— Ксения Павловна? — Девушка на ресепшене смотрела на меня с недоумением. — Вы на вакансию ведущего инженера?
— Да, — я попыталась улыбнуться, но губы слушались плохо. — Мне назначено на одиннадцать.
— Странно, — она постучала длинными ногтями по клавиатуре. — У меня в системе стоит отметка «отказ со стороны кандидата». И анкета ваша в архиве. Удалена вчера в девять вечера.
Я почувствовала, как пальцы сами собой начали пересчитывать пуговицы на пиджаке. Первая, вторая, третья. В девять вечера я укладывала Тёмку, а мой телефон лежал на кухонном столе. Денис пил чай и что-то быстро печатал в своём ноутбуке.
— Это, должно быть, ошибка системы, — сказала я. (Голос звучал так, будто я сама в это не верю). — Я ничего не удаляла. Наоборот, я очень ждала этого собеседования.
Девушка пожала плечами. В её мире системы не ошибались. Ошибались только женщины, которые не знают, чего хотят.
— Извините, вакансия закрыта. Руководитель уже назначил встречу другому человеку.
Я вышла на улицу. Томск в апреле — это серое небо, перемешанное с остатками чёрного снега. Я шла к остановке и думала о том, что Денис вчера был подозрительно ласков. Он даже предложил сам помыть посуду, лишь бы я не выходила из спальни. «Отдыхай, Ксюш, ты сегодня такая усталая».
Дома пахло жареной карточкой. Тёмка спал в манеже, а Денис сидел в кресле с планшетом.
— Как сходила? — спросил он, не поднимая глаз. Он смотрел какой-то сериал, и свет от экрана отражался в его очках.
— Вакансия закрыта, — я поставила сумку на пол. — Сказали, что я сама удалила анкету вчера вечером.
Денис на секунду замер. Совсем на чуть-чуть, едва заметно. Потом он громко вздохнул и отложил планшет.
— Ну вот видишь, Ксюш. Значит, не судьба. Я же тебе говорил: рано ещё. Тёмка маленький, ты сама не своя от недосыпа. Может, это знак? Природа сама за тебя решила.
Я смотрела на его руки. У него на среднем пальце была небольшая мозоль от ручки — он много писал в офисе. А ещё он всегда поправлял очки, когда врал. Сейчас он поправил их дважды.
— Природа не пользуется моим паролем от портала поиска работы, Ден, — тихо сказала я.
— Ой, да брось. Глюк какой-нибудь. Или ты сама в полусне нажала не туда. Ты же постоянно там висишь, глаза замылились. Садись есть, я картошки нажарил.
Я зашла в ванную и включила воду. Руки мелко дрожали. Я посмотрела в зеркало и начала считать плитки на стене. Раз, два, три… Пятнадцатая была со сколом. Я знала в этой квартире каждый угол, каждую трещину. Я сама проектировала здесь вентиляцию, сама настраивала умный дом, потому что Денис в «этих железках» понимал только как нажать кнопку «Пуск».
Когда мы съехались, он гордо заявил, что быт — это общее. Но постепенно «общее» превратилось в моё. А его стало — «обеспечивать». И теперь это «обеспечивать» стало поводком.
Я открыла ноутбук, когда он ушёл в душ. История браузера на общем компьютере была девственно чиста. Почистил. Но Денис забыл, что я не просто «жена в декрете», я инженер-проектировщик, которая пять лет занималась автоматизацией промышленных объектов.
В почте висело уведомление: «Вход в аккаунт с нового устройства. IP-адрес…». Это был адрес его рабочего ноутбука. Он даже не догадался зайти через VPN. Просто взял и удалил мою жизнь, потому что она не вписывалась в его план «счастливой семьи».
Я закрыла крышку ноутбука. В груди было холодно, как в вытяжной трубе зимой.
— Ксюх, а где мой синий джемпер? — крикнул он из спальни.
— В стирке, — ответила я. (Джемпер лежал на полке, прямо у него перед носом).
Весь следующий день я молчала. Денис принимал это за депрессию из-за «неудачного» собеседования. Он был необычайно бодр, рассказывал про новый контракт на работе и даже принёс пирожные.
— Слушай, я тут подумал, — сказал он, облизывая крем с пальца. — Тебе надо развеяться. Давай на выходные к маме в деревню съездим? Тёмка на воздухе побудет, ты выспишься.
— У меня другие планы, — я смотрела, как он жуёт. В голове я уже выстраивала схему. Это было похоже на проектирование сложной приточно-вытяжной системы: нужно учесть все точки доступа, все заслонки и датчики.
— Какие планы? Опять анкеты? Ксюш, ну правда, остановись. Я же вижу, как тебе тяжело. Зачем тебе этот стресс? Я зарабатываю достаточно. Тебе что, денег не хватает?
— Мне не хватает воздуха, — сказала я.
Он рассмеялся.
— Ну, в деревне его полно.
Я дождалась, когда он уйдёт на работу в пятницу. Денис работал в крупном IT-холдинге, но на позиции менеджера по продажам. Его рабочий процесс полностью зависел от связи: звонки, CRM-система, бесконечные чаты в мессенджерах. Дома у нас стоял мощный роутер и серверная стойка в кладовке — моё детище. Весь умный дом, весь доступ в интернет и даже облачное хранилище его рабочих архивов завязано на одну учётную запись. На мою.
Когда мы покупали всё это оборудование, он сказал: «Ксюх, ты же у нас мозг, ты и настраивай. Я только пользоваться буду».
Я села за компьютер. Пальцы летали по клавишам. Сначала я восстановила анкету. Написала в поддержку, приложила скриншот входа с чужого IP. Через два часа мне ответили — доступ восстановлен. Потом я позвонила в ту компанию, где мне отказали.
— Лариса, добрый день. Это Ксения Савельева. Произошло недоразумение с моим аккаунтом. Могу я подойти в понедельник и показать портфолио лично?
Голос на том конце провода был сухим, но я слышала, как зашуршала бумага.
— У вас хорошие рекомендации, Ксения Павловна. Приходите в девять. Но это последний шанс.
Я положила трубку. Теперь вторая часть проекта. Заслонки.
Я зашла в панель управления роутером. Изменила пароль администратора. Потом зашла в настройки умного дома. Денис очень любил, когда свет включается по датчику движения и кофемашина варит эспрессо ровно в семь тридцать.
Я сменила пароли на семейном облаке. Там лежали все его презентации, которые он доделывал дома, все контакты клиентов, вся его «цифровая жизнь».
Затем я взяла его старый планшет, который он оставлял дома, и через функцию «найти устройство» изменила пароль входа.
Последним пунктом был мобильный банк. У нас был общий счёт, но оформлен он был на моё имя — так было удобнее из-за налогового вычета за квартиру. Я перевела его лимиты в ноль.
Я посмотрела на часы. Шесть вечера. Он скоро будет дома.
Тёмка ползал по ковру и пытался грызть резиновый мячик. Я взяла его на руки, прижала к себе. Он пах молоком и детским мылом.
— Ничего, малыш, — прошептала я. — Мы просто меняем фильтры. Слишком много пыли накопилось.
Денис вошёл, как обычно, громко хлопая дверью.
— Ксюха, я дома! Почему в коридоре темно? Лампочка перегорела?
Он щёлкнул выключателем. Ничего не произошло. Датчик движения молчал.
— Наверное, глюк системы, — громко сказала я из кухни. — Как ты и говорил. Природа сама решает.
Я слышала, как он возится в прихожей.
— Да что за чертовщина… А интернет чего не пашет? На телефоне только значок «Е».
Он зашёл в кухонную зону, вертя в руках смартфон.
— Ксюш, посмотри роутер. У меня завтра важный созвон с утра, мне надо документы из облака выгрузить.
Я спокойно дорезала салат. Нож методично стучал по доске. Раз, два, три.
— Я посмотрела, Ден. Там всё в порядке. Просто я сменила пароли. На всё.
Он замер. Очки съехали на кончик носа.
— В смысле — сменила? Зачем?
— А я сама не своя от недосыпа, помнишь? Решила, что так будет безопаснее. Мало ли, кто в наши аккаунты заходит. Вчера вот кто-то мою анкету удалил… Я испугалась.
Денис побледнел. Нет, он не просто побледнел — его лицо стало каким-то серым в сумерках кухни.
— Ксения, это не смешно. Мне нужна связь. Дай пароль от вай-фая.
— Не дам.
— Ты что, с ума сошла? У меня работа!
— У меня тоже должна была быть работа, — я отложила нож и вытерла руки о полотенце. — Но её удалили. Втихую. С твоего рабочего IP.
Он открыл рот, хотел что-то сказать, но только воздух шумно втянул.
— Я не… это… я просто хотел как лучше! — выкрикнул он наконец. — Ты бы там сгорела! С маленьким ребёнком, с этими чертежами! Я о нас заботился!
— О ком «о нас», Денис? О своём комфорте ты заботился. Чтобы дома всегда была картошка и жена, которая не задаёт вопросов.
Я взяла кожаный чехол для пропуска и положила его на стол между нами.
— Здесь пусто, — сказала я. — Так же, как сейчас в твоём телефоне.
Денис метался по квартире, как запертый в клетке зверь. Он пытался перезагрузить роутер вручную, но я заранее отключила физическую кнопку сброса в настройках — теперь его можно было оживить только через терминал.
— Ксения, это незаконно! — орал он из кладовки. — Ты блокируешь мои рабочие инструменты! Я на тебя в суд подам!
— Подавай, — я кормила Тёмку кашей. — Только сначала вспомни, на кого зарегистрирован договор с провайдером. И на кого оформлено оборудование. Всё это куплено на мои декретные и на те деньги, что я скопила ещё до твоего прихода в мою жизнь.
Он выскочил из кладовки, взъерошенный, злой.
— Дай мне телефон. Мне нужно позвонить начальнику. Моя симка сдохла, пишет «не в сети».
— Твой номер привязан к семейному тарифу, — я не отрывалась от ложки с кашей. — Я его заблокировала. Временно. До понедельника.
— Ты… ты понимаешь, что меня уволят?
— Понимаю. Ты ведь тоже понимал, когда удалял мою анкету, что я теряю шанс на хорошую должность. Тебе было всё равно.
Денис сел на стул напротив меня. Его руки заметно дрожали. Он попытался схватить мой телефон со стола, но я переложила его в карман фартука. Один плавный жест.
— Что ты хочешь? — спросил он глухо.
— Я хочу, чтобы ты осознал одну простую вещь. Я не твоя собственность. Я не дополнение к мебели. Я инженер. И если я решила работать — я буду работать.
— Но Тёмка…
— С Тёмкой будет сидеть няня. Я уже нашла два варианта. Или твоя мама, если она действительно так хочет помогать, как говорит.
Весь вечер в доме стояла тишина. Не было фонового шума телевизора, не пиликали уведомления. Денис сидел на диване в темноте. Он даже не знал, как включить свет в гостиной без приложения, потому что я настроила сценарий «Отпуск».
Я уложила сына и вышла на балкон. Томск светился огнями. Там, где-то за горизонтом, была моя новая работа. Или старая жизнь, которую я наконец-то заставила дышать.
Утром в субботу Денис проснулся другим. Притихшим.
— Ксюш, — позвал он из комнаты. — Я всё понял. Правда. Я идиот. Я побоялся, что потеряю контроль. Что ты станешь независимой и я тебе буду не нужен.
Я стояла у окна и пила чай. Без сахара. Он всегда клал мне две ложки, хотя я просила не делать этого пять лет подряд.
— Ты будешь мне нужен, Денис. Но не как хозяин, а как муж. Это разные вещи.
Я подошла к нему и положила на стол листок с новым паролем от вай-фая.
— Это только интернет. Доступ к облаку и банку я верну в понедельник в десять утра. Когда выйду из офиса после подписания договора.
— А если не подпишешь? — с надеждой спросил он.
Я посмотрела на него. Он поправил очки. Один раз.
— Подпишу.
В понедельник я снова стояла у того же зеркала в бизнес-центре. Кожаный чехол был в руках. На этот раз девушка на ресепшене улыбнулась мне как старой знакомой.
— Проходите, Ксения Павловна. Вас ждут.
Собеседование длилось два часа. Мы спорили о коэффициентах теплопотерь и типах рекуператоров. Я чувствовала, как внутри меня запускается мощный мотор, который стоял на консервации три года.
Когда я вышла на улицу, телефон завибрировал. Сообщение от Дениса: «Тёмка поел. Я нашёл твой джемпер. Удачи».
Я не ответила.
Я зашла в приложение и разблокировала его счета. Потом вернула доступ к облаку. Свою анкету на сайте я пометила статусом «Работа найдена».
Я шла к остановке. Ветер трепал полы пиджака. Я достала из сумки кожаный чехол и вставила в него временный пропуск с логотипом компании.
Она поставила сумку на скамейку. Достала телефон. Удалила приложение умного дома с его устройства удалённо.
— Вы что, меня не узнаёте? — дед прищурился.