Когда Олег согласился на развод, Марина не ожидала. Она бросила фразу между делом, стоя у зеркала и подкрашивая ресницы:
— Если не будешь зарабатывать больше, давай разводиться.
Ждала, что он начнет оправдываться, обещать, упрашивать. А он просто кивнул:
— Давай.
Она обернулась, тушь застыла на полпути к глазу:
— Что «давай»?
— Разводиться давай. Я согласен.
Развелись быстро. Олег бросил работу в такси — гонял по двенадцать часов, чтобы обеспечить ее запросы, а она все равно была недовольна. Остался только автозавод, где собирали иномарки. Стабильная зарплата, адекватный график. Переехал на родительскую дачу в Павловке, привел ее в порядок. Лес, речка, тишина. Красота.
Марина осталась в квартире с дочкой Ксюшей. Алименты приходили исправно. Первые месяцы она не беспокоила Олега — гордость не позволяла. Но потом начались звонки.
— Олег, холодильник барахлит. Приезжай посмотри.
Он приезжал, смотрел. Холодильник работал нормально.
— Олег, лампочка в коридоре перегорела.
— Марин, вызови электрика.
— Да какой электрик! Ты же рядом.
Он приезжал. Менял лампочку.
— Олег, нужно новый холодильник привезти. Старый все-таки сдох.
— Марин, я тебе деньги дам, сама закажешь доставку.
— Да ты что! Мне одной не справиться. Ты же мужчина.
Так продолжалось полгода. То люстру поменять на более яркую, то шкаф передвинуть, то кран подкрутить. Олег приезжал, делал, уезжал. Пока не понял — она просто тянет время. Хочет видеть его, держать на коротком поводке.
Тогда он изменил тактику:
— Марин, холодильник? Хорошо, я найду грузчиков, они привезут и установят.
— Люстра? Сейчас скину тебе телефон электрика, он за час все сделает.
— Шкаф? Есть отличные ребята, недорого.
Марина злилась, но возразить было нечего. Просьбы стали реже.
А потом Олег встретил Свету.
Она жила в том же СНТ, дача через три участка. Познакомились на общем субботнике — убирали дорогу после зимы. Света была в старых джинсах и резиновых сапогах, волосы собраны в хвост, на лице ни капли косметики. Смеялась громко, работала быстро. Вечером сидели у костра, пекли картошку. Она рассказывала про работу в ветеринаром, он — про завод. Просто, легко.
— Ты рыбачишь? — спросила она.
— Раньше любил. Давно не был.
— Пойдем завтра? У меня две удочки.
Пошли. Сидели на берегу, смотрели на поплавки. Света молчала, не болтала без умолку, не требовала развлечений. Ей было хорошо просто сидеть рядом.
Олег понял — вот оно. То, чего не было с Мариной. Покой.
Когда Марина узнала про Свету, включился режим боевой готовности.
Первая попытка
Звонок в десять вечера. Олег лежал на диване, читал. Света дремала, положив голову ему на плечо.
— Олег, Ксюша температура. Тридцать восемь и пять. Приезжай срочно!
— Вызови скорую.
— Да какую скорую! Ей папа нужен! Она плачет, просит тебя!
Он приехал. Марина открыла дверь в шелковом халате, волосы распущены, макияж свежий. Странно для матери больного ребенка.
— Где Ксюша?
— Спит. Я ей жаропонижающее дала, полегчало.
— Марина, ты говорила, что ей плохо.
— Ну было плохо. А теперь лучше. Может, чаю выпьешь? Я пирог испекла.
Он прошел в детскую. Ксюша спала спокойно, лоб прохладный. Термометр на тумбочке показывал тридцать шесть и восемь.
— Температура нормальная, — сказал он, вернувшись на кухню.
— Да? Наверное, сбилась. Хорошо, что ты приехал. Сядь, поговорим.
— Марин, я поеду.
— Постой! — она встала, подошла ближе. — Олег, может, хватит этих игр? Ну встречаешься ты там с кем-то, ладно. Но мы же семья. Дочка растет без отца.
— Я плачу алименты. Вижусь с ней каждую неделю.
— Этого мало! — голос сорвался. — Ей нужен отец рядом. И мне… мне тоже нужен муж.
— Марина, ты сама предложила развод.
— Я не думала, что ты согласишься! — выпалила она. — Я хотела, чтобы ты одумался, начал больше стараться!
Олег посмотрел на нее долго. Потом развернулся и ушел.
Вторая попытка
Через неделю Марина позвонила снова:
— Олег, Ксюша упала на площадке. Разбила колено, кровь. Приезжай!
Он примчался. Марина встретила в джинсах и облегающей кофточке, губы ярко накрашены.
— Где она?
— В комнате. Я обработала, но она тебя зовет.
Ксюша сидела на кровати, играла в планшет. На колене пластырь.
— Папа! — обрадовалась она. — Ты приехал!
— Привет, солнышко. Как ты?
— Нормально. Упала, но не больно уже.
Он погладил ее по голове, вышел на кухню. Марина накрывала на стол — салат, горячее, бутылка вина.
— Марин, зачем это?
— Ну ты же приехал. Поешь хоть. Ксюша уже поужинала.
— Я не голодный.
— Олег… — она подошла, положила руку ему на грудь. — Я скучаю. По тебе. По нам.
Он отстранился:
— Марина, нас нет. Не было, наверное, никогда.
— Как это нет?! У нас дочь! У нас столько лет вместе!
— Лет, когда ты пилила меня каждый день. Когда я работал на износ, а ты требовала больше. Когда ничего не было достаточно хорошим.
— Я изменилась! — она схватила его за руку. — Клянусь, я поняла. Мне не нужны деньги, не нужны тряпки. Мне нужен ты!
— Поздно, Марин.
Он высвободил руку и ушел.
Третья попытка
Марина ждала месяц. Потом пригласила его на день рождения Ксюши. Олег приехал с подарками — куклой и роликами. Марина открыла дверь в простом платье, почти без косметики. Волосы собраны, ногти покрыты прозрачным лаком.
— Проходи. Ксюша ждет.
День рождения прошел тихо. Ксюша радовалась подаркам, они ели торт, играли в настольные игры. Марина была спокойной, приветливой. Не лезла, не давила.
Когда Ксюша уснула, Марина принесла чай:
— Спасибо, что пришел. Ей важно, что ты рядом.
— Я всегда буду приходить на ее дни рождения.
— Знаю. — она помолчала. — Олег, я правда изменилась. Понимаю, что была невыносимой. Но я могу быть другой. Посмотри — я устроилась на работу. Администратором в салон. Сама зарабатываю, не требую от тебя ничего, кроме алиментов.
— Это хорошо, Марин. Правда хорошо.
— И я хочу попросить прощения. За все. — она смотрела ему в глаза. — Я была дурой. Потеряла самое ценное.
Олег видел — она искренна. Но чувствовал — не то.
— Марина, я рад, что ты меняешься. Для себя, для Ксюши. Но мы не вернемся.
— Из-за этой… Светы?
— Не из-за нее. Из-за нас. Из-за того, что мы с тобой разные. Ты заслуживаешь человека, который будет соответствовать твоим ожиданиям. А я заслуживаю покоя.
Марина опустила глаза:
— Останься хотя бы на ночь. На диване. Чтобы Ксюша проснулась, а ты рядом.
— Нет, Марин. Извини.
Он уехал.
Сейчас прошло полгода. Марина больше не звонит с просьбами. Иногда присылает фотографии Ксюши, он отвечает. Встречаются на выходных — забирает дочку на дачу, они рыбачат, гуляют по лесу.
Света не ревнует. Она знает всю историю. Иногда спрашивает:
— Не жалеешь?
— О чем?
— Что не дал ей шанс. Она ведь правда изменилась.
Олег смотрит на поплавок, качающийся на воде:
— Люди меняются, когда теряют. А я не хочу быть тем, кого нужно терять, чтобы ценить.
Света кивает. Кладет голову ему на плечо. И они сидят молча, слушая шум реки.
Вопрос только один — правильно ли он поступил? Или стоило дать Марине еще один шанс?
— Ты отдал моё золото сестре? Да как ты мог! — не верила своим ушам я, а муж упал на колени, умолял простить