Эти слова прозвучали в просторной прихожей как гром среди ясного неба. Галина, только что вышедшая из кухни с кухонным полотенцем в руках, замерла на месте. Перед ней стояла золовка Оксана, одетая в свое любимое яркое пальто, с победоносной улыбкой на лице. Позади нее переминался с ноги на ногу ее муж Игорь, сгибаясь под тяжестью двух огромных чемоданов и нескольких клетчатых баулов, какие обычно используют челноки. Рядом, уткнувшись в экран смартфона и ритмично жуя жвачку, стоял их пятнадцатилетний сын Денис.
Муж Галины, Виктор, стоял у входной двери с совершенно растерянным видом. Очевидно, что появление родственников с вещами стало сюрпризом не только для жены, но и для него самого. Он почесал затылок и попытался выдавить из себя подобие приветливой улыбки, хотя его глаза красноречиво молили Галину о помощи.
Галина не стала устраивать истерик, не стала всплескивать руками или возмущаться прямо на пороге. За двадцать лет брака она прекрасно изучила породу родственников своего мужа. Оксана всегда отличалась поразительной незамутненностью и святой уверенностью в том, что старший брат и его жена существуют исключительно для того, чтобы решать ее бытовые и финансовые проблемы.
– Проходите, раз уж приехали, – совершенно спокойным, ровным тоном произнесла Галина. – Сумки пока оставьте в коридоре. Раздевайтесь, мойте руки и проходите на кухню. Нам нужно кое-что обсудить до того, как вы начнете распаковывать вещи.
Оксана недовольно фыркнула, явно ожидая более теплого приема с объятиями и накрытым столом, но спорить не стала. Сбросив пальто прямо на пуфик и даже не поправив сбившуюся обувь, она прошествовала в ванную. Игорь молча поставил чемоданы вдоль стены, стараясь не смотреть в глаза хозяйке дома.
Кухня Галины была ее гордостью. Идеальная чистота, дорогой гарнитур цвета слоновой кости, современная встроенная техника, купленная на ее личные премии. Это был ее мир, в котором все работало по строгим правилам и законам экономии и порядка. Когда родственники расселись за большим овальным столом, Галина не стала ставить чайник. Она подошла к одному из верхних шкафчиков, достала оттуда пухлую пластиковую папку синего цвета и положила ее на стол прямо перед золовкой.
– Ну, рассказывай, Оксана, – Галина присела напротив, сложив руки в замок. – Какой у вас ремонт, насколько масштабен фронт работ и какие сроки вы для себя обозначили?
Оксана, с комфортом откинувшись на спинку мягкого стула, начала увлеченно вещать:
– Ой, Галя, мы решили сделать капитальную перепланировку! Трубы поменять, проводку, ламинат перестелить. Бригада сказала, что месяца два-три там жить будет абсолютно невозможно. Пыль, грязь, вода перекрыта. Мы прикинули с Игорем: снимать квартиру сейчас – это бешеные деньги. Зачем отдавать чужим людям по сорок тысяч в месяц, если у вас свободная гостевая комната простаивает? Мы там втроем прекрасно разместимся. Дениска на кресле-кровати ляжет, мы с Игорем на диване. Тесновато, конечно, но по-родственному потерпим.
Виктор, сидевший с краю стола, попытался смягчить ситуацию.
– Галочка, ну действительно, у нас же ремонт уже давно закончен, место есть. Пусть поживут, свои же люди. Мы же не можем родную сестру на улицу выгнать.
Галина медленно перевела взгляд на мужа, и тот осекся под ее ледяным прищуром. Затем она открыла свою синюю папку. Внутри аккуратными стопками, скрепленными канцелярскими скрепками, лежали квитанции за жилищно-коммунальные услуги, чеки из супермаркетов, договоры с интернет-провайдером и выписки по счетчикам.
– Родная сестра, говоришь? Свои люди? – Галина достала из кармана передника маленький калькулятор и положила его поверх бумаг. – Замечательно. Я человек практичный, работаю экономистом, поэтому давайте разговаривать на языке цифр. Вы планируете жить у нас три месяца. Вас трое. Нас с Виктором двое. Итого в квартире будут постоянно находиться пять взрослых людей.
Она взяла верхнюю квитанцию и положила ее перед Оксаной.
– Смотри внимательно. Это счет за прошлый месяц. Вода горячая и холодная – по счетчикам. Электричество – по счетчику. Газ – по счетчику. Вывоз мусора рассчитывается по количеству проживающих, но мы сейчас берем фактическое потребление ресурсов. Если вас станет на три человека больше, расход воды на утренние и вечерние души, стирку вашей одежды и мытье посуды увеличится минимум в два с половиной раза. Электричество – аналогично. У Дениса, я вижу, мощный игровой ноутбук с собой, Игорь любит смотреть телевизор допоздна, плюс дополнительные стирки и готовка.
Оксана недоуменно захлопала нарощенными ресницами, ее лицо начало приобретать багровый оттенок.
– Галя, ты что, мне сейчас воду считать будешь?! Родной золовке?! Мы же в гости приехали!
– Гости, Оксана, приезжают на три дня, – невозмутимо парировала Галина, быстро нажимая кнопки на калькуляторе. – Гостей угощают, развлекают и стелют им чистое белье. А те, кто приезжает жить на три месяца со своими чемоданами, называются квартирантами или сожителями. Продолжим. Интернет. У нас подключен базовый тариф. Ваш сын постоянно играет в онлайн-игры и качает тяжелые файлы, нам придется расширять канал, чтобы мне хватало скорости для удаленной работы по вечерам. Это еще плюс пятьсот рублей в месяц.
Галина пододвинула калькулятор поближе к Игорю, который сидел, вжав голову в плечи.
– Идем дальше. Бытовая химия. Стиральный порошок, капсулы для посудомоечной машины, туалетная бумага, шампуни, гели для душа. Все это стоит немалых денег. Теперь самое главное – питание.
Оксана не выдержала и вскочила со стула.
– Витя! Ты будешь молчать?! Твоя жена сейчас с родной сестры деньги за туалетную бумагу трясет! Это вообще как называется?! Это немыслимое крохоборство!
Виктор тяжело вздохнул и примирительно поднял руки.
– Галя, ну перебор, наверное… Свои же. Мы что, тарелку супа не нальем племяннику? Я сам коммуналку оплачу, не переживай.
Галина медленно закрыла папку, сложила руки на столе и посмотрела на мужа взглядом, от которого у него по спине пробежал холодок.
– Витя, я напомню тебе основы семейного законодательства Российской Федерации. Статья тридцать четвертая Семейного кодекса гласит, что все доходы, полученные каждым из супругов от трудовой деятельности, являются нашей совместной собственностью. Твоя зарплата – это не только твои деньги, это наши общие деньги. И расходовать их на содержание твоей сестры, ее мужа и ее взрослого сына я своего согласия не даю. У нас общий бюджет, и я не намерена спонсировать трех человек в ущерб себе и нашим накоплениям на отпуск.
Она снова повернулась к золовке, которая стояла, тяжело дыша от возмущения.
– Итак, Оксана. Если вы хотите жить здесь, условия будут следующими. Я высчитала среднюю сумму. Коммунальные платежи с учетом перерасхода, бытовая химия и амортизация техники обойдутся вашей семье в десять тысяч рублей в месяц. Питаться мы будем раздельно. У вас будет своя полка в холодильнике, свои кастрюли и свои продукты. Готовишь ты на свою семью сама. Если такой вариант вас устраивает, вы прямо сейчас переводите мне на карту десять тысяч рублей авансом за первый месяц проживания, и мы мирно идем распаковывать ваши вещи в гостевую комнату. Если нет – вы забираете свои баулы из моего коридора, вызываете такси и едете в гостиницу, на съемную квартиру или куда вам будет угодно.
В кухне повисла звенящая, тяжелая тишина. Было слышно лишь монотонное гудение холодильника да далекий шум машин за открытым окном. Игорь нервно сглотнул, переведя взгляд на жену. Денис, оторвавшись от телефона, удивленно смотрел на тетку, впервые в жизни видя, как его матери дают такой жесткий, аргументированный отпор.
Оксана нервно рассмеялась, пытаясь перевести все в шутку, хотя ее глаза метали молнии.
– Галочка, ты, наверное, переутомилась на работе. Какие переводы? Какие авансы? У нас сейчас каждая копейка на счету, строителям платить надо, материалы закупать. Мы же договорились, мы просто поживем тихонько, воды много лить не будем, свет за собой выключать обещаем. Мы же родственники!
– Родственные связи не являются платежным средством для ресурсоснабжающих организаций, – отчеканила Галина, не дрогнув ни единым мускулом лица. – Водоканалу и энергосбыту абсолютно безразлично, кем вы приходитесь моему мужу. Решение я озвучила. Деньги на карту, или скатертью дорога.
Оксана резко повернулась к Игорю.
– Собирай сумки! Мы не останемся в доме, где нас за кусок мыла готовы удавить! Витя, ноги моей здесь больше не будет! Ты променял родную кровь на эту… бухгалтершу!
Она развернулась на каблуках и ринулась в коридор. Галина даже не шелохнулась. Виктор дернулся было за сестрой, но Галина властно положила руку на его предплечье, заставив остаться на месте. Из коридора доносилось гневное пыхтение Оксаны, скрип колесиков чемоданов и приглушенный мат Игоря, которому пришлось снова поднимать тяжелые баулы.
Вдруг шум затих. Оксана снова появилась на пороге кухни. Лицо ее выражало сложную гамму эмоций: от жгучей ненависти до банальной безысходности. Идти им, очевидно, было некуда. Гостиницы стоили дорого, а ночевать на вокзале с чемоданами в планы золовки не входило.
– Ладно, – процедила она сквозь зубы, доставая из кармана телефон. – Подавись своими десятью тысячами. Скинула по номеру. Но учти, мы питаемся отдельно. И чтобы я ни слова упрека не слышала!
Галина дождалась звука уведомления на своем смартфоне, проверила зачисление средств и только после этого кивнула.
– Принято. Гостевая комната прямо по коридору и направо. Постельное белье в комоде, застилаете сами. Вторая полка сверху в холодильнике полностью ваша. И еще одно важное правило, Оксана. Я работаю из дома два дня в неделю. В эти дни с девяти до восемнадцати часов в квартире должна быть абсолютная тишина.
Остаток дня прошел в тягучем, напряженном молчании. Родственники копошились в выделенной им комнате, громко переговариваясь шепотом. Галина методично занималась своими делами, протерла пыль в гостиной, полила цветы. Виктор сидел на диване с газетой, делая вид, что читает, хотя за час не перевернул ни одной страницы.
Вечером Галина приступила к приготовлению ужина. Она достала из морозилки два стейка свежего лосося, замариновала их в лимонном соке с розмарином и отправила в духовку. На гарнир нарезала легкий салат из свежих овощей с оливковым маслом. По кухне поплыл умопомрачительный аромат запеченной рыбы и пряных трав.
Дверь гостевой комнаты скрипнула. На кухню, втягивая носом воздух, вошла Оксана. За ней маячил голодный Денис.
– Ой, как вкусно пахнет! – Оксана попыталась придать голосу дружелюбные нотки, забыв о недавнем скандале. – Вы уже ужинать садитесь? А мы так закрутились с чемоданами, даже в магазин сходить не успели. Накроешь и на нас? Мы с Игорем рыбку очень любим, а Дениске можно просто картошечки сварить.
Галина достала противень из духовки, аккуратно переложила два ровных, румяных стейка на тарелки и повернулась к золовке.
– Оксана, мы с вами заключили договор. Раздельное питание. В моем меню на сегодня рыба ровно на две персоны – на меня и на Виктора. Левая конфорка на плите свободна. До ближайшего супермаркета пять минут ходьбы бодрым шагом. Думаю, Игорь вполне успеет сбегать за пельменями или сосисками, пока они не закрылись.
Улыбка мгновенно сползла с лица золовки.
– Ты серьезно сейчас? Ты будешь давиться красной рыбой, пока твой родной племянник голодный стоит и слюнки глотает?! Да у тебя сердца нет!
– У меня есть сердце, а еще у меня есть принципы, – невозмутимо ответила Галина, ставя тарелки на стол. – Я не нанималась кухаркой и благотворителем. Магазин за углом. Виктор, иди ужинать, пока не остыло.
Оксана громко хлопнула дверью кухни. Через пару минут хлопнула входная дверь – это злой и голодный Игорь отправился в супермаркет. Вернулся он с двумя пачками самых дешевых замороженных пельменей и батоном хлеба. Весь их ужин сопровождался громким звоном ложек о тарелки и демонстративными вздохами, которые доносились из гостевой комнаты, поскольку ужинать на кухне вместе с Галиной они категорически отказались.
Ночь прошла беспокойно. Игорь громко храпел, Денис до трех часов ночи ругался в голосовой чат своей онлайн-игры, пока Галина не вышла в коридор и не пригрозила отключить роутер. Утро началось с нового витка бытового противостояния.
Проснувшись в семь утра, Галина направилась в ванную, но дверь оказалась заперта. Оттуда доносился шум льющейся воды. Прошло десять минут. Пятнадцать. Двадцать. Галина постучала в дверь.
– Игорь, имей совесть, людям на работу собираться надо! – крикнула она.
Вода зашумела тише. Дверь открылась, и на пороге появился Игорь, обмотанный полотенцем. Вся ванная была окутана густым паром, зеркало запотело так, что по нему стекали крупные капли, а счетчик горячей воды крутился с бешеной скоростью. Галина зашла внутрь и первым дело бросила взгляд на свою полочку с косметикой. Открытая баночка ее дорогого французского скраба для тела стояла криво, а на крышке виднелись мыльные отпечатки пальцев.
Галина молча вышла из ванной, умылась на кухне холодной водой и начала заваривать кофе. Когда Оксана, позевывая, выплыла из комнаты в халате, Галина уже ждала ее у стола.
– Доброе утро, – сухо сказала хозяйка дома. – Оксана, передай своему мужу, что ванная комната – это не общественная баня. Сорок минут лить горячую воду непозволительно. И еще. Я настоятельно прошу не трогать мои косметические средства. Мой скраб стоит три тысячи рублей за баночку. Если я еще раз увижу, что им кто-то пользовался, я включу его стоимость в ваш ежемесячный счет.
Оксана вспыхнула.
– Да нужен мне твой скраб! У меня своя косметика есть, получше твоей химии! Подумаешь, Игорь душ принял подольше, расслабиться человеку нельзя в выходной? Мы за коммуналку заплатили, имеем право мыться сколько влезет!
– Вы заплатили десять тысяч за месяц проживания трех человек, – холодно напомнила Галина, отпивая кофе. – Если Игорь будет каждый день выливать по кубометру горячей воды, ваши десять тысяч закончатся ровно через неделю. И вам придется доплачивать.
Оксана не нашла что ответить. Она злобно сверкнула глазами, схватила чайник и с грохотом поставила его на плиту.
Ближе к обеду, когда Галина сидела за ноутбуком в гостиной, сводя очередной бухгалтерский баланс, атмосфера в доме накалилась до предела. Оксана, видимо решив пожаловаться на свою тяжелую долю, начала звонить всем родственникам подряд. Она закрылась в гостевой комнате, но стены в квартире не отличались идеальной звукоизоляцией, и Галина прекрасно слышала каждое слово.
– Мама, ты не представляешь, в какой ад мы попали! – причитала Оксана, разговаривая со своей матерью, свекровью Галины. – Эта мымра заставила нас перевести ей деньги за проживание! Считает каждую каплю воды! Вчера рыбу красную ела, а мы пельменями давились! Витька вообще под каблуком сидит, слова поперек сказать не может! Я здесь жить не смогу, она нас со свету сживет своими расчетами!
Через пятнадцать минут у Виктора зазвонил телефон. Он сидел на диване рядом с Галиной. Увидев на экране надпись «Мама», он обреченно вздохнул и нажал кнопку ответа, неосмотрительно не убавив громкость динамика.
– Витя! Что у вас там происходит?! – голос матери звенел от возмущения на всю гостиную. – Ты почему позволяешь своей жене издеваться над родной сестрой?! Оксана плачет навзрыд! Какие деньги за воду, Витя?! Вы что, совсем стыд потеряли? Немедленно поставь Галину на место, иначе я сама приеду и устрою вам такой скандал, что мало не покажется!
Виктор покраснел, покосился на невозмутимую жену, которая продолжала стучать по клавишам ноутбука, и попытался оправдаться:
– Мам, ну они приехали как снег на голову. Нас даже не предупредили. И почему мы должны их полностью содержать три месяца? У нас свой бюджет, свои планы.
– Какие планы?! Семья – это святое! Оксана делает ремонт, им тяжело! Завтра же верните ей деньги и обеспечьте нормальные условия! – безапелляционно заявила мать и бросила трубку.
Виктор спрятал лицо в ладони.
– Галя, может, правда вернем эти десять тысяч? Мать теперь покоя не даст. Будет звонить каждый день, нервы мотать.
Галина закрыла ноутбук, плавно поднялась с кресла и подошла к мужу.
– Витя. Если ты сейчас дашь слабину, они сядут нам на шею и свесят ноги. Сегодня они плачут маме, завтра они займут нашу спальню, а послезавтра потребуют, чтобы я готовила им завтраки, обеды и ужины. Это мой дом так же, как и твой. И я не позволю превращать его в бесплатную гостиницу для наглых родственников.
В этот момент Галина решила пойти на кухню за стаканом воды. Проходя по коридору, она услышала приглушенный голос Игоря. Он стоял на балконе, примыкающем к гостевой комнате, и курил, разговаривая по телефону. Дверь на балкон была слегка приоткрыта, и Галина, остановившись, прислушалась.
– Да, Серега, все нормально, – довольно хмыкал в трубку Игорь. – Переехали к сеструхе жены. Да какая разница, как приняли? Потерпим эту мегеру пару месяцев. Зато прикинь, жильцы нам сегодня за первый месяц аренды нашей хаты плюс залог перевели. Восемьдесят кусков на карту капнуло! И так каждый месяц будет. Мы тут на халяву кантоваться будем, коммуналку копеечную этой дуре кинули, чтобы не орала, а сами бабки на новую машину скопим. Отличный бизнес-план Ксюха придумала! Сказала всем, что ремонт у нас, а сама квартирантов пустила. Гениально же!
Галина замерла. Внутри нее словно щелкнул невидимый тумблер. Вся картина сложилась в единый, кристально ясный пазл. Никакого ремонта не было. Оксана и Игорь просто сдали свою квартиру в аренду, чтобы получать легкие деньги, а сами решили пожить за счет брата, давя на жалость и родственные чувства.
Она бесшумно развернулась, вернулась в гостиную, взяла Виктора за руку и молча потащила его в коридор, поближе к балкону. Игорь все еще распинался по телефону, в красках расписывая, как они ловко обвели вокруг пальца старшего брата и его расчетливую жену.
Лицо Виктора на глазах начало менять цвет. Сначала оно стало белым, затем пошло красными пятнами. Добродушный, мягкий и ведомый Виктор вдруг осознал, что его не просто используют – из него делают полного идиота. Его родная сестра, ради которой он готов был терпеть скандалы с матерью и ругаться с любимой женой, банально на нем наживалась.
Виктор резким движением распахнул балконную дверь. Игорь от неожиданности выронил сигарету из рук, и она полетела вниз с четвертого этажа.
– Бизнес-план, значит? – голос Виктора дрожал от ярости, он едва сдерживал себя, чтобы не схватить шурина за грудки. – Хату квартирантам сдали, а мне сказки про прорванные трубы и злых строителей рассказывали?! На новую машину копите за мой счет?!
На крик из комнаты выскочила Оксана. Увидев взбешенного брата и бледного мужа, она сразу поняла, что их афера раскрыта.
– Витенька, ты не так все понял! – заверещала золовка, пытаясь схватить брата за руку. – Игорь просто приукрасил! Мы правда хотели ремонт делать, но потом подвернулись хорошие люди, мы решили им сдать, чтобы денег подкопить… У Игоря зарплата маленькая, нам тяжело!
– Закрой рот! – рявкнул Виктор так, что Оксана отшатнулась. Галина никогда в жизни не видела мужа в таком гневе. – Сдали квартиру, получили восемьдесят тысяч, а моей жене за кусок мыла и воду скандалы устраиваете?! Значит так. У вас есть деньги. У вас есть арендаторы. Нам ваши проблемы не интересны. Даю вам ровно один час. Собираете свои чемоданы, баулы, своего невоспитанного сына, и чтобы духу вашего в моей квартире не было! Снимайте гостиницу, снимайте жилье, идите куда хотите!
Оксана впала в настоящую истерику.
– Куда мы пойдем на ночь глядя?! Ты выгоняешь родную сестру на улицу из-за каких-то денег?! Мама узнает, она тебя проклянет!
– Пусть проклинает! – отрезал Виктор. – Я маме сам сейчас позвоню и подробно расскажу, как ее любимая доченька брата на деньги кинуть решила. Час времени, Оксана. Время пошло.
Галина молча наблюдала за этой сценой, чувствуя лишь глубокое удовлетворение от того, что справедливость восторжествовала. Она подошла к пуфику в коридоре, достала телефон, зашла в банковское приложение и перевела десять тысяч рублей обратно на номер золовки.
– Возврат аванса, – спокойно пояснила Галина. – Мы чужого не берем, в отличие от некоторых.
Сборы проходили в атмосфере абсолютного хаоса. Оксана металась по комнате, запихивая вещи в чемоданы вперемешку с обувью, плакала, проклинала брата, Галину и весь этот жестокий мир, который не оценил ее предпринимательского таланта. Игорь угрюмо молчал, таская сумки в коридор. Денис, понимая, что его лишают безлимитного интернета, недовольно бубнил себе под нос проклятия.
Ровно через пятьдесят минут тяжело нагруженное семейство стояло у входной двери.
– Вы об этом пожалеете! – злобно бросила Оксана, оборачиваясь на пороге. Ее лицо было перекошено от обиды и злости. – Мы для вас больше не родственники! Забудьте наш номер телефона!
– С огромным удовольствием, – кивнула Галина, придерживая дверь. – Ключи оставьте на тумбочке, пожалуйста.
Когда заветная дверь наконец-то захлопнулась и в замке дважды провернулся ключ, квартира погрузилась в невероятную, долгожданную тишину. Воздух словно стал чище и легче.
Виктор прислонился спиной к стене и тяжело выдохнул, потирая виски.
– Галя, прости меня, – тихо сказал он, поднимая на жену виноватый взгляд. – Ты была права с самого начала. Если бы не твои квитанции и принципиальность, они бы нас с потрохами сожрали. Я такой дурак, верил ей…
Галина подошла к мужу и мягко обняла его, прижавшись щекой к его плечу.
– Все хорошо, Витя. Родственные чувства часто ослепляют. Главное, что мы вовремя все поняли.
Они прошли на кухню. Галина поставила на плиту чайник, достала две любимые чашки и коробку хороших шоколадных конфет. В их доме снова царили порядок, покой и уверенность в завтрашнем дне. И больше никакие родственники с их хитрыми бизнес-планами не могли нарушить это хрупкое, но такое ценное семейное благополучие.
18 лет назад братьям дали по миллиону, мне — ноль. Теперь решили: мама ко мне переезжает