После окопного ада Первой мировой военные многих стран загорелись одной идеей, построить сухопутный линкор, способный взломать самую укреплённую оборону.
Идея подкупала простотой, нужно лишь поставить на гусеницы несколько башен, чтобы машина била сразу во все стороны и не давала пехоте противника даже головы поднять. Мысль тогда не выглядела чудачеством.
Собственные многобашенные гиганты пытались строить в США, Японии, Италии, Британии, Франции и Германии.
Чем больше башен и пушек, тем грознее машина смотрелась на параде и тем сильнее давила на воображение. Огромный танк сам по себе становился плакатным символом военной мощи. За эту картинку конструкторы и ухватились, а расплачиваться за неё пришлось уже на испытаниях.
Французский рекордсмен
Ни один танк, поступивший на вооружение, не был крупнее французского Char 2C, он же FCM 2C. Длина под 10 м, высота около 4 м, с двухэтажный дом.
В усиленном варианте машина дотягивала до 75 т, и этот рекорд по массе среди принятых на вооружение танков не побит до сих пор, для сравнения немецкий «Тигр II» весил 69,8 т. Построили всего десяток, планировали 300, но Первая мировая закончилась, и заказ свернули.
Проектировали Char 2C корабелы, и это чувствовалось во всём. Внутри стояло переговорное устройство для экипажа, а каждый отсек имел свои люки на оба борта.
Экипаж 12 человек, как команда небольшого корабля, где помимо водителя и наводчиков работали электрик, 2 механика и радист. Ходил гигант на двух немецких моторах. Каждой машине, как кораблю, давали имя в честь французской провинции.
Орудийную башню сделали трёхместной, первой такой в мире, с отдельными местами под командира, наводчика и заряжающего. Решение опередило время и стало нормой лишь десятилетия спустя.
А вот стрелять на все стороны, ради чего и городили 2 башни, не выходило, потому что обзору и стволам мешала высокая крыша моторного отсека.
По полю боя этот красавец полз со скоростью идущего человека. Когда немцы прорвали фронт в 1940-м, эшелон с танками отправили в тыл.
Состав упёрся в разбитый участок пути, выгрузить махины без станционного крана не вышло, и командир батальона приказал танки сжечь. Вечером 16 июня 1940-го экипажи слили горючее, запалили машины и ушли пешком. До передовой ни один Char 2C так и не доехал.
Пятибашенный символ
В Советском Союзе сухопутный линкор довели до серии, им стал Т-35, единственный в мире пятибашенный танк, выпускавшийся не штучно.
С 1933 по 1939 год собрали 59 машин. Весил он около 50 т, а броня держала лишь пули и осколки, всего 20-30 мм. В бою «тридцать пятый» обычно тащился на 8-10 км/ч.
Пять башен обернулись ловушкой для самих создателей. Экипаж 11 человек, и одному командиру было физически не уследить за всеми башнями сразу, поэтому в реальном бою танк работал куда хуже, чем выглядел на бумаге.
Громадный корпус превращал машину в отличную мишень и не оставлял запаса, чтобы нарастить броню. Стоил один Т-35 как 9 лёгких танков БТ-5.
Зато на параде ему не было равных. Силуэт пятибашенного исполина украсил аверс медали «За отвагу», красовался на плакатах и в кинохронике, олицетворяя мощь страны.
Боевой дебют летом 1941-го обернулся разгромом, из 48 машин, двинутых к фронту в районе Бродов, большинство сломалось ещё на марше.
В бою потеряли только 7 танков, остальные 35 встали из-за поломок и были брошены экипажами, летели коробки передач, тормоза, двигатели. Один исправный Т-35 достался немцам, а в 1945-м трофей вкопали в землю огневой точкой при обороне Берлина.
Для прорыва укреплённых линий, того, ради чего его и строили, Т-35 не пригодился ни разу.
«Мышь»
Апогеем гигантомании стал немецкий Pz.Kpfw.VIII «Maus», 188 т боевой массы, самый тяжёлый танк из всех, что вообще были построены.
Машину вёл лично Фердинанд Порше, и до металла довели только 2 прототипа. 128-мм пушка со спаренной 75-мм доставала любую союзную бронетехнику за 3,5 км, лоб прикрывала броня в 240 мм.
Механической коробки, способной переварить такой крутящий момент, не существовало, поэтому привод сделали как у тепловоза, мотор крутил генератор, а гусеницы вращали электродвигатели.
Авиационный мотор мощнее 1000 л.с. разгонял махину лишь до 13 км/ч по шоссе. На бездорожье уходило по 350 л. на 10 км. Удельная мощность смешная, 6,3 л.с. на т, в разы меньше, чем у нормального танка.
В мягкий грунт эта громада не проваливалась. При ширине трака 1,1 м она давила на землю чуть сильнее рядового тяжёлого танка, не больше.
Подвели мосты, прожорливость и сами размеры, ведь в мишень высотой под 4 м промахнуться трудно. Мостов, способных выдержать такой вес, попросту не было, поэтому реки «Маус» должен был форсировать по дну.
Первый прототип вышел на испытания в конце 1943-го с башней-болванкой такого же веса, потому что настоящую ещё не отлили.
Гудериан раскусил затею быстро, танк не имел пулемёта для ближнего боя, в одиночку с другими танками биться не мог и требовал прикрытия пехоты.
При приближении Красной армии к полигону немцы сами подорвали один прототип и обстреляли второй. Из уцелевших частей собрали один экземпляр и почти год везли в Подмосковье, он добрался лишь к 1946-му.
Сегодня единственный в мире «Маус» стоит в музейном парке под Москвой.
Колёса в три этажа и линкоры
Самым причудливым великаном остался русский Царь-танк инженера Лебеденко. Представьте трёхколёсный велосипед высотой с трёхэтажный дом, 2 передних колеса по 9 м и маленький задний каток.
Идею пробивала действующая модель на граммофонной пружине, бойко бегавшая по полу. Николаю II показ так понравился, что деревянную модель он оставил себе, а на постройку выделил из личных средств 210 тыс. руб.
Двигатели для машины, пару «Майбахов» по 240 л.с., сняли с подбитого германского дирижабля.
На испытаниях 1915 года передние колёса легко валили деревья, а крошечный задний каток сразу увяз в грунте, и танк застрял, проехав всего ничего.
Уязвимость добивала идею, одного залпа шрапнели по спицам хватало, чтобы остановить колосса, а размеры делали его подарком для артиллерии. Машина ржавела в лесу до 1923 года, пока её не пустили на лом.
Зато над проектом успели поработать молодые Стечкин и Микулин, тот самый Микулин, что позже создаст двигатель для штурмовика Ил-2.
В 1942-м Гитлеру представили проект Landkreuzer P.1000 «Ratte», сухопутный крейсер на 1000 т с корабельной башней и двумя 280-мм орудиями от линкора. Одна эта башня весила около 750 т и имела внутри пятиэтажную начинку.
Чтобы доставить такую тушу к фронту, её пришлось бы резать на секции, которые не пролезали в тоннели. Министр вооружений Шпеер закрыл проект, не увидев в нём смысла, а Гудериан обронил, что фантазии фюрера порой уходят в гигантское.
Был ещё бумажный P.1500 «Monster» на 1500 т, его тоже похоронили на чертежах.
Дальше всех в металле продвинулся 140-тонный E-100, его фирма Henschel варила тайком, в обход приказа прекратить работы над сверхтяжёлыми машинами.
Башню поставить не успели, недостроенный корпус достался британцам. В Англии шасси собрали и прогнали своим ходом, и даже без башни оно еле выжимало 20 км/ч, после чего гиганта пустили на переплавку.
Почему все эти махины проиграли
Вес убивал подвижность, танк не проходил по мостам, вяз в мягкой земле и полз со скоростью пешехода. Двигателя нужной силы под такую массу не находилось ни у кого.
Размеры превращали гиганта в мишень, а доставка к фронту и снабжение топливом становились отдельной головной болью.
«Самый большой» и «самый мощный» — разные вещи. Маневренная война сделала ставку на скорость и слаженность машин, а сухопутные линкоры строили под позиционный прорыв, которого для них так и не случилось.
Char 2C до 1940 года носил самое мощное танковое орудие в мире, а в подвижном бою оказался пустым местом.
Сила танка складывается из пушки, защиты, подвижности и работы экипажа, а не из числа на весах. Гиганты выкручивали один параметр до предела и расплачивались за это всеми остальными.
Где конструкторы поставили точку
Сегодня в списке сильнейших танков мира называют российский Т-14 «Армата», американский M1 Abrams, немецкий Leopard 2 новейших версий и южнокорейский K2 Black Panther.
Великанами их не назовёшь, самые тяжёлые тянут на 60-70 т, а «Армата» укладывается в 48-55 т.
По боевым возможностям они оставляют монстров прошлого далеко позади за счёт умной электроники, тепловизоров, систем активной защиты и экипажа всего из 3 человек. Даже при такой скромной массе мосты и грязь остаются проблемой.
– Ты не жена, а обуза! Съезжай сейчас же! – заявил муж Даше, не зная, что утром его ждет сюрприз.