Игорь стоял посреди кухни, указывая на раковину, где лежали две немытые тарелки. Его взгляд был жестким и требовательным. Он смотрел на Алёну так, словно она была не его невестой, а подчинённым, который сорвал важные сроки.
Алёна медленно поставила стакан с водой на стол. Она только что вернулась со смены, ноги гудели, а голова казалась тяжелой. Меньше всего ей сейчас хотелось выслушивать претензии по поводу быта.
— Игорь, сейчас поздний вечер. Я на ногах с самого раннего утра. У нас в квартире чисто. Мы всё убрали в выходные, этого достаточно для нормальной жизни.
— В выходные! — Игорь пренебрежительно махнул рукой. — Сегодня среда! За три дня тут уже всё заросло грязью. Мама — человек старой закалки. Для неё чистота пола — это показатель твоего отношения ко мне. Ты что, хочешь меня опозорить?
Алёна посмотрела на него. В этот момент он казался ей совершенно чужим. Не тем человеком, с которым она планировала строить будущее, а холодным надсмотрщиком, защищающим чужие интересы.
— То есть, чтобы твоей маме было комфортно, я должна сейчас, вместо отдыха, ползать по углам с тряпкой? — уточнила она. — Может, мне ещё и дорожку перед ней расстелить?
— Не нужно кривляться! — оборвал её Игорь. — Это элементарное почтение к старшим. Она воспитала меня. Неужели тебе трудно протереть все поверхности ради моего спокойствия?
— Мне не трудно, Игорь. Мне противно. Потому что это не просьба. Это приказ. И дело тут не в пыли, а в том, чтобы твоя мать снова пришла и ткнула меня носом в мнимые недостатки.
Игорь поджал губы. Он подошел к окну и нервно поправил занавеску, выравнивая её по краю подоконника.
— Ты всё воспринимаешь в штыки. Мама дает советы из лучших побуждений. Она хочет, чтобы у нас была образцовая семья. А ты ведешь себя как подросток.
— Советы? — Алёна горько усмехнулась. — «Игорёк, эта девочка тебе не подходит, у неё слишком много гонора». Это был совет? Или когда она заявила, что мне надо оставить работу, чтобы «лучше служить мужу»?
— Она желает нам добра! — Игорь резко обернулся. — И если ты не готова поддерживать быт на должном уровне, то какая ты жена?
— Я работаю наравне с тобой, Игорь. И плачу за всё так же. Почему же «уют» — это только моя ночная смена?
— Потому что ты женщина! — выкрикнул он. — И если ты не принимаешь мою мать с её правилами, то, возможно, я ошибся. Может, ты не та, кто должен быть со мной рядом.
Алёна замерла. Эти слова повисли в воздухе, окончательные и беспощадные. Она посмотрела на Игоря и вдруг поняла: он не шутит. Он действительно готов перечеркнуть их отношения из-за нежелания Алёны угождать его матери.
— Ты сейчас серьезно? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.
— Абсолютно. Я хочу видеть рядом с собой хозяйку, а не ленивую эгоистку.
Алёна медленно выдохнула. Усталость как будто испарилась, оставив после себя странную, прозрачную легкость. Она поняла, что больше не боится этого человека и его мнения.
— Знаешь, — сказала она. — Ты прав. Нам не стоит торопиться со свадьбой. Более того, нам вообще не по пути.
Игорь нахмурился, явно не ожидая такого отпора. Он привык, что Алёна всегда старается сгладить углы и идет на компромиссы.
— Прекрати. Просто возьми ведро и приберись. Не раздувай скандал на ровном месте.
— Это не скандал, Игорь. Это точка. Если для тебя мнение мамы о ворсинках на ковре важнее моего здоровья — значит, я точно не «та самая». Я не собираюсь всю жизнь дрожать перед её визитами.
Алёна сняла с пальца кольцо. Тонкий золотой ободок. Игорь выбирал его вместе с матерью, и Алёне оно всегда казалось слишком тесным, давящим. Она положила его на край стола.
— Ты что, серьезно бросаешь меня? Из-за уборки? — Игорь смотрел на кольцо, не веря в происходящее.
— Я ухожу от человека, который видит во мне прислугу, а не партнера.
— Да кому ты нужна с таким самомнением! — сорвался он. Лицо его потемнело от злости. — Ты как была высокомерной, так и осталась. На квартиру эту можешь не рассчитывать, я найду ту, кто будет ценить дом! Собирай свои вещи и уходи!
Алёна посмотрела на него с искренним сочувствием. Она видела, как он пытается использовать привычные манипуляции своей матери, чтобы запугать её.
— Квартира? — переспросила она спокойно. — Игорь, ты, видимо, забыл. Эту однокомнатную квартиру я снимаю на своё имя. Ты переехал ко мне три месяца назад. И счета оплачиваю я со своей карты.
Игорь открыл рот, но не нашел, что ответить. Он настолько привык считать всё пространство своим, что суровая реальность застала его врасплох.
— Так что, — продолжила Алёна, — собирать сумки придется тебе. Прямо сейчас. Звони маме, пусть освобождает тебе место.
Игорь собирался молча. Он что-то бурчал под нос, кидая вещи в дорожную сумку, но Алёна его уже не слушала. Она просто стояла и смотрела в окно на ночные огни города.
Когда за ним закрылась дверь, в квартире стало удивительно просторно. Алёна подошла к входу и просто повернула задвижку. В комнате воцарилась тишина — спокойная и целительная.
Она вернулась на кухню. На столе стояли те две тарелки. Алёна посмотрела на них, улыбнулась и просто пошла отдыхать. Она знала, что вымоет их завтра, когда выспится. И никто не посмеет упрекнуть её в этом.
Прошло время. Жизнь Алёны наладилась. В её единственной комнате теперь царил её личный порядок. Никто не проводил пальцами по полкам, никто не требовал отчетов за каждую минуту отдыха.
Она узнала, что Игорь вернулся к Людмиле Павловне. Мать была довольна, но лишь первое время, а потом начала попрекать сына тем, что он «неудачник». Говорят, Игорь нашел новую девушку — тихую, которая теперь исправно моет полы перед каждым приходом свекрови.
Алёна поставила в вазу свежие цветы. Она была одна, но в этом одиночестве было столько достоинства, что она ни разу не пожалела о своем выборе. Лучше быть хозяйкой своей жизни, чем рабой в чужом спектакле.
А как бы вы поступили на месте Алёны? Стоило ли проявить гибкость ради сохранения семьи, или личное достоинство важнее? Пишите своё мнение в коммент
Подслушав разговор родственников мужа, невестка подала на развод