— Убери на кухне после мамы, там грязно! — приказал Дима из соседней комнаты. Он даже не подумал встать с дивана. Телевизор работал на полную громкость.
Катя стояла посреди спальни их двухкомнатной квартиры, чувствуя, как накатывает глухая усталость, смешанная со злостью. Последние несколько месяцев каждый ее день был похож на предыдущий. Она работала по десять часов в сутки. Приходила домой совершенно без сил, а там ее ждала вторая смена.
Светлана, мать Димы, обожала приходить в гости без предупреждения. Она заявлялась днем, съедала половину запасов из холодильника, пачкала гору тарелок и уходила. За собой она принципиально ничего не убирала.
— Катя, ты оглохла? — Дима наконец появился в дверях спальни. На нем были растянутые домашние штаны. В руках он крутил мобильный телефон. — Мама заходила на обед. Оставила сковородку и тарелки. Иди вымой. Мне неприятно заходить на такую грязную кухню.
— Раз тебе неприятно, возьми губку и вымой, — ровно ответила Катя. Она подошла к шкафу и открыла дверцу. — Твоя мама ела, ты ее взрослый сын. Это ваша ответственность.
Дима раздраженно цокнул языком. Он искренне не понимал, почему жена сопротивляется таким простым вещам.
— Ты издеваешься надо мной? Женщина должна следить за уютом. Мама — пожилой человек, она устает. А ты просто вредничаешь на пустом месте. Иди на кухню и сделай то, что я сказал.
— Женщина должна следить за уютом, если мужчина обеспечивает семью, — Катя повернулась к мужу. Лицо ее было абсолютно спокойным. — А ты уже полгода сидишь дома. Ты не принес в бюджет ни копейки. Я оплачиваю продукты, коммунальные услуги и твои развлечения.
— Опять ты начинаешь считать деньги! — вспылил Дима. Он недовольно махнул рукой. — Мама была абсолютно права. Ты расчетливая и жесткая. Тебе совершенно плевать на семейные ценности.
Катя ничего не ответила. Она молча достала с верхней полки большую спортивную сумку. Ту самую, с которой Дима обычно ходил в тренажерный зал в лучшие времена. Расстегнула широкую молнию и положила сумку на кровать.
— Ты куда-то собралась? — Дима насмешливо скривил губы. — Решила к подружкам сбежать? Давай, иди. Только полы протри перед своим уходом.
Катя проигнорировала его слова. Сняла с вешалки его рубашки и бросила в сумку. Затем выдвинула нижний ящик комода и начала методично перекладывать туда его белье и носки.
— Эй, ты что творишь? — Дима сделал шаг вперед. Его голос моментально потерял насмешливые нотки. Появилась легкая растерянность. — Зачем ты трогаешь мои вещи?
— Я собираю тебя в дорогу, Дима. Ты переезжаешь. К маме, к друзьям, в гостиницу. Мне совершенно безразлично, куда именно. Главное, чтобы через полчаса тебя в этом доме не было.
— Ты совсем с ума сошла? — он резко повысил голос. — Это мой дом! Мы в законном браке! Я никуда отсюда не пойду!
Катя подошла к своему рабочему столу. Достала плотную прозрачную папку, внутри которой лежали аккуратно заполненные листы бумаги.
— Это мое заявление на расторжение брака, — Катя бросила папку поверх его вещей в сумку. — Квартира куплена мной за два года до нашего похода в ЗАГС. Ты здесь даже не прописан. У тебя нет прав на эту недвижимость.
Дима хотел выкрикнуть очередное обидное оскорбление, но в коридоре резко зазвонил дверной звонок. Настойчиво, долго, словно кто-то решил продавить кнопку внутрь.
— Это мама пришла, — Дима злорадно усмехнулся. — Она обещала вечером прийти. Сейчас мы вместе тебе доходчиво объясним, как нужно себя вести с родным мужем.
Он быстро пошел в коридор и распахнул входную дверь. Светлана стояла на пороге. В руках она держала два огромных набитых пакета. Вид у нее был решительный и по-хозяйски уверенный.
— Сыночек, помоги занести пакеты, — скомандовала свекровь. — Я тут подумала и решила. Буду жить у вас пару месяцев. В моей квартире нужно обои переклеить, строительной пылью дышать не хочу. Катька пусть мне место в своей комнате освободит.
Светлана прошла в светлый коридор и скинула обувь. Она сразу направилась в сторону кухни, громко комментируя все на своем пути.
— А почему посуда до сих пор не вымыта? Я же еще в обед поела! Катя, ты чем вообще целый день занимаешься? Настоящая лентяйка!
Катя спокойно вышла из спальни, таща за собой тяжелую спортивную сумку, и поставила ее прямо перед Светланой.
— Ремонт в вашей квартире придется делать вместе с сыном, — громко и четко сказала Катя. — Вещи Димы уже полностью собраны. Можете забирать его прямо сейчас.
Свекровь резко остановилась. Она уставилась на огромную черную сумку, потом перевела крайне недоуменный взгляд на Катю.
— Это что еще за глупый цирк? Ты как с матерью мужа разговариваешь? Совсем стыд потеряла от постоянного безделья?
— Я очень устала от вашей бесконечной наглости, Светлана. И от лени вашего сына тоже. Вы приходите в мой дом, мусорите, нагло указываете мне, что делать. Дима живет исключительно за мой счет. Больше этого не будет.
Свекровь моментально побагровела от возмущения. Она с силой бросила свои пакеты прямо на чистый пол.
— Ах ты неблагодарная! Да мой мальчик на тебе из жалости женился! Мы из тебя нормального человека сделали! Ты половину этой квартиры ему отдашь, как миленькая. Мы наймем лучших юристов в городе. Оставим тебя на улице ни с чем.
Катя даже не улыбнулась. Угрозы свекрови звучали невероятно нелепо и смешно.
— Нанимайте кого хотите. Имущество приобретено мной до брака. У Димы нет ни единого шанса получить здесь хоть один квадратный метр. А теперь берите свои пакеты, сумку и на выход.
Дима стоял у стены и растерянно моргал. Он привык, что Катя всегда молчала и послушно проглатывала все обиды. Он никак не ожидал получить такой жесткий и бескомпромиссный отпор.
— Катя, прекрати этот дешевый концерт. Мама просто устала за день. Давай мы все успокоимся, сядем на кухне и нормально поговорим по-семейному. Я сам вымою эту проклятую посуду!
— Поздно, Дима. Разговаривать нужно было полгода назад. Когда я умоляла тебя найти работу. Когда я просила уважать мой личный отдых. А теперь я требую вас покинуть мое помещение.
— Никуда мы не пойдем! — Светлана уперла руки в бока. — Это законное жилище моего любимого мальчика.
Катя достала мобильный телефон из кармана домашних брюк.
— У вас есть ровно три минуты, чтобы выйти за порог. Если вы этого не сделаете, я вызываю полицию и буду подавать на развод. Вас выселят по решению суда, а пока — убирайтесь по-хорошему. Позор будет на весь наш двор. Выбирайте сами.
Она показательно набрала номер на телефоне.
Свекровь быстро поняла, что невестка совершенно не шутит. Лицо пожилой женщины сильно исказилось от нескрываемой злобы. Она подхватила свои тяжелые пакеты.
— Пошли, сынок! Не будем больше мараться об эту скандалистку. Она еще приползет к нам на коленях, рыдать и просить прощения будет! Никому она такая злая не нужна!
Дима молча поднял свою тяжелую сумку. Он трусливо избегал смотреть Кате в глаза. Он просто быстро вышел на лестничную клетку следом за громко возмущающейся матерью.
Катя плотно закрыла дверь. Уверенно щелкнула металлической задвижкой. В квартире стало удивительно тихо и спокойно. Больше не было ни орущего телевизора, ни недовольного ворчания, ни постоянных необоснованных претензий.
Она неспешно прошла на кухню. На столе действительно стояли жирная сковорода и куча грязных тарелок. Раньше Катя бы тяжело вздохнула и начала мыть все это руками. Но сейчас все кардинально изменилось.
Она взяла большой пластиковый мусорный пакет и аккуратно сбросила туда все объедки. Тарелки составила в посудомоечную машину и нажала кнопку запуска. Наведение порядка заняло от силы пять минут.
После этого Катя налила себе высокий стакан прохладного яблочного сока и села на мягкий стул у большого окна. На улице медленно зажигались красивые вечерние фонари. Большой город постепенно погружался в приятную темноту.
Впервые за три долгих года брака она чувствовала себя абсолютно свободной. Ей больше не нужно было вечно оправдываться за немытую кружку или купленные себе новые туфли. Не нужно было терпеть чужую дикую наглость в собственном доме.
Ее жизнь наконец-то возвращалась в нормальное русло. Завтра утром она отправит собранные документы юристу. А на ближайшие выходные обязательно запишется на массаж и в хороший салон красоты. Теперь она была единственной хозяйкой своей судьбы, и это чувство было самым прекрасным на свете.
Не до гостей