Они сидели и смеялись, поднимали бокалы, а я тихо убирала со стола. Муж даже не представил меня, будто я прислуга. А ведь всё, что они ели, готовила я. Андрей подливал соседу справа домашний компот, хвастаясь рецептом, словно это была его заслуга.
Я замерла на миг у кухонной двери, ощущая, как внутри разрастается что-то холодное и тяжёлое. Год. Всего год брака, а я уже чувствую себя невидимкой в собственном доме.
Мне хотелось закричать, но вместо этого я просто дежурно улыбнулась и принесла ещё тарелку с закусками. Семейный ужин превратился в вечеринку старых друзей, где для меня не нашлось места. Август выдался душным, от жары кружилась голова, а от непрошенных слёз — щипало в глазах.
— Сонь, иди сюда, — позвал меня Андрей, когда я в третий раз проходила мимо гостиной с грязной посудой. — Ребята хотят домашний лимонад. У нас есть лимоны?
Я не хозяйка этого дома. Я его обслуживающий персонал.
— Конечно, — ответила я тихо и вернулась на кухню.
Наша двушка находилась в спальном районе города. Не самое престижное место, зато своё. Андрей получил её по наследству от дяди, который не стало за год до нашей свадьбы.
Я вложила все свои сбережения в ремонт, освежили каждый угол, подобрали мебель, организовали пространство так, чтобы было удобно нам обоим. Или мне так казалось.
Я работала в центре по подбору персонала, занималась поиском сотрудников для крупных компаний. Андрей трудился инженером в фирме по разработке систем очистки воды для промышленных предприятий. График у него был свободнее, чем у меня, но домашние дела почему-то всегда оставались на мне.
— София, ты же понимаешь, — часто говорил он, — после работы голова просто не работает.
И я понимала, готовила, убирала, планировала, а ещё улыбалась и не жаловалась. Мама всегда говорила: «Хорошая жена — залог крепкой семьи». Я старалась быть хорошей.
В тот день Андрей позвонил мне на работу около четырёх.
— Сонь, сегодня ко мне заедут Тёма и Костик. Помнишь их? Мы с ними ещё в институте учились. Я тебе рассказывал. Организуй что-нибудь вкусненькое, ладно?
Я помнила смутно. Видела их пару раз на фотографиях, но лично — никогда. Андрей иногда встречался с ними в городе, но меня не брал. «Мужские разговоры, тебе будет скучно», — объяснял он.
— Когда они приедут? — спросила я, глядя на часы. До конца рабочего дня оставался час, а потом ещё дорога домой.
— В семь, наверное. Ты успеешь.
Я успела. Примчалась домой, закупилась продуктами по дороге и, как заведённая, металась между плитой и холодильником. К семи часам на столе уже красовались запечённое мясо с овощами, сырная тарелка, салаты и пирог с ягодами. Я даже успела принять душ и переодеться.
Гости опоздали на полчаса. К их приходу я уже накрыла на стол и даже зажгла свечи. Хотелось произвести впечатление, показать, что наш дом — это место, где тепло и уютно.
Андрей открыл дверь, впуская двух громко смеющихся мужчин. Их хохот эхом разнёсся по квартире. Я вышла из кухни, вытирая руки о фартук, и застыла в дверном проёме с улыбкой. Андрей быстро обнял каждого из друзей, потом повернулся и пошёл в гостиную, даже не взглянув в мою сторону.
— Вау, какой стол! — присвистнул один из гостей, высокий с рыжеватой бородкой. — Ты что, повара нанял?
Андрей хмыкнул:
— Нет, это всё домашнее.
И ни слова обо мне. Ни единого.
— Добрый вечер, — сказала я, подходя ближе. — Я София, жена Андрея.
— О, приятно познакомиться! — Рыжебородый протянул мне руку. — Артём. А это Константин.
Второй гость, коренастый шатен, лишь кивнул, уже разглядывая стол.
— Присаживайтесь, я сейчас принесу горячее, — предложила я, отступая к кухне.
— Давай, София, мы пока разольём, — бросил Андрей.
Я успела заметить, как он подмигнул друзьям, словно между ними был какой-то секрет. Это царапнуло, но я отмахнулась от неприятного ощущения.
Прошло два часа. Они всё сидели за столом, вспоминали студенческие годы, какие-то походы, вечеринки. Иногда история обрывалась взрывом хохота и фразой: «Нет, об этом при дамах не рассказывают!» — хотя я почти всё время находилась на кухне или в спальне, лишь изредка появляясь в гостиной, чтобы убрать пустые тарелки или принести новые закуски.
— Эй, Сонь! — позвал Андрей, когда я в очередной раз проходила мимо. — Достань, пожалуйста, ту бутылку шикарного виноградного сока, которую мы привезли из отпуска.
Я направилась к серванту, где хранились напитки.
— Девчонки всегда такие, — вдруг громко сказал Артём. — Моя бывшая тоже всё время пыталась влезть в наши посиделки. Мешала нормально отдохнуть.
— Да ладно тебе, — ответил Константин. — Не все такие навязчивые.
— А моя вот молодец, — подхватил Андрей, и что-то в его голосе заставило меня замереть. — Знает своё место. Накормила и не мешает.
Они рассмеялись, а я так и осталась стоять у серванта, сжимая в руках бутылку. Горло перехватило, а в груди словно что-то оборвалось.
Знает своё место.
Я медленно подошла к столу и поставила бутылку. Андрей даже не поднял на меня глаз, продолжая рассказывать какую-то историю. Я стояла рядом, невидимая, ненужная, лишняя.
— Можно я тоже присяду? — спросила я, сама удивляясь своему голосу.
Андрей замолчал на полуслове и посмотрел на меня с каким-то недоумением:
— Зачем? У нас тут свои темы, Софи. Тебе неинтересно будет.
— Почему ты так решил? — Я всё ещё стояла рядом, чувствуя, как к лицу приливает жар.
— Сонь, не начинай, — тихо произнёс он. — Не порти вечер.
— Я порчу вечер?
Константин неловко откашлялся:
— Может, нам лучше в другой раз заехать?
— Нет-нет, — быстро ответил Андрей. — Всё в порядке. София просто устала. Она сейчас отдохнёт у себя, правда, дорогая?
У себя. Будто я квартирантка в собственном доме.
— Я хочу посидеть с вами, — упрямо сказала я. — Познакомиться с твоими друзьями поближе.
Андрей раздражённо выдохнул:
— София, ты же видишь — у нас мужской разговор. Тебе будет скучно.
— Откуда ты знаешь? Ты ни разу не предложил мне присоединиться.
— Потому что я знаю тебя, — отрезал он. — И знаю, что тебе неинтересны наши темы.
Я почувствовала, как внутри поднимается волна. Год подавленных эмоций, год вежливых улыбок и компромиссов прорвался наружу:
— Ты меня не знаешь, Андрей. Совсем. Ты даже не представил меня своим друзьям. Я для тебя кто? Домработница? Повар? Кто я в этом доме?
В комнате повисла тишина. Артём и Константин смотрели в свои тарелки, явно чувствуя себя неловко. Андрей медленно поднялся из-за стола:
— София, пойдём поговорим на кухне.
— Нет, — я покачала головой. — Давай здесь. При твоих друзьях. Пусть они тоже узнают, что у нас на самом деле происходит.
— Ничего у нас не происходит, — процедил он сквозь зубы. — Ты просто устроила сцену на ровном месте.
— Сцену? — Я почти рассмеялась. — Я весь вечер готовила, накрывала на стол, убирала, а ты даже не счёл нужным сказать, что это всё сделала я. Ты меня стыдишься, Андрей?
— Я тебя не стыжусь, — он закатил глаза. — Просто нет смысла тебе сидеть с нами. Мы общались задолго до твоего появления в моей жизни.
— И что, теперь я должна просто исчезнуть? Стать невидимкой в собственном доме?
— Господи, София! — Андрей стукнул ладонью по столу. — Ты делаешь из мухи слона! Просто дай нам спокойно посидеть, без твоих истерик!
Истерик. Это слово ударило как пощёчина.
— Знаешь, — тихо сказала я, — год назад, когда мы поженились, я думала, что мы будем семьёй. Партнёрами. Что твои друзья станут моими друзьями. Но ты, похоже, хотел просто экономку, которая готовит, убирает и молчит.
Андрей посмотрел на меня с каким-то странным выражением — смесь удивления и раздражения.
— София, это просто дружеская встреча. Почему ты всё превращаешь в драму?
— Потому что это не первый раз, — ответила я. — Ты постоянно отодвигаешь меня на второй план. В нашем доме, в нашей жизни. И я устала от этого.
Я повернулась к гостям:
— Извините за неловкость. Приятно было познакомиться.
И направилась к выходу из комнаты, но Андрей схватил меня за руку:
— Куда ты собралась?
— Переночую у подруги, — ответила я, высвобождая руку. — Не хочу мешать вашему мужскому разговору.
— София, ты ведёшь себя как ребёнок! — Его голос стал громче. — Нельзя просто так уходить из дома из-за какой-то ерунды!
— Для тебя это ерунда, — я посмотрела ему прямо в глаза. — А для меня — показатель того, как ты ко мне относишься.
Я развернулась и вышла из комнаты. Позади раздался его раздражённый голос:
— И что мне теперь, каждый раз представлять тебя, как будто мы на светском приёме? «Господа, познакомьтесь, это моя жена»? Они и так знают, что ты моя жена!
Я остановилась в дверях и обернулась:
— Нет, Андрей. Они не знали. Потому что ты ни разу не назвал меня своей женой при них. Ни разу не сказал «спасибо» за ужин. Ни разу не предложил мне сесть с вами. Я для тебя просто обслуга. Лишний человек за твоим столом.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Артём и Константин выглядели так, будто готовы были провалиться сквозь землю. Андрей смотрел на меня, и в его взгляде впервые за вечер мелькнуло что-то похожее на осознание.
— Соня… — начал он, но я уже уходила.
***
В спальне я быстро собрала небольшую сумку с вещами. Руки дрожали, но внутри было странное спокойствие. Словно я давно знала, что этот момент настанет, просто не хотела себе в этом признаваться.
Когда я вышла из спальни с сумкой, Андрей стоял в коридоре один.
— Ты серьёзно уходишь? — спросил он с недоверием в голосе.
— Да.
— Из-за такой мелочи?
— Это не мелочь, Андрей. Это показатель того, что ты не уважаешь меня. И, похоже, никогда не уважал.
Он провёл рукой по лицу:
— София, давай не будем раздувать. Ребята уже ушли. Давай просто забудем этот разговор.
— Нет, — я покачала головой. — Я не хочу забывать. Я хочу, чтобы ты понял, что я чувствую.
— И что ты чувствуешь? — В его голосе появились нотки сарказма.
— Что я невидимка. Что я не имею значения. Что всё, что я делаю — готовлю, убираю, забочусь о тебе — воспринимается как должное, без единого слова благодарности.
— Так вот в чём дело? — Он усмехнулся. — Тебе нужно, чтобы я постоянно тебя хвалил? «Ой, спасибо, что сварила суп! Ой, как здорово, что помыла посуду!» Это нормальные обязанности в семье, София. За это не благодарят каждый раз.
Я смотрела на него и не узнавала. Когда он успел стать таким чёрствым? Или он всегда был таким, а я просто не хотела видеть?
— Дело не в благодарности за суп, Андрей. Дело в уважении. В том, чтобы чувствовать себя важной частью твоей жизни, а не прислугой.
— Ты драматизируешь.
— Нет, я просто наконец-то говорю правду. И знаешь что? Я устала быть невидимкой. Устала чувствовать себя лишней в собственном доме.
Я направилась к входной двери. Андрей шёл следом:
— И куда ты пойдёшь? К кому?
— К Рите.
— И что ты ей скажешь? Что муж не представил тебя друзьям, и ты ушла из дома? Она решит, что ты сошла с ума.
— Пусть решает что хочет. — Я обулась и взялась за ручку двери. — Я позвоню завтра. Нам обоим нужно остыть и подумать.
— София, — его голос вдруг стал мягче. — Не уходи. Давай поговорим спокойно.
Я обернулась и посмотрела на него:
— Знаешь, что самое грустное? Ты даже сейчас не понимаешь, в чём проблема. Ты думаешь, что я устроила скандал на пустом месте. Но это не так, Андрей. Это последняя капля. Год накапливалось, и сегодня просто вылилось наружу.
— Год? — Он нахмурился. — О чём ты говоришь? У нас всё было хорошо.
— У тебя всё было хорошо. А я чувствовала себя пустым местом. И сегодня ты просто подтвердил это.
Я открыла дверь.
— Соня, постой, — он сделал шаг вперёд. — Не уходи так. Я… я не хотел тебя обидеть.
— Знаю, — тихо ответила я. — Ты просто не думал обо мне вообще. И в этом вся проблема.
***
Я вышла, закрыв за собой дверь, и услышала, как Андрей что-то крикнул мне вслед. Но я уже спускалась на лифте, чувствуя странную смесь горечи и облегчения.
Рита открыла дверь и охнула, увидев меня с сумкой.
— Что случилось?
Я рассказала ей всё, сидя на кухне с чашкой чая. Она слушала, не перебивая, только иногда качала головой.
— И что теперь? — спросила она, когда я закончила.
— Не знаю, — честно ответила я. — Но знаю, что не хочу возвращаться к прежнему. Не хочу быть невидимкой.
— Правильно, — Рита сжала мою руку. — Ты заслуживаешь большего.
Я осталась у неё на ночь. Андрей звонил несколько раз, но я не брала трубку. Мне нужно было время, чтобы подумать. Понять, чего я на самом деле хочу.
Утром я проснулась от звука сообщений. Андрей писал, что ему очень жаль, что он не понимал, как я себя чувствую, что хочет всё исправить. Я не ответила.
Через три дня я вернулась домой. Андрей встретил меня у порога.
— София, — он шагнул ко мне, но остановился, не решаясь обнять. — Я так рад, что ты вернулась.
— Я пришла поговорить, — сказала я, проходя в квартиру. — Нам нужно многое обсудить.
Мы сели на кухне. Там было непривычно грязно — видно, Андрей не особо утруждал себя уборкой в моё отсутствие.
— Я всё обдумал, — начал он. — Ты права. Я вёл себя ужасно. Не ценил тебя, не уважал. Я готов измениться.
— Это не так просто, Андрей, — вздохнула я. — Нельзя просто щёлкнуть пальцами и начать уважать человека. Это глубже.
— Я знаю, — он смотрел на меня серьёзно. — Но я хочу попробовать. Хочу, чтобы ты была счастлива со мной. Чтобы чувствовала себя важной.
Я молчала, разглядывая свои руки.
— Я много думала эти дни, — наконец сказала я. — О нас. О нашем браке. И поняла, что не хочу разрушать всё из-за одного вечера.
Он заметно расслабился.
— Но, — продолжила я, — я не вернусь к прежней жизни. Я не буду больше невидимкой, Андрей. Не буду молча терпеть неуважение. Не буду делать вид, что всё в порядке, когда это не так.
— Я понимаю, — кивнул он. — Я был эгоистом. Принимал тебя как должное. Это было неправильно.
— Да, — согласилась я. — И нам предстоит многое изменить, если мы хотим сохранить брак.
— Я готов, — в его глазах была искренность. — Что мне делать?
— Для начала, — я впервые за эти дни улыбнулась, — помой посуду. А потом давай составим новые правила нашей совместной жизни. Равноправные.
Он улыбнулся в ответ и встал из-за стола:
— Сделаю. И… София?
— Да?
— Спасибо, что решила дать нам ещё один шанс.
Я кивнула. Не знаю, получится ли у нас. Не знаю, сможет ли Андрей действительно измениться. Но я точно знаю, что больше не буду молчать. Не буду прятаться. Не буду чувствовать себя лишней за собственным столом.
Это мой дом. Моя жизнь. И я имею право голоса в ней.
***
Прошло три недели. Я вернулась домой, но что-то неуловимо изменилось. Андрей старался первые дни — мыл посуду, интересовался моим мнением, даже пытался готовить ужин (правда, с сомнительным успехом). Но постепенно всё возвращалось на круги своя.
— Сонь, ты не видела мои носки? — кричал он из спальни, хотя они лежали в ящике, где всегда и лежали.
— Сонь, у меня встреча с ребятами в пятницу, приготовишь что-нибудь? — спрашивал так, будто и не было нашего разговора.
Я напоминала ему о наших договорённостях. Он раздражался, потом извинялся, обещал исправиться. И так по кругу. Снова и снова.
В один из вечеров, когда мы сидели на кухне, я спросила:
— Андрей, ты помнишь, о чём мы договаривались?
Он поднял на меня глаза:
— Конечно. Что я буду больше ценить тебя, помогать по дому и всё такое.
— И как, получается?
Он пожал плечами:
— Нормально, вроде. А что?
— Ничего, — я покачала головой. — Просто интересно, видишь ли ты изменения.
— А ты?
Я задумалась. Честность — это то, чему мы пытались научиться.
— Нет, — ответила я. — Я не вижу настоящих изменений. Ты пытаешься первые пару дней, а потом всё возвращается. Будто у тебя в голове есть шаблон того, как должна выглядеть семья, и ты не можешь от него отказаться.
Андрей нахмурился:
— Это несправедливо. Я стараюсь.
— Старания недостаточно, если нет результата, — тихо сказала я. — Знаешь, я думаю, нам нужно пересмотреть наши отношения.
— Что ты имеешь в виду? — Его голос стал напряжённым.
— Я не знаю, сможем ли мы измениться. Может, нам стоит пожить отдельно какое-то время. Подумать.
Он откинулся на спинку стула:
— Ты хочешь уйти? Опять?
— Я хочу, чтобы мы оба были счастливы, — ответила я. — А сейчас… я не уверена, что мы делаем друг друга счастливыми.
— Серьёзно? Из-за того, что я забыл помыть тарелку или сказать спасибо за ужин?
— Нет, Андрей. Из-за того, что ты не видишь проблемы. Ты думаешь, что всё дело в каких-то мелочах, а не в твоём отношении ко мне в целом.
Он встал из-за стола:
— Знаешь, что? Я устал. Устал постоянно чувствовать себя виноватым, устал, что мне указывают, как себя вести в собственном доме.
— В нашем доме, — поправила я.
— Да, технически он мой, если уж на то пошло, — бросил он и тут же осёкся, увидев выражение моего лица. — Прости, я не это имел в виду.
Но было уже поздно. Слова вылетели, и их нельзя было вернуть назад.
— Вот оно что, — медленно произнесла я. — Вот что ты на самом деле думаешь.
— София, я не…
— Нет, всё в порядке, — я поднялась. — Ты прав. Это твой дом. И тебе решать, как в нём жить.
Я направилась в спальню и начала доставать вещи из шкафа. Андрей пришёл следом:
— Что ты делаешь?
— Собираю вещи, — ответила я, не глядя на него. — Я поживу у Риты, пока не найду квартиру.
— София, пожалуйста, — он взял меня за плечи. — Я сказал глупость. Я не хотел. Я просто разозлился.
Я посмотрела ему в глаза:
— В том-то и дело, Андрей. Ты говоришь то, что думаешь, когда злишься. И это показывает, что на самом деле ничего не изменилось. Ты всё ещё считаешь меня гостьей в твоём доме. Всё ещё не видишь во мне равную.
— Это неправда.
— Правда. И ты это знаешь.
Я продолжила собирать вещи. Руки дрожали, но решение уже созрело.
— Так ты просто уйдёшь? — спросил он. — Вот так просто?
— Нет, Андрей. Не просто. Это самое сложное решение в моей жизни. Но я должна его принять. Ради себя.
Он сел на край кровати, опустив голову:
— Я не хочу, чтобы ты уходила.
— Знаю, — я закрыла чемодан. — Но сейчас дело не в том, чего хочешь ты. А в том, чего хочу я. А я хочу уважения. Партнёрства. Равенства. И я не вижу этого в наших отношениях.
— Мы можем работать над этим…
— Мы пытались, — перебила я. — Три недели. И ничего не изменилось.
— Три недели — это ничто! — возмутился он. — Ты ожидала, что я изменюсь по щелчку пальцев?
— Нет. Я ожидала, что ты хотя бы попытаешься понять мои чувства. Но ты их отмахиваешься, обесцениваешь. Для тебя это всё «мелочи» и «ерунда».
Я взяла чемодан:
— Я позвоню тебе, когда буду готова поговорить о дальнейшем. О разводе, о разделе имущества. Обо всём.
— Развод? — Он поднял на меня потрясённый взгляд. — Ты серьёзно?
— Да, — ответила я. — Я не вижу другого выхода.
— София, пожалуйста…
— Прощай, Андрей.
Я вышла из квартиры, чувствуя странную смесь горечи и облегчения. Было больно. Очень больно. Но где-то глубоко внутри я знала, что поступаю правильно.
***
Прошло полгода. Развод оформили быстро. Я нашла небольшую квартиру-студию недалеко от работы. Постепенно обживалась, создавала свой уютный уголок.
Больше я не буду невидимкой. Больше я не буду лишней. Это МОЯ жизнь.
Муж хитро поделил наследство, но не знал об 1 документе жены