Шуршащий пакет упал на раскрытый атлас по ветеринарной анатомии. Даша вздрогнула, едва не выронив желтый текстовыделитель.
Глеб навис над ее партой, упираясь ладонями в полированную столешницу. От его джемпера густо тянуло сладковатым мужским парфюмом и свежеобжаренным кофе. Позади, у подоконника, переминались с ноги на ногу его вечные спутники — Тимур, шумно жующий освежающую конфету, и Филипп, уткнувшийся в экран смартфона последней модели.
— Забирай, Дашуля. Мы тут комитетом спасения эстетики скинулись, — Глеб снисходительно хмыкнул, поправляя серебряный браслет на запястье. — А то ходишь второй месяц в одной и той же вельветовой куртке. Престиж нашей ветеринарной академии на дно тянешь. Говорят, твой отец еле ходит? На картошке сидите? Мы не жадные, решили тебе гуманитарную помощь оказать.
В аудитории стих гул голосов. Стало отчетливо слышно, как за неплотно закрытым окном гудит трактор, счищающий снег с тротуара. Даша перевелась сюда из регионального вуза совсем недавно. Она не носила бренды с огромными логотипами, предпочитала удобные джинсы и объемные вязаные свитера, а конспекты носила в простом тканевом шопере. Местной элите, привыкшей сканировать окружающих по стоимости кроссовок, ее спокойная независимость сильно действовала на нервы.
Девушка молча отодвинула пакет. Внутри виднелась какая-то ярко-розовая ткань с россыпью дешевых украшений.
— Оставь себе, Глеб, — Даша аккуратно закрыла тяжелый атлас, заложив страницу карандашом. — Тебе этот оттенок больше к лицу подойдет. Замечательно подчеркнет твое желание постоянно быть в центре внимания.
С задних рядов донесся сдавленный смешок. Глеб заметно занервничал и разозлился, он резко сгреб пакет со стола.
— Ты берега попутала? — процедил он, наклоняясь ближе. — Мы тебе одолжение делаем. От позора спасаем.
— Вы просто пытаетесь возвыситься за чужой счет, — Даша чуть склонила голову. — Только выглядит это мелко. Без родительских кредиток вы обычные ребята, которые даже к семинару по физиологии подготовиться не могут без репетиторов.
В коридоре прозвенел звонок, и троице пришлось нехотя отойти на свои места. Подруга Соня, сидевшая рядом, тревожно зашептала:
— Даш, ну зачем ты так? Они же мстительные. В прошлом семестре парня с параллельного потока довели до отчисления просто за то, что он их место на парковке занял.
— Переживу, — тихо ответила девушка, доставая чистую тетрадь.
Вечером того же дня золотая троица сидела за угловым столиком в модном заведении. Тимур методично ковырял вилкой салат с морепродуктами, а Глеб нервно крутил в руках высокий стакан с холодным напитком.
— Она меня просто выводит из себя, — Глеб с силой поставил стакан на деревянную столешницу. — Сидит, строит из себя интеллектуалку. В этих своих стоптанных ботинках!
— Да расслабься, мы ее красиво выставим за дверь, — лениво протянул Филипп, не отрываясь от телефона. — В субботу закрытый факультетский вечер в «Ампире». Мой отец там половину банкета оплачивает, мы в оргкомитете.
— И что? Она туда не пойдет.
— Пойдет, — Филипп самодовольно улыбнулся. — Мы ей пришлем персональное электронное приглашение. Только случайно вырежем абзац про дресс-код. Тематика «Золотой век». Все будут в черном шелке и с золотыми аксессуарами. А она притащится в своем мышином свитере. Мы вызовем ее на сцену, вручим грамоту «За самый народный стиль». Перед всем курсом. Пусть потом попробует отмыться от такого статуса.
Даша вернулась в свою просторную квартиру в историческом центре и со вздохом скинула тяжелые ботинки. Из кухни доносился аппетитный запах домашнего ужина.
За широким дубовым столом сидел отец. Михаил Сергеевич, крупный мужчина с густой седеющей бородой, внимательно изучал сложные чертежи гидролокатора. Из-под штанины его домашних брюк виднелась специальная медицинская конструкция.
Никто в академии не знал правды о ее семье. Пятнадцать лет назад Михаил работал промышленным глубоководным водолазом. Во время сложного погружения на буровой платформе произошла непредвиденная ситуация с оборудованием. Он вытащил напарника, но сам провел на глубине слишком много времени. Последствия оказались необратимыми — нога получила тяжелые повреждения.
Это стало тяжелейшим испытанием. Но Михаил не опустил руки. Лишенный возможности спускаться под воду, он начал разрабатывать новые, облегченные системы связи и навигации для экстремальных глубин. Начинал в тесном арендованном гараже. А сейчас его инженерная компания «Глубоководные системы» снабжала лучшим оборудованием половину нефтедобывающих платформ страны. Семья ни в чем не нуждалась, но привычки остались прежними: они не любили пафос, а сам Михаил ездил на специально переоборудованном тяжелом внедорожнике.
— Что-то ты сегодня без настроения, дочь, — басовито произнес отец, отодвигая чертежи. — Опять твои столичные однокурсники жизнь портят?
Даша положила на стол телефон. На экране светилось электронное приглашение с витиеватыми вензелями.
— Местные короли решили устроить мне показательное выступление. Прислали билет на закрытый вечер.
В кухню зашел жених Даши, Костя. Он был ведущим разработчиком систем шифрования для крупных банков, спокойным и ироничным парнем. Костя заглянул через плечо девушки в экран.
— «Клуб Ампир. Сбор гостей в двадцать ноль-ноль». И все? — Костя хмыкнул, поправляя очки. — Хитро работают. Я сегодня утром видел афишу этого мероприятия у них на сайте. Там строгий дресс-код. Черное и золото. Они хотят, чтобы ты пришла в повседневном.
— Вот же интриганы, — Даша покачала головой. — Я никуда не пойду.
— Ну уж нет, — Михаил Сергеевич тяжело поднялся, опираясь на стол. — Прятаться от проблем — не наш метод. Раз приглашают, надо уважить организаторов. Заодно познакомим их с реальностью. Костя, у тебя же остался тот черный смокинг с прошлогодней конференции?
В субботу вечером просторная квартира напоминала закулисье театра. Даша стояла перед зеркалом в потрясающем платье: струящийся плотный черный шелк, идеально подчеркивающий фигуру, и открытая спина. Мама достала из сейфа увесистый футляр с настоящим золотым колье — подарком Михаила на годовщину свадьбы.
Клуб «Ампир» гудел от басов. Тяжелые деревянные двери то и дело пропускали внутрь стайки наряженных студентов. Внутри все искрилось от позолоты и сверкающих декораций. Золотая троица заняла лучшую ложу на втором этаже, откуда отлично просматривался главный вход. Глеб то и дело раздраженно поглядывал на экран телефона.
— Опаздывает наша гостья, — хмыкнул Тимур, закидывая в рот очередную виноградину.
В этот момент к красной дорожке перед самым входом плавно подкатил массивный матово-черный внедорожник. Автомобиль выглядел пугающе солидно на фоне пестрых каршерингов и родительских машин, припаркованных вдоль обочины.
Глеб перегнулся через перила ложи, вглядываясь в тонированные стекла.
— «Смотрите, беднячка явилась!» — громко крикнул он своим приятелям, уверенный, что Даша приехала на дешевом такси.
Дверь со стороны пассажира открылась. Первым на дорожку ступил Костя в безупречном черном смокинге. Он окинул взглядом толпу, поправил манжеты и галантно подал руку своей спутнице.
Из салона появилась Даша. Свет уличных фонарей скользнул по настоящему золоту на ее шее. Черный шелк переливался, подчеркивая идеальную осанку. Она шла потрясающе уверенно, с легкой полуулыбкой на губах.
Следом из-за руля медленно, опираясь на элегантную трость, вышел Михаил Сергеевич. Он спокойно окинул суровым взглядом фасад клуба и неспешно направился за дочерью.
Глеб осекся. Его рука с бокалом замерла в воздухе. Троица торопливо сбежала по лестнице на первый этаж, преградив путь Даше прямо в центре зала, где музыка играла чуть тише.
— Даша? — Глеб отчаянно пытался сохранить остатки лица перед собравшимися вокруг студентами. — Ты где платье напрокат взяла? А цепочка настоящая?
Даша посмотрела на него снизу вверх, ее лицо оставалось абсолютно безмятежным.
— Здравствуй, Глеб. Прекрасный вечер. Жаль только, что твой дизайнерский костюм сидит на тебе так нелепо. Осанки не хватает.
Толпа внезапно расступилась. К их компании быстрым шагом приближался плотный мужчина в дорогом костюме. Это был отец Филиппа, Руслан Эдуардович, совладелец крупного судостроительного завода.
Филипп победно улыбнулся:
— Папа! Как хорошо, что ты подошел. Представляешь, эта…
Но отец даже не взглянул на сына. Он торопливо вытер лоб и, подойдя к Михаилу Сергеевичу, виновато улыбнулся, протягивая обе руки.
— Михаил Сергеевич! Дорогой вы мой человек! Какая небывалая честь! А мне в приемной сказали, вы не посещаете студенческие мероприятия.
Михаил неспешно пожал протянутую руку.
— Здравствуй, Руслан. Да вот, решил молодость вспомнить. Дочка просила сопроводить. Говорит, тут ребята одежду бесплатно раздают.
Руслан Эдуардович побледнел. Он перевел испуганный взгляд на Дашу, потом на растерянного Филиппа.
— Дочка? — переспросил он севшим голосом.
— Моя, — ласково кивнул Михаил. — А это Костя, ее будущий супруг. Кстати, Руслан, твой сын сегодня был невероятно любезен. У вас что, непредвиденные финансовые трудности? Может, моя компания зря утвердила поставки навигационного оборудования на твои новые суда? Если вам не хватает на нормальную одежду, ты скажи.
Слова падали тяжело и размеренно. Диджей за пультом предусмотрительно убрал звук почти до минимума.
— Михаил Сергеевич… — бизнесмен начал заикаться, комкая в руках край пиджака. — Это недоразумение. Мальчишка просто не подумал.
Руслан Эдуардович повернулся к сыну. Он не стал кричать, но в его тихом голосе звучала огромная строгость:
— Ты хоть понимаешь, кто перед тобой стоит? Без его систем связи ни один мой корабль не пройдет проверку. Извинись. Немедленно.
— Простите, Даша, — выдавил Филипп, глядя в пол.
Костя чуть выступил вперед и привычным жестом поправил очки.
— Знаешь, Тимур, — он обратился ко второму парню. — Мои алгоритмы ежедневно отслеживают сотни финансовых потоков. Я ради спортивного интереса посмотрел твои задолженности. Ты должен огромные суммы из-за своих игр на деньги, а отцу сказать боишься. Будешь продолжать хамить моей невесте — я сделаю эти данные публичными. Договорились?
Студент судорожно закивал, окончательно раздавленный.
Михаил Сергеевич тяжело вздохнул, опираясь на трость.
— Ладно, Руслан. Воспитывай смену активнее. Пойдем, Даша. Воздух тут какой-то тяжелый.
Они плавно развернулись и направились к главному выходу. Студенты молча расступались перед ними, образуя почтительный коридор. Никто больше не смеялся. Все присутствующие усвоили одну простую истину: настоящее влияние никогда не кричит о себе дешевыми выходками. Оно ходит тихо, опираясь на трость.
На следующий же день Руслан Эдуардович заблокировал все карты Филиппа и отправил его работать простым сотрудником на самый дальний склад завода. А Даша по-прежнему приходила на лекции в своих любимых джинсах и уютном свитере. Только теперь никто во всей академии даже в мыслях не смел назвать ее замарашкой.
Скажи своей мамаше, что её планы на мою квартиру отменяются! Я не обязана платить за чужие фантазии! — крикнула жена