— Да? — спросила я.
— Ага. Она никогда не солила его так сильно. Она вообще чувствовала специи тоньше, у нее был особый дар к готовке. Наверное, это ей от бабушки передалось. Та же в ресторане работала в советские времена..
Половник в моей руке вдруг стал таким тяжелым, что пришлось опереться о край плиты.
Мне приходилось выслушивать воспоминания об Оксане уже третий раз за неделю. И я не была уверена, что моих нервов хватит на четвертый…
В понедельник Оксана лучше гладила рубашки, воротнички у нее, оказывается, всегда стояли, как накрахмаленные. Во вторник Оксана умела выбирать арбузы, «постучит пальцами, и всегда сладкий попадался». А сегодня вот солянка…
— Костя, — я поставила кастрюлю обратно на плиту, — может, тебе стоит позвонить Оксане и попросить ее приготовить ужин? Ну, раз уж она так прекрасно готовила.
Он поднял на меня искренне удивленный взгляд.
— Дашка, ну чего ты заводишься-то, а? Я не хотел тебя задеть, я просто вспомнил. Человек что, не может вспомнить? Мы же с ней семь лет прожили, естественно, что-то иной раз да всплывет в памяти.
Что-то. Иной раз. Ага.
В голове моей крутилась лишь одна мысль, почему он начал это делать именно сейчас? Полгода после нашей свадьбы все было идеально. Никаких Оксан, никаких сравнений, а последние три недели как прорвало.
Сначала я думала, что, может, они случайно встретились? Может, она написала ему? Я проверила его телефон — ничего. Никаких сообщений, звонков, ничего подозрительного. Да, знаю, это нехорошо, но после пятого упоминания за день о том, какие у Оксаны были шелковистые волосы, я не выдержала.
Потом решила, что он, вероятно, кризис какой-то поймал. Ну бывает же, год после свадьбы, романтика уходит, быт заедает…
Как-то в интернете мне попалась статья, где было написано, что мужчины склонны идеализировать прошлые отношения. Чтобы исправить ситуацию, женщинам советовали больше разговаривать с мужьями, делиться своими чувствами, устраивать романтические вечера.
Ну устроила я ему романтический ужин. Свечи, вино, его любимая паста с морепродуктами… И что же? Ага, все то же самое повторилось.
— Оксана делала соус песто сама, а не из банки, — сказал Костя, — у нее базилик на подоконнике рос специально для этого.
Я тогда просто встала и ушла спать в гостиную.
***
— Даш, ну не дуйся, — Костя отодвинул тарелку и потянулся ко мне через стол. — Давай поговорим по-взрослому. Что тебя так задевает? Это же просто воспоминания.
По-взрослому, значит. Хорошо.
— Знаешь, Костя, — я откинулась на спинку стула, — а ведь Максим никогда не сравнивал меня со своими бывшими. Вообще никогда. За три года отношений ни разу.
Костя невольно напрягся. Максим — это мой бывший, больная тема для него. Расстались мы за полгода до знакомства с Костей, и он об этом знал. Знал, но никогда не спрашивал подробностей, а я не рассказывала.
— И знаешь, что еще? — продолжила я. — Максим всегда ел все, что я готовила, и говорил спасибо. Даже когда я в первый раз пересолила ту же солянку. А еще у Максима была потрясающая особенность, он умел ценить настоящее, а не жить воспоминаниями о прошлом.
— Так, может, тебе стоит вернуться к своему идеальному Максиму? — огрызнулся Костя.
— Может, и тебе стоит вернуться к своей идеальной Оксане? — парировала я.
Мы сидели друг напротив друга с остывающей солянкой между нами.
— Я пойду прогуляюсь, — сказал после паузы Костя, — подышу свежим воздухом.
Дверь за ним закрылась, и я осталась одна.
***
Я налила себе вина, в голове крутились всевозможные варианты. А может, у него кто-то появился? И эти сравнения — просто способ оттолкнуть меня, чтобы я сама ушла, а он остался бы «хорошим»? Или наоборот, он подсознательно хочет вернуть Оксану и проецирует это желание на меня?
Так ничего и не надумав, я позвонила Ленке, лучшей своей подруге. Она выслушала меня и хмыкнула:
— Даш, а может, все проще? Может, он просто… не очень умный человек?
Но я-то знала, Костя очень даже умный, за что я его и полюбила. Умный, внимательный и заботливый. Но…
Он вернулся через два часа, молча сел напротив и тихо сказал:
— Прости меня… Я действительно не понимал, что это так тебя задевает. Я… не буду так больше.
И действительно не стал. Правда, хватило его на три дня только. Серьезно, он ровно три дня продержался, а потом, как говорится, наша песня хороша, начинай сначала.
— Оксана никогда не оставляла грязные чашки в раковине.
Или:
— Оксана резала хлеб тоненько…
Или:
— Оксана ровно заправляла постель…
И тут меня осенило. Я поняла в чем дело, это было так очевидно, что я не могла поверить, что не догадалась раньше.
— Костя, — я поймала его в коридоре, когда он собирался на работу. — А почему вы с Оксаной развелись?
Муж ответил не сразу.
— Ну… не сошлись характерами, — неохотно ответил он.
— Нет, конкретно. Что случилось?
— Даш, да какая разница…
— Большая. Она тебя бросила, да? — я смотрела ему прямо в глаза. — Бросила и ушла к другому?
Костя побледнел.
— В точку, — подумала я.
— Она ушла, потому что ты постоянно сравнивал ее с кем-то? — я продолжала догадываться. — С первой любовью? С мамой?
— С мамой, — он выронил ботинок, — откуда ты…
И тут все встало на свои места. Он не пытался меня оттолкнуть, не хотел вернуть Оксану. Он просто… повторял заученный паттерн. Когда отношения переходили определенную черту близости, у него включался механизм защиты, он начинал сравнивать, чтобы держать дистанцию.
Чтобы не привязываться слишком сильно. Чтобы не было так больно, если снова бросят.
— Кость, — я подошла к нему и взяла его за руки, — я не Оксана. И не твоя мама. Я Даша. И я никуда не собираюсь уходить. Но если ты будешь продолжать сравнивать меня с призраками прошлого, то сам превратишь меня в очередной призрак. Понимаешь?
Он молчал, сжимая мои ладони. Потом кивнул.
— Я… Я даже не замечал, что делаю это снова. Просто когда становится слишком хорошо, слишком спокойно, что-то внутри начинает искать подвох. И включается эта глупая защита.
— Кстати, — я улыбнулась, — Максим бы никогда не признался в таком. Он бы до последнего делал вид, что все в порядке.
Костя напрягся было, но потом понял, что я шучу, и расслабился.
— Больше не буду. Честно. И если вдруг сорвусь, ты мне сразу говори, ладно? Не копи.
Я кивнула. Мы обнялись прямо там, в коридоре, он в одном ботинке, я в халате. Романтика!
Вечером я приготовила ужин. И… случайно пересолила картошку. Костя героически съел все и попросил добавки.
— Вкусно, — сказал он. — По-дашински. Неповторимо.
Потихоньку у нас все наладилось. Не могу сказать, что все было идеально, как в сказке. Вовсе нет. Но… зато по-настоящему. По-нашему. По-дашински и по-костински.
Муж заявил : «Квартира не твоя!» — нотариус чуть не ахнул, когда всё выяснилось