— Дима, сынок, твоя жена мне карту заблокировала, я ничего не могу купить! Люди в очереди смотрят, я краснею и стою. Уйми свою супругу немедленно!
Лена стояла в коридоре с чистым полотенцем в руках. Спина ныла после долгой рабочей смены в аптеке. Она смотрела в лицо мужу и чувствовала только тяжелое, тягучее раздражение. Эта песня играла в их доме постоянно. Но сегодня Лена решила навсегда выключить музыку.
— Я закрыла старую карту, Дима, — спокойно ответила Лена. — А новая лежит у твоей мамы в конверте. Неактивированная.
Дима устало потер лоб. Он перевел телефон на удержание и шагнул к жене.
— Лен, ну зачем ты так? Мама там на кассе стоит, унижается. Разблокируй сейчас же.
— Нет.
— В смысле нет? Это наши деньги!
— Это моя зарплатная карта, к которой ты зачем-то привязал свою маму, — отрезала Лена.
Она прошла на кухню. Муж двинулся следом.
— И я весь месяц наблюдала очень интересную картину, — продолжила Лена. — Каждый день списание по триста рублей. Вроде мелочь. Пакет молока, хлеб. Только это происходило по три-четыре раза в день.
Дима отмахнулся.
— Мать пожилой человек. Ошиблась кнопкой. Или в пекарню лишний раз зашла. Тебе жалко копеек для моей мамы?
— Твоя мама прекрасно умеет пользоваться маркетплейсами и доставками. Дело не в хлебе.
Через сорок минут в дверь настойчиво позвонили. На пороге стояла Раиса Николаевна. Лицо раскраснелось от возмущения, губы поджаты.
— Ты меня перед соседями опозорить решила? — с порога заявила свекровь. — Сын! Скажи своей супруге пару ласковых.
Раиса Николаевна прошла прямо в обуви, оставляя грязные следы на светлом ламинате. Лена не стала повышать голос. Она взяла со стола телефон мужа.
— Дима, разблокируй экран.
— Лен, хватит, — завел он привычную шарманку. — Мама расстроилась, у нее давление скачет.
— Разблокируй, или у тебя ровно пять минут на сборы вещей.
Муж неохотно приложил палец к экрану. Лена открыла банковское приложение. Она зашла в настройки безопасности. Затем показала телефон мужу.
— Смотри внимательно. У твоей мамы стоит полный удаленный доступ к нашему совместному накопительному счету.
Дима нахмурился. Он начал вглядываться в цифры на экране.
— Мам, а куда ушли двести тысяч за прошлый месяц? — тихо спросил он.
Раиса Николаевна отвела взгляд. Она нервно поправила воротник куртки.
— Какие тысячи? Я хлебушек покупала! И вообще, я вас растила! Я имею право!
Лена сложила руки на груди.
— Вы годами тянули из нашей семьи деньги под видом мелких покупок. А крупные суммы переводили себе ночью. Вы думали, мы никогда не проверим историю операций.
— Ах ты дрянь неблагодарная! — Раиса Николаевна резко развернулась к двери. — Ноги моей здесь не будет!
Она выскочила на лестничную площадку. И тут случилось неожиданное. Свекровь громко охнула, взмахнула руками и картинно осела на ступеньки подъезда.
— Ой! Ноги не держат! Довела меня! Вызывайте скорую! — заголосила она на весь этаж.
Дима бросился к матери. Он начал суетиться вокруг нее, пытаясь помочь подняться.
— Лен, воды неси! Ты что наделала?
Скорая приехала быстро. Врачи осмотрели Раису Николаевну. Она продолжала громко стонать и держаться за поясницу. Ее забрали в дежурную больницу для обследования. Дима уехал вместе с ней.
Лена осталась в квартире одна. Она достала ноутбук и открыла сайт электронных обращений. Строчка за строчкой, она описывала факты скрытых переводов и незаконного доступа к их совместным счетам. Лена приложила скриншоты всех операций. Заявление о мошенничестве ушло в полицию одним кликом.
Ночь прошла без сна. Утром в замке повернулся ключ. Дима вернулся домой. Лицо у него было серое и осунувшееся.
— Врач сказал, что у нее даже ушиба нет, — глухо произнес муж. — Она просто притворилась.
— Я в курсе, — Лена кивнула на два собранных чемодана в прихожей. — Твои вещи готовы.
— Лен, ты чего? Мама не права, я признаю. Но выгонять меня зачем? Давай сядем и поговорим.
— Потому что ты годами позволял ей нас обворовывать. И вчера ты сразу обвинил меня. Квартира моя, Дима. Забирай чемоданы.
— Я никуда не пойду! — возмутился муж. Он шагнул в комнату, но Лена преградила ему путь.
— Заявление на твою мать уже находится в полиции, — совершенно ровно произнесла Лена. — Если ты сейчас не выйдешь за порог, я добавлю туда пункт. Напишу, что вы действовали заодно, ведь ты сам дал ей доступ.
Дима посмотрел на жену долгим взглядом. Он наконец понял свою ошибку. Манипуляции больше не работали. Муж молча взял чемоданы и вышел на лестничную клетку. Дверь захлопнулась.
Прошел месяц. В квартире было тихо и уютно. Лена купила новые светлые шторы в комнату. Никто больше не требовал от нее отчетов. Никто не переводил тайком ее честно заработанные деньги. Никто не устраивал громких сцен на лестнице.
Раиса Николаевна теперь проводила время не в маркетплейсах. Она регулярно посещала кабинет следователя. Свекровь пыталась объяснить происхождение крупных сумм на своих счетах. Дима снимал комнату на окраине города и пытался наладить жизнь с нуля.
Лена сидела на диване с новой книгой. Она сделала глоток свежевыжатого сока. Впереди были свободные выходные. У нее остались собственные деньги и целая жизнь. В этой новой жизни больше не было места для чужой наглости и лжи. Лена улыбнулась своим мыслям. Она наконец стала свободной.
— Я заблокировала счёт, — произнесла жена. — Квартира на мне. Машину переоформила. Можешь бежать к свекрови. Может она поможет.