— Марин, тут такое дело… Денис со Светой уже выехали к нам. Им по врачам нужно перед родами пройтись, поживут у нас недельку-другую, — Антон виновато отвел глаза, переминаясь с ноги на ногу на пороге кухни.
Нож в моей руке замер. Мы женаты четыре года, снимаем хорошую просторную квартиру и откладываем каждую свободную копейку на первоначальный взнос. Я работаю удаленно, мне необходима рабочая обстановка и покой. И перспектива делить это пространство с деверем и его супругой меня совершенно не радовала.
— Недельку-другую? — переспросила я, стараясь говорить ровно. — Антон, мы же обсуждали это. Почему ты сначала соглашаешься, а потом ставишь меня перед фактом?
Муж заныл, начал говорить про родственные узы и про то, что нельзя отказывать старшему брату. Я промолчала, понимая, что спорить сейчас бесполезно. В его картине мира он всегда должен быть хорошим для своей родни, даже в ущерб нашей семье.
Все встало на свои места через три часа, когда во двор въехала старенькая машина Дениса. Я как раз поливала цветы на балконе и посмотрела вниз.
Из салона тяжело выбрался деверь, затем, охая, вылезла беременная Света. Денис открыл багажник и начал доставать вещи. Один огромный пластиковый чемодан. Второй. Третий, раздувшийся так, что трещали молнии. Следом на асфальт полетели объемные пакеты. Но финальной точкой стало то, что брат мужа полез отвязывать с багажника на крыше авто разобранную деревянную детскую кроватку.
С детской кроваткой на пару дней не приезжают. Никакая это не неделя. Они приехали жить до самых родов, а то и после них. Зачем платить за аренду или ютиться в пригороде, если у младшего брата есть отличная просторная квартира с готовой прислуживать невесткой?
Я пулей вылетела в коридор. Антон уже натягивал кроссовки, чтобы бежать вниз помогать с баулами.
— Стой, — скомандовала я таким тоном, что муж замер с одним не завязанным шнурком.
Я взяла с тумбочки сумку, быстро нашла в телефоне адрес недорогого, но приличного мини-отеля по соседству и переписала его на листок.
Мы спустились на первый этаж в тот момент, когда Денис, запыхавшись, подтащил первый чемодан к крыльцу, а Света стояла рядом, театрально держась за поясницу.
— О, братуха! — радостно гаркнул деверь, вытирая лоб. — Здорово! Принимайте пополнение! Мариночка, ужин готов?
Я вышла вперед, преграждая путь к входной двери.
— Здравствуйте, Денис. Здравствуй, Света. Ужин не готов. Заносить вещи не нужно.
Улыбка сошла с лица деверя. Он недоуменно уставился на моего мужа, который мялся позади меня, не зная, куда деть глаза.
— Жить вы здесь не будете, — твердо произнесла я. — Ни неделю, ни тем более до рождения ребенка. Вы решили переехать к нам на всем готовом. Но этого не произойдет.
Света схватилась за живот и начала возмущаться на весь двор, обвиняя меня в бессердечности. Антон попытался отодвинуть меня в сторону, бормоча, что люди устали с дороги и нужно хотя бы пустить их в дом.
— Если вы сейчас подниметесь в квартиру с вещами, — я посмотрела прямо на мужа, — я немедленно звоню хозяину, расторгаю договор аренды, забираю свою часть залога и уезжаю. А вы оставайтесь втроем и платите за эту аренду сами, раз ты, Антон, такой гостеприимный за мой счет. У вас есть лишние деньги на оплату жилья в центре?
Денис возмущенно хватал ртом воздух, глядя на брата, но Антон лишь растерянно моргал. Перспектива оплачивать дорогую квартиру в одиночку явно не входила в планы родственников.
Я достала из кошелька три купюры по тысяче рублей и протянула их деверю вместе с бумажкой.
— Здесь адрес хорошей гостиницы неподалеку. Ваша машина прямо тут. Оплатите себе первые сутки, отдохнете, а завтра спокойно решите свои дела по врачам и поедете домой.
Денис на автомате взял деньги. Он заявил, что ноги его больше в нашем доме не будет и что с собаками лучше обращаются. Я лишь кивнула, пожелала Свете легких родов, развернулась и зашла в подъезд, плотно прикрыв за собой тяжелую дверь.
В квартире Антон устроил грандиозный скандал. Он кричал, что я опозорила его перед семьей, что я не знаю сострадания. Я сидела на кухне, механически перебирая нарезанные для салата овощи, и смотрела на человека, с которым планировала прожить жизнь. И видела перед собой слабого, инфантильного мужчину, готового пожертвовать комфортом жены ради одобрения наглых родственников.
Родня в тот же вечер уехала к себе — платить за гостиницу из своего кармана деверь категорически отказался. Никаких срочных дел в городе у них, естественно, не нашлось.
Мы почти перестали разговаривать. Антон ждал извинений, а через неделю в порыве уязвленной гордости собрал вещи и съехал к другу, уверенный, что я прибегу просить прощения и умолять его вернуться.
Я не прибежала. Вместо этого подала заявление на развод. Договор аренды изначально был оформлен на мое имя, и хозяину было абсолютно все равно, кто именно вносит плату, поэтому я спокойно осталась на привычном месте.
Сейчас я живу одна в той же самой светлой квартире. Цветы на балконе разрослись, по вечерам я спокойно работаю и откладываю деньги на свое собственное жилье. Мне не нужно прятаться от непрошеных гостей или оправдываться за нежелание быть бесплатной обслугой. И самое главное — я точно знаю: моя территория принадлежит только мне, и право находиться на ней есть лишь у тех, кто умеет уважать чужие границы.
Муж заявил, что разводится, а на следующий день ещё и уволил с работы, золовка и любоvniца были в восторге, а вот свекровь предупредила