Слова прозвучали с такой неподдельной претензией, будто их произносили как минимум в ресторане с мишленовской звездой, а не на обычной светлой кухне в спальном районе. Наталья молча вытерла руки кухонным полотенцем, глубоко вдохнула и повернулась к гостье. Оксана, младшая сестра ее мужа, стояла возле столешницы в шелковой пижаме, брезгливо разглядывая стеклянную банку с популярным брендом сублимированного кофе. Ее ухоженные пальцы со свежим маникюром нервно постукивали по блестящей крышке.
Гостья прибыла в их дом всего пару дней назад, но Наталье казалось, что прошла уже целая вечность. Визит планировался заранее, хотя и был обставлен довольно туманно: Оксана позвонила брату и сообщила, что ей жизненно необходимо вырваться из своего провинциального городка, чтобы сменить обстановку, походить по торговым центрам и просто отдохнуть от суеты. Игорь, человек мягкий и бесконечно любящий свою младшую сестру, отказать не смог. Он лишь виновато улыбался жене, обещая, что неделя пролетит незаметно.
Но с самого порога стало ясно, что незаметно эта неделя не пройдет. Оксана привезла с собой три огромных чемодана, заняла половину шкафа в гостиной и сразу же установила свои порядки.
– Кофемашина сломалась на прошлой неделе, ждем деталь из сервисного центра, – спокойно ответила Наталья, стараясь сохранить дружелюбный тон. – Если хочешь, на углу дома открылась отличная пекарня, там варят прекрасный капучино.
– Бегать по улице с утра ради чашки кофе? – фыркнула золовка, закатывая глаза. – Ладно, заварю чай. Надеюсь, он у вас хотя бы листовой, а не в пакетиках из пыли индийских дорог.
Наталья ничего не ответила. Она достала из холодильника контейнер с готовым обедом, сложила его в сумку и отправилась на работу, оставив родственницу наедине с кухонными шкафчиками.
Атмосфера в доме накалялась постепенно, словно вода в медленно закипающем чайнике. Приходя с работы, Наталья раз за разом обнаруживала следы чужого, бесцеремонного присутствия. В ванной на полу постоянно валялись мокрые полотенца, дорогие кремы для лица убывали с катастрофической скоростью, а по вечерам телевизор в гостиной работал на такой громкости, что дрожали стекла в серванте. Игорь пытался делать сестре мягкие замечания, но та лишь обиженно надувала губы, обвиняя брата в том, что он стал черствым и совершенно не рад единственной сестре.
Наталья старалась держать себя в руках. Она понимала, что конфликты с родственниками мужа редко приводят к чему-то хорошему, и предпочитала просто перетерпеть. В конце концов, квартира была просторной, купленной ею еще до замужества, и она чувствовала себя в ней полноправной хозяйкой, чьи границы временно нарушил невоспитанный гость.
Настоящие намерения Оксаны начали проясняться ближе к выходным. В пятницу вечером Игорь задержался на работе из-за внеплановой проверки на складе, и женщины остались в квартире вдвоем. Наталья готовила ужин, нарезая овощи для салата, когда золовка, шлепая пушистыми тапочками, зашла на кухню и уселась за стол.
– Наташ, слушай, а вы с Игорем как вообще бюджет ведете? Совместно или врозь? – Оксана подперла щеку рукой, внимательно наблюдая за движениями невестки.
Вопрос был бестактным, но Наталья ответила ровно, не отрываясь от своего занятия.
– У нас общий бюджет на бытовые нужды, продукты и коммунальные услуги. Остальными средствами каждый распоряжается по своему усмотрению. А почему ты спрашиваешь?
– Да так, интересно просто, – золовка неопределенно повела плечом. – Брат в последнее время как-то прижимисто стал жить. Раньше, бывало, приедет в гости, подарки привезет, маме технику обновит. А сейчас все в дом, все в семью. Вы же вроде на дачу какую-то копите?
– Мы копим на загородный участок, да. Хотим строиться, – подтвердила Наталья, ссыпая нарезанные помидоры в глубокую стеклянную миску.
Оксана задумчиво постучала ногтями по деревянной поверхности стола.
– Участок – это хорошо. Но долго. И стройка сейчас золотая. Я вот Игорю вчера идею подкинула, как можно ваши накопления в дело пустить, чтобы они не лежали мертвым грузом, а прибыль приносили.
Рука Натальи, державшая бутылку с оливковым маслом, замерла в воздухе. Она медленно повернулась к гостье.
– В какое еще дело?
– В мой бизнес, – гордо заявила Оксана, выпрямив спину. – Я решила открыть студию лазерной эпиляции. Место уже присмотрела в центре города, поставщиков оборудования нашла. Тема сейчас невероятно прибыльная, окупаемость буквально за полгода. Но нужен стартовый капитал. Банки мне кредит не дают, потому что я официально нигде не работаю последние три года. Вот я и предложила брату войти в долю.
Наталья поставила бутылку на стол. Внутри у нее все сжалось от неприятного предчувствия. Она прекрасно знала деловую хватку своей золовки. До этого были попытки открыть цветочный магазин, который разорился через два месяца, и онлайн-магазин китайской косметики, товар для которого до сих пор пылился в гараже у их матери.
– И что же Игорь ответил на твое предложение? – стараясь сохранить спокойствие, спросила Наталья.
– Сказал, что ему нужно посоветоваться с тобой, – Оксана недовольно скривилась. – Честно говоря, не понимаю, зачем. Это же его сестра, его родная кровь. Он должен понимать, что инвестировать в родственников – это самое надежное дело. Я прошу-то всего два миллиона. Для вас это не такие уж и великие деньги, вы же оба прилично зарабатываете.
Сумма, прозвучавшая в тишине кухни, показалась Наталье абсурдной. Два миллиона – это были почти все их сбережения, которые они по крупицам собирали последние четыре года, отказывая себе в дорогих отпусках и лишних тратах.
– Оксана, эти деньги отложены на конкретную цель, – мягко, но твердо произнесла Наталья, вытирая руки бумажным полотенцем. – Мы не планируем инвестировать их в бизнес-проекты, тем более высокорискованные. У Игоря нет опыта в сфере индустрии красоты, да и у тебя, насколько я помню, тоже.
Лицо золовки мгновенно изменилось. Расслабленная снисходительность исчезла, уступив место раздражению.
– А при чем тут твое мнение? – резким тоном бросила Оксана. – Я вообще-то к брату приехала за помощью. Это его деньги тоже! Он имеет полное право распоряжаться ими так, как считает нужным. Ты его просто под каблук загнала, вот он и боится лишний рубль без твоего разрешения потратить!
Наталья присела на стул напротив гости. Она не собиралась устраивать скандал, но позволять разговаривать с собой в таком тоне в собственном доме не намеревалась.
– Давай проясним ситуацию, – голос Натальи стал холодным и ровным. – Наш семейный бюджет – это наше личное дело. Но раз уж ты подняла эту тему, я отвечу. Те два миллиона, о которых идет речь, лежат на банковском вкладе, открытом на мое имя. Большая часть этих средств – это деньги от продажи моей добрачной студии, которую я сдавала в аренду, плюс мои премии за последние два года. Игорь вкладывал туда свою часть, но это наши общие семейные сбережения на недвижимость. И никто не будет изымать их для того, чтобы спонсировать сомнительные идеи.
Оксана вспыхнула, ее щеки покрылись неровными красными пятнами.
– Сомнительные идеи?! Да ты просто жадная! Сидишь тут в своей шикарной квартире и чахнешь над златом! Тебе плевать на семью мужа!
– Мне не плевать, – парировала Наталья, не повышая голоса. – Но семья – это не безлимитный банкомат. Если у тебя такой потрясающий бизнес-план с окупаемостью в полгода, иди в банк, оформляй потребительский кредит, пиши залог.
– Я же сказала, мне не дают кредит! – сорвалась на крик золовка. – У меня нет залогового имущества! Поэтому я и придумала другой вариант. Игорь может взять этот кредит на себя! А в качестве залога вы можете оформить эту квартиру. Она же большая, оценочная стоимость высокая, банк с радостью одобрит нужную сумму!
В кухне повисла тяжелая, звенящая тишина. Наталья смотрела на сестру мужа и не верила своим ушам. Уровень наглости и оторванности от реальности просто не укладывался в голове.
– Оформить в залог банку мою квартиру? – переспросила Наталья, тщательно выговаривая каждое слово. – Квартиру, которую я купила сама, выплачивая ипотеку еще до знакомства с Игорем? Ради твоей студии эпиляции?
– А что такого? – Оксана упрямо вздернула подбородок, искренне не понимая абсурдности своих требований. – Вы же тут живете! Значит, это ваше общее жилье. Вы же семья! Игорь обещал мне помочь, он сказал, что поговорит с тобой. Я думала, ты нормальная, а ты просто вцепилась в свои квадратные метры и брату моему жизни не даешь!
Наталья медленно поднялась со стула. Вся ее усталость, накопившаяся за эту невероятно долгую неделю, куда-то испарилась, уступив место кристальной ясности.
– Значит так, Оксана, – чеканя слова, произнесла она. – Во-первых, по закону эта квартира является моей личной собственностью, так как приобретена до брака. Игорь не имеет на нее никаких юридических прав, и уж тем более не может использовать ее в качестве залога. Для этого потребовалось бы мое нотариальное согласие, которого ты не получишь никогда.
Золовка открыла было рот, чтобы возразить, но Наталья подняла руку, требуя тишины.
– Во-вторых. Твой брат работает на износ не для того, чтобы оплачивать твои капризы. Я знаю Игоря. Он мягкий человек, ему сложно сказать «нет» своей маленькой сестренке. Он выслушал твои фантазии про бизнес и просто попытался отложить этот неприятный разговор, свалив все на «посоветоваться с женой». Потому что ему стыдно за твою наглость.
– Да как ты смеешь?! – Оксана вскочила со стула, едва не опрокинув его. – Ты никто! Ты просто жена! Сегодня одна, завтра другая! А я – родная сестра! Кровь не водица! Я позвоню маме, я все ей расскажу! Она глаза Игорю откроет, с какой меркантильной особой он живет!
Наталья скрестила руки на груди и слегка склонила голову набок, с жалостью глядя на разбушевавшуюся родственницу.
– Звони, – спокойно разрешила она. – Обязательно позвони. И не забудь рассказать маме, что ты просила брата рискнуть единственным жильем ради твоих амбиций. А заодно расскажи, как ты целую неделю вела себя здесь, словно в гостинице с обслуживающим персоналом.
Оксана задыхалась от возмущения. Ее план, который, как ей казалось, был идеальным, рушился на глазах. В ее картине мира брат должен был покорно взять на себя все финансовые риски, а его жена – молча согласиться, ради «сохранения хороших отношений с родственниками». Она совершенно не ожидала встретить такой жесткий и аргументированный отпор.
– Я здесь больше ни минуты не останусь! – истерично выкрикнула золовка, направляясь к выходу из кухни. – Ноги моей не будет в этом доме! Ты еще пожалеешь! Игорь тебе этого не простит, когда узнает, как ты со мной обошлась!
– Твое право, – равнодушно отозвалась Наталья, возвращаясь к нарезке салата. – Чемоданы в гостиной, такси до вокзала могу вызвать со своего телефона, раз уж ты так торопишься.
Спустя десять минут из гостиной донеслись звуки хлопающих дверец шкафа, звон падающих вешалок и агрессивное шуршание пакетов. Оксана собирала вещи с таким шумом, словно пыталась разрушить квартиру напоследок. Наталья не вмешивалась. Она спокойно доделала салат, поставила мясо в духовку и протерла столешницу. Внутри царило абсолютное спокойствие. Она защитила свой дом и свою семью от безрассудства человека, который привык жить за чужой счет.
Входная дверь щелкнула ключом как раз в тот момент, когда Оксана, пыхтя от натуги, вытаскивала в коридор свой последний, самый тяжелый чемодан. Игорь шагнул в прихожую, снимая легкую куртку, и удивленно замер, глядя на сестру, одетую в дорожный костюм.
– Оксан? Ты куда-то собралась на ночь глядя? Билеты же только на послезавтра были.
Золовка театрально всхлипнула, бросилась к брату и повисла на его руке.
– Игорь! Твоя жена меня выгоняет! Она наговорила мне таких гадостей, унизила меня! Сказала, что я никто, что я хочу вас по миру пустить! Я просто хотела помощи, а она вцепилась в свои деньги и квартиру! Брат, скажи ей! Поставь ее на место!
Игорь осторожно высвободил руку. Он посмотрел на заплаканную сестру, затем перевел взгляд на Наталью, которая тихо вышла из кухни и теперь стояла в коридоре, опираясь плечом о дверной косяк. На ее лице не было ни злорадства, ни оправданий. Лишь усталость.
Брат перевел дух и потер переносицу жестом, который всегда выдавал его крайнюю степень нервного напряжения.
– Оксана, – его голос прозвучал неожиданно твердо и глухо. – Я никого ни на какое место ставить не буду. Тем более в ее собственном доме.
Сестра удивленно заморгала, не веря своим ушам. Слезы моментально высохли.
– Ты что, за нее заступаешься?! После всего, что она наговорила?!
– Я заступаюсь за здравый смысл, – ответил Игорь, снимая ботинки и проходя вглубь коридора. – Наташа мне еще вчера днем написала сообщение о том, что ты предлагаешь сделать с квартирой. Я просто не успел с тобой поговорить, на складе был аврал. Оксан, ты вообще в своем уме? Какой залог? Какие кредиты? Я тебе русским языком сказал еще по телефону до твоего приезда: денег на бизнес у нас нет. Мы копим на участок. Ты решила приехать и надавить на меня через жену? Или устроить скандал, чтобы я из чувства вины побежал в банк?
– Я думала, мы семья… – растерянно пролепетала Оксана, понимая, что ее главный козырь оказался бит. Брат не собирался вставать на ее сторону.
– Семья поддерживает друг друга, а не пытается решить свои проблемы за счет благополучия других, – отрезал Игорь. – Вызывай такси. Если хочешь, я помогу спустить чемоданы. На вокзале переночуешь в комнате отдыха, поезда ходят часто.
Это был окончательный провал. Оксана поняла, что манипуляции больше не работают. Она молча достала смартфон, нервно тыкая пальцем в экран, чтобы вызвать машину. Никто из супругов не проронил ни слова, пока она ждала такси. Когда в домофон позвонили, Игорь молча взял два самых тяжелых чемодана и вынес их на лестничную площадку.
Оксана перешагнула порог, даже не обернувшись. Она не попрощалась. Дверь захлопнулась, оставив в квартире звенящую, очищающую тишину.
Игорь вернулся в коридор, прислонился спиной к входной двери и тяжело выдохнул, закрыв глаза.
– Прости меня, – тихо сказал он. – Я должен был сам пресечь эти разговоры еще на этапе ее звонков. Я просто думал, что она приедет, походит по магазинам, отвлечется и забудет про эту бредовую идею со студией. Не думал, что она пойдет в такую атаку на тебя.
Наталья подошла к мужу и мягко обняла его за талию. Она чувствовала, как напряжены его мышцы, как сильно он переживает этот разрыв с сестрой.
– Все нормально, – прошептала она, утыкаясь лицом ему в плечо. – Мы справились. Это был сложный разговор, но он был необходим. Рано или поздно границы пришлось бы расставить. И лучше раньше, пока дело не дошло до реальных финансовых потерь или серьезных ссор между нами.
– Больше никаких незваных гостей с чемоданами, – усмехнулся Игорь, целуя жену в макушку. – Обещаю. Пахнет чем-то вкусным. Ты готовила ужин?
– Мясо по-французски, твое любимое, – улыбнулась Наталья, отстраняясь. – Мой руки и иди за стол. И, знаешь, давай завтра утром сходим в ту новую пекарню? Я так и не выпила нормального кофе за всю эту неделю.
Они сидели на своей уютной, чистой кухне, ели горячий ужин и разговаривали о планах на выходные. Впервые за несколько дней в квартире не было ни постороннего шума, ни липкого напряжения, ни чужих ожиданий. Наталья смотрела на мужа и понимала, что их семья прошла важную проверку на прочность. Они не позволили чувству ложного долга разрушить то, что строили годами. А Оксана… Оксана, возможно, когда-нибудь поймет свой урок. Или не поймет. В любом случае, это уже не их проблема. Главное, что в их собственном доме снова воцарились мир, уважение и тишина, нарушаемая лишь уютным звоном вилок о фарфоровые тарелки.
— Квартиру мою решила к рукам прибрать! Леша, ты слышишь, что она говорит твоей маме?