— У тебя двое детей, а у меня четверо. Так нечестно. Давай я тебе одного отдам, и у нас будет поровну.
Я оторвалась от ноутбука и уставилась на золовку. Лариса сидела напротив, попивая чай на моей кухне, и выглядела совершенно серьёзной.
— В смысле, ребёнка мне одного отдашь, что ли?
— Ну да — Лариса кивнула, словно предлагала поделиться яблоками с дачи. — У вас и достаток выше, и у вас зарплата уходит всего на двоих детей. А у нас на четверых. Да и Стёпа зарабатывает мало.
Я положила ручку и откинулась на спинку стула. Лариса приехала в гости неделю назад, точнее, как она выразилась, «погостить немного, пока Стёпа квартирный вопрос решает». Квартирный вопрос заключался в том, что они не платили за съёмное жильё три месяца, и хозяйка наконец их выставила.
— Ты умеешь, конечно, обескуражить — я попыталась подобрать слова помягче. — Ну, начнём с того, что твой Стёпа вообще не работает, и прежде чем рожать…
— Рожать нужно, думать, от кого рожать и сколько — договорила за меня Лариса, и её лицо стало жёстким. — Ты мне что, хамишь, что ли? Мои дети — это племянники твоего мужа! Он их дядя, он должен нам помогать!
— Вообще-то, детям должны только родители — я почувствовала, как внутри закипает раздражение. — Ни дяди, ни тёти, ни бабушки, ни дедушки. И только они должны думать о том, как обеспечить своих детей. Мы и так по возможности помогаем, по желанию. Но то, что ты предлагаешь, это уже наглость. Да это вообще… я даже не знаю, как это назвать.
Лариса вскочила, опрокинув чашку. Чай разлился по столу, но она даже не обратила на это внимания.
— Значит, не поможешь? Ну ладно, запомню!
Она выскочила из кухни, громко хлопнув дверью. Я осталась сидеть, глядя на растекающуюся по столешнице бурую лужу. Это был уже не первый такой разговор за неделю, но каждый раз Лариса умудрялась придумать что-то новое.
Познакомились мы с Андреем восемь лет назад, когда я работала в небольшой строительной фирме, а он был прорабом. Помню, как он принёс первый раз документы на подпись, и мы проговорили три часа, забыв обо всех бумагах. Он рассказывал про стройки, про то, как мечтает открыть своё дело, а я делилась планами получить второе образование.
Через год мы поженились. Ещё через год родилась Настя, а три года назад — Кирилл. Андрей действительно открыл свою небольшую фирму, которая занималась ремонтом квартир. Я получила диплом финансиста и перешла на более высокооплачиваемую должность. Мы снимали двухкомнатную квартиру, копили на ипотеку и жили обычной жизнью обычной семьи.
О брате Андрея я знала давно. Стёпа был младше на пять лет, и, по словам свёкра, всегда был «не от мира сего». Учился кое-как, работал, где придётся, меняя места каждые два-три месяца. В двадцать лет женился на Ларисе, которая была старше его на год и уже имела годовалого сына от первого брака.
— Они влюбились — объяснял мне Андрей, когда я впервые встретилась с родственниками. — Стёпа сказал, что это судьба.
Судьба оказалась плодовитой. За восемь лет брака у них родилось ещё трое детей. Стёпа продолжал менять работы, Лариса сидела дома с детьми и регулярно жаловалась на жизнь. Они постоянно переезжали, снимая всё более дешёвое жильё, потому что на оплату съёмной квартиры денег никогда не хватало.
— Мы им помогаем — говорил Андрей, когда я возмущалась очередным займом, который Стёпа брал и никогда не возвращал. — Они же семья.
Семья. Это слово стало для меня каким-то проклятием.
Вечером приехал Андрей. Он сразу понял по моему лицу, что что-то случилось.
— Опять Лариса? — тихо спросил он, когда мы остались одни в спальне.
— Она предложила мне взять одного из её детей — выпалила я. — Чтобы, знаешь ли, справедливо было. У нас двое, у неё четверо, значит, надо поделиться.
Андрей присел на кровать и потёр лицо руками.
— Я поговорю с ней.
— Это бесполезно — я села рядом. — Андрей, они живут у нас уже неделю. Каждый день какие-то новые требования. То кредит помочь оформить, то деньги дать, то вообще ребёнка забрать. Это же ненормально!
— Они семья — устало повторил Андрей.
— Наша семья — это мы с тобой и наши дети — я взяла его за руку. — Твой брат — взрослый человек, у него четверо детей. Он должен отвечать за них сам. А мы не обязаны решать их проблемы.
— Но они же в трудной ситуации.
— Они в трудной ситуации постоянно! — я не выдержала. — Потому что не хотят работать! Стёпа сидит дома, играет в компьютерные игры, а Лариса требует, чтобы мы их содержали. Это неправильно!
Андрей молчал. Я знала, что ему тяжело — это всё-таки его брат. Но я больше не могла терпеть. Слава Богу, они завтра уезжают!
Утром я проснулась от шума на кухне. Спустившись, увидела Ларису, которая раскладывала по пакетам продукты из холодильника.
— Что ты делаешь? — я остановилась в дверях.
— Беру еду — спокойно ответила она. — Вы же всё равно не поможете, так хоть продуктами поделитесь.
— Лариса, положи на место.
— Не положу — она продолжала складывать. — Мои дети голодные, а у вас тут полно всего.
Я подошла и выхватила у неё пакет.
— Я сказала, положи на место. Это моя еда, я её купила на свои деньги.
— Жадина! — Лариса толкнула меня. — Вы тут живёте богато, а нам крошек не даёте!
— Мы живём на то, что зарабатываем! — я повысила голос. — А ты хочешь жить на наши деньги! Это разные вещи!
Появился Андрей, сонный и растрёпанный.
— Что происходит?
— Твоя жена не даёт мне взять еды для детей! — пожаловалась Лариса.
— Твоя золовка ворует из моего холодильника! — парировала я.
Андрей посмотрел на нас обеих, потом на пакеты на столе.
— Лариса — сказал он тихо, но твёрдо. — Собирайтесь. Я отвезу вас к родителям.
— Что? — Лариса открыла рот. — Как это?
— Собирайтесь — повторил Андрей. — Мама с папой примут вас на время, пока Стёпа не найдёт работу и жильё.
— Но…
— Никаких «но» — он был непреклонен. — Я люблю тебя, Лариса, ты жена моего брата. Но Маша права. Мы не обязаны вас содержать. И точно не обязаны терпеть хамство и воровство в собственном доме.
Лариса попыталась что-то сказать, но Андрей уже вышел из кухни. Через час они уехали. Я стояла у окна, провожая взглядом машину, и чувствовала не облегчение, а какую-то опустошённость.
Прошло два месяца. Стёпа устроился грузчиком в магазин стройматериалов — работу ему нашёл Андрей через знакомых. Свёкор помог Стёпе снять однокомнатную квартиру в старенькой хрущевке, куда они, наконец, переехали всей семьёй.
Лариса больше не звонила с просьбами. Один раз она позвонила, чтобы поздравить Настю с днём рождения, и разговор был коротким и натянутым.
— Жалеешь? — спросил меня как-то вечером Андрей.
— О чём?
— Что поругались. Что выгнала их.
Я подумала.
— Нет, не жалею. Жалею только, что пришлось дойти до такого. Но я не могла больше терпеть. Понимаешь, мы работаем, стараемся, копим деньги на будущее наших детей. А они хотели, чтобы мы отдали всё им просто потому, что они родня. Это неправильно.
Выставили невестку за дверь без лишних слов. А через пять дней сильно пожалели узнав чья она родственница.