Но сообщение не отправила. Два года в декрете, и вот первый выход в люди — а она уже сдаётся из-за дурацкой молнии?
Достала другое платье, чёрное, свободное. Накрасилась впервые за месяц. Надела каблуки и почувствовала себя странно, будто в чужом костюме.
Муж Игорь ушёл на работу ещё утром. Он риелтор, постоянно на показах, встречах с клиентами. Иногда приходит поздно, иногда очень поздно. Лена привыкла засыпать одна. Старшему, Димке, десять лет, он уже сам себе греет обед. Младшему, Костику, два года — с ним она и просидела весь декрет.
В «Веранде» было уютно и темновато. Столики разделяли деревянные ширмы с какими-то растениями. Светка уже сидела, листала меню.
— О, живая, — подняла глаза. — Я уж думала, ты опять отмажешься.
— Костик с мамой, — Лена села напротив. — Еле уговорила её приехать.
— Нормально выглядишь, между прочим. Чего ты вечно себя хоронишь?
Лена хотела ответить, но за соседней ширмой раздался смех. Мужской. Знакомый.
Она замерла.
— Ты чего? — Светка нахмурилась.
Лена приложила палец к губам и показала на ширму.
Там говорили двое. Женский голос, молодой, с кокетливыми интонациями. И мужской. Игорь.
— А ты давно в риелторстве? — спрашивала женщина.
— Лет семь уже. Начинал с однушек на окраине, сейчас элитка в основном.
Может, деловая встреча, думала Лена. Клиентка. Он часто обедает с клиентами.
— А ты женат?
Голос женщины стал ниже, интимнее. Лена почувствовала, как внутри всё сжалось. Сейчас он скажет «да». Сейчас он скажет «у меня жена и двое детей».
Игорь засмеялся.
— Формально. Но это так, ты понимаешь. Она после родов вообще не в форме. Сидит дома, ни во что не влезает. Я с ней из жалости, ради детей. По факту — я свободен.
Светка схватила Лену за руку.
— Мне казалось, ты спортом занимался? — продолжала женщина за ширмой.
— Занимаюсь. В зал хожу три раза в неделю. А она даже на улицу не выходит. Сидит в халате с утра до вечера. Обросла жиром и депрессией.
Светка начала подниматься, но Лена дёрнула её обратно.
— Сиди. Хочу дослушать.
— Да она даже не заметит, если я не приду ночевать, — голос Игоря был лёгким, почти весёлым. — Засыпает в девять с младшим. Я как-то три дня говорил, что в командировке. Она даже не проверила.
Лена вспомнила ту командировку. Ноябрь прошлого года. Она тогда болела вместе с Костиком, температура под сорок.
— Пойдём, — Светка потянула её за руку. — Нечего тут слушать.
Вышли через служебный выход, мимо кухни. Официант удивлённо глянул вслед.
На улице Лена остановилась, вдохнула несколько раз.
— Ты как? — Светка достала воду.
— Не знаю.
— Сволочь он. Конченая.
— Знаю.
Постояли молча. Мимо шли люди, ехали машины. Обычный четверг.
— Что будешь делать?
— Домой поеду. Надо подумать.
Дома Лена сняла платье и надела тот самый халат. Розовый, махровый, с пятном от детского пюре на рукаве. Села на кухне и просидела так до вечера.
Когда Игорь пришёл в десять, она уже лежала. Он заглянул в спальню, сказал «привет» и пошёл в душ. Всё как обычно.
Ни во что не влезает. Из жалости. По факту свободен.
Утром записалась в спортзал. Не чтобы ему что-то доказать. Просто поняла: если не начнёт двигаться — задохнётся.
Первая тренировка была пыткой. Домой еле дошла, ноги не держали. Через неделю стало легче. Через две — почти нормально. Ходила три раза в неделю, пока Костик с мамой или в яслях.
Параллельно обновила резюме. До декрета работала менеджером в строительной компании. Разослала в несколько мест, получила два приглашения на собеседование.
Игорь ничего не замечал. Приходил поздно, уходил рано, на выходных смотрел футбол или уезжал «к друзьям». Лена перестала спрашивать куда.
Через месяц нашла адвоката. Светка посоветовала знакомого.
— Квартира в ипотеке? — спросил он.
— Да. Трёхкомнатная, оформлена на мужа, платим из общих.
— Сколько осталось?
— Около восьмисот тысяч, ещё года два.
— Дети?
— Двое. Десять и два года.
Адвокат записывал, кивал. Лена отвечала спокойно, будто про чужую жизнь рассказывала.
Переписку вела через рабочую почту, которую завела специально. Но однажды забыла выйти из аккаунта на домашнем компьютере.
Игорь ворвался на кухню, когда она кормила Костика.
— Это что такое?
Тряс распечаткой. Письмо от адвоката: «Документы для подачи на развод».
— То, что написано, — она продолжала кормить сына.
— Ты следила за мной? Подслушивала?
Костик испугался громкого голоса, захныкал. Лена взяла его на руки.
— Случайно услышала твой разговор в ресторане. Месяц назад. Ты там рассказывал, что свободен, что живёшь со мной из жалости, что я ни во что не влезаю.
Игорь побледнел.
— Ты следила, — повторил он тише.
— Нет. Обедала с подругой. Ты сидел за соседним столиком. Совпадение.
— И целый месяц молчала?
— А что надо было сказать? Ты всё сказал за меня.
Игорь сел. Потёр лицо.
— Лен, ты неправильно поняла. Это был просто разговор. Клиентка. Я иногда говорю ерунду, чтобы расположить к себе. Часть работы.
— Расположить фразой «моя жена ни во что не влезает»?
— Ну, понимаешь, женщинам нравится, когда мужчина типа доступен. Психология продаж.
— Психология продаж, — повторила Лена. — Ясно.
Унесла Костика в детскую. Димка сидел там, делал уроки, наушники в ушах.
Вечером Игорь попытался снова.
— Давай поговорим нормально, — сел рядом. — Я понимаю, ты обиделась. Но это же не повод разводиться. Двенадцать лет вместе. Двое детей.
— Ты сказал, что живёшь со мной из жалости.
— Я не это имел в виду.
— А что?
Замялся.
— Последние годы были сложные. Ты постоянно уставшая, мы почти не разговариваем. Я чувствовал себя одиноким.
— Ты чувствовал себя одиноким, — Лена усмехнулась. — А я, по-твоему, как? Два года дома с ребёнком. Без сна, без людей, без работы. И муж, который приходит ночевать через раз и говорит посторонним женщинам, что свободен.
— Я извиняюсь, ладно? Что ещё надо?
— Ничего. Документы подам на следующей неделе.
Игорь встал, прошёлся по комнате.
— Ты понимаешь, что квартиру придётся продавать? Делить? Что дети будут страдать?
— Дети будут страдать больше, если вырастут с отцом, который считает их мать недостойной уважения.
— Передёргиваешь.
— Цитирую.
На следующий день, когда собирала Димку в школу, сын вдруг спросил:
— Мам, а почему папа вчера кричал?
— Мы разговаривали.
— Громко. Я слышал.
Лена присела перед ним.
— У нас с папой сейчас сложный период. Решаем некоторые вопросы.
— Вы разводитесь?
Помолчала.
— Возможно. Но папа не перестанет тебя любить.
Димка кивнул. Взял рюкзак, пошёл к двери. На пороге обернулся.
— Мам, а почему папа сказал, что ты ни во что не влезаешь? Ты же вчера надела своё синее платье. То, которое красивое. Оно тебе было.
Лена замерла.
— Ты это слышал?
— Без наушников был.
Вечером Игорь пришёл раньше обычного.
— Димка мне звонил, — сказал тихо. — Спрашивал, почему я тебя обижаю.
— И что ответил?
— Что это взрослые дела.
— Отличный ответ. Он всё слышал. И вчерашний разговор, и про ресторан.
Игорь сел за стол. Первый раз за долгое время они сидели рядом без телевизора, без телефонов.
— Может, попробуем сначала? Я был идиотом. Признаю.
Лена посмотрела на него. Двенадцать лет. Двое детей. Ипотека, общие знакомые, родители в шоке будут.
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты извинился за то, что я услышала. Не за то, что сказал. Разные вещи.
Встала и ушла в спальню.
Развод оформили через три месяца. Игорь торговался до последнего: предлагал сохранить семью, обещал измениться.
— Давай ради детей, — говорил на последней встрече.
— Ради детей и развожусь. Чтобы не выросли с мыслью, что так можно относиться к жене.
Квартиру продали, закрыли ипотеку, доплату поделили. Лена с детьми купила двушку в том же районе, Игорь — однокомнатную на окраине. Выплаты по новому кредиту выросли, но Лена уже работала.
Первые месяцы были тяжёлыми. Костик болел, Димка плохо спал, на работе навалились проекты. Но справлялась. День за днём.
Игорь забирал детей на выходные. Сначала регулярно, потом реже. Появились срочные дела, командировки. Лена не спорила. Просто записывала дни, когда не приходил.
Прошло два года.
Лена скинула пятнадцать кило — само получилось, работа, дети, зал, некогда переедать. На работе дали повышение, теперь руководила отделом. Познакомилась с Андреем, инженером из соседнего офиса. Встречались полгода, всё спокойно и хорошо.
Игорь жил в съёмной квартире. Свою однушку продал, когда бизнес просел — рынок упал, клиентов стало меньше, комиссии уменьшились. Женщины, которым говорил, что свободен, куда-то исчезли. Оказалось, им нужен был не он, а успешный риелтор с хорошими связями.
Алименты платил через раз. Лена подала в суд, назначили удержание из зарплаты. Игорь обиделся, перестал звонить детям.
Димка, которому уже двенадцать, как-то спросил:
— Мам, а папа вообще про нас помнит?
— Он занят.
— Всегда занят. Когда вместе жили, тоже был занят.
Лена промолчала.
В мае Светка скинула скриншот. Пост из соцсети: Игорь на фоне моря, надпись «Жизнь прекрасна, когда ты свободен».
— Смотри, какой счастливый, — написала Светка.
Лена глянула на фото. Постарел, залысины, лицо оплыло. На фоне бюджетный пляж, похоже на Анапу. Один.
Хотела что-то почувствовать: злорадство, обиду. Не почувствовала ничего.
— Да и ладно, — ответила Светке.
Вечером Андрей пришёл с цветами. Просто так.
— Ты чего? — удивилась.
— Захотелось.
Костик, которому уже четыре, повис у него на ноге:
— Дядя Андрей, пойдём машинки катать!
— Пойдём.
Лена смотрела, как они возятся в детской. Димка сидел рядом, показывал что-то в телефоне, Андрей слушал.
Зазвонил телефон. Номер Игоря.
— Лен, привет. Слушай, сложная ситуация, можешь одолжить тысяч сто до конца месяца?
Помолчала.
— Нет.
— Почему? У тебя же есть, я знаю, нормально зарабатываешь.
— Не твоё дело.
— Ну мы же столько лет прожили. Неужели не поможешь?
— Ты мне алименты три месяца не платишь. Какая помощь?
— Временные трудности. Отдам.
— Нет.
Положила трубку. Игорь перезвонил три раза, потом прислал: «Ты стала жёсткой. Не узнаю тебя».
Не ответила.
Ночью лежала без сна. Андрей рядом тихо сопел. Два года назад сидела в том же халате на той же кухне и не знала, что делать.
А потом просто начала. Не героические поступки. Каждый день по чуть-чуть. Встала — оделась — пошла в зал. Написала резюме — отправила. Позвонила адвокату — записала.
И вот теперь своя квартира, рядом человек, который приносит цветы просто так. В соседней комнате дети.
Игорь получил свободу, о которой мечтал.
Лена перевернулась на другой бок. Завтра забрать Костика из сада пораньше, прививка. И Димке кеды купить, старые малы.
Закрыла глаза.
— Моя мама подарила нам квартиру, документы на меня, но ипотеку будешь ты платить, — сказал Сергей