меня важнее.
– Ксения, я понимаю. Я не хочу тебя переубеждать. Просто хотел объяснить, что я не жадный. Я просто по-другому вижу ситуацию.
– Я поняла. И спасибо, что объяснил.
– Что дальше? – Он посмотрел на меня.
– Ничего. Платон, ты хороший человек, наверное. Но мы слишком разные. Для тебя деньги – это цифры, расчёты. Для меня – это отношение. И если ты на первом свидании показал, что для тебя важнее сэкономить, чем сделать мне приятно – значит, нам не по пути.
– Ксения, ты не даёшь мне шанса. Я же объяснил.
– Ты объяснил, что не жадный. Но не объяснил, почему не подумал обо мне. И это важнее.
Он посмотрел на меня, кивнул.
– Хорошо. Я понял.
– Прощай, Платон.
Я развернулась и пошла по аллее. Не оглядывалась. Шла быстро, пока не вышла из парка. Села в машину и выдохнула.
Дома я написала Майе: ‘Всё, поговорили. Больше не увидимся’.
Майя ответила почти сразу: ‘Правильно. Не грусти’.
Я пообещала. Села на кухне. За окном было уже темно. Думала: может, я всё-таки слишком строга? Может, стоило дать ему шанс? Но потом вспомнила его лицо, когда он сказал ‘пополам’. Спокойное, уверенное. Нет, не стоило. Человек, который на первом свидании думает о своих расчётах, а не о женщине рядом, не изменится. Может, он и не жадный. Но он точно не тот, кто мне нужен.
Я выключила свет и пошла спать. Завтра новый день. Может, ещё попробую с кем-то познакомиться. Но уже с тем, кто понимает: первое впечатление – это не только выбор кафе, но и то, как ты ведёшь себя, когда приносят счёт.
Как Тоня умирала, а муж её в это время предал