Звонок прозвенел вечером. На пороге стояла соседка и держала в руках корзину. «Ваш муж мне помог, и я хочу вернуть его угостить», — сказала она. Кира впервые услышала об этом и не знала, что ответить.
Дождь безжалостно стучал по карнизу, затапливая балконы и превращая улицы в мутные ручьи. Август в этом году выдался особенно мрачным. Кира только вернулась с работы, где весь день консультировала клиентов в салоне сотовой связи. Домашние тапочки, горячий чай и сериал — вот что занимало её мысли, пока она не услышала звонок.
— Простите за поздний визит, — продолжила соседка, переминаясь с ноги на ногу в коридоре. — Вы же Кира? Я Антонина Никифоровна, с пятого этажа.
Кира смотрела на пожилую женщину, пытаясь вспомнить, видела ли её раньше в подъезде. Конечно, встречала, но мельком. В новостройку, куда они с Васей переехали полгода назад, соседи почти не общались между собой.
— Проходите, — наконец выдавила она, отступая в сторону. — Извините за беспорядок, мы ещё не до конца обжились.
Антонина Никифоровна осторожно вошла, поставила корзину на тумбочку в прихожей и начала расстёгивать потрёпанное пальто.
— Вот, пирожки с капустой и яблоками. Я их сама пеку, по старинному рецепту. И варенье малиновое.
Кира растерянно взглянула на угощение. От корзины шёл тёплый аромат свежей выпечки. На пирожках виднелись золотистые разводы от масла, а в маленьких баночках играло на свету густое варенье.
— Спасибо, но за что вы благодарите моего мужа? — спросила Кира, приглашая соседку пройти на кухню.
Лицо Антонины Никифоровны изменилось, будто она поняла, что сказала лишнее.
— Так он вам не рассказывал? — она замялась. — Может, мне не стоило приходить…
— Нет-нет, всё в порядке. Расскажите, пожалуйста, — Кира постаралась улыбнуться, хотя внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.
Они сели за стол. Кира поставила чайник и достала чашки — те самые, из сервиза, подаренного на новоселье друзьями. Рисунок в виде переплетающихся веточек казался сейчас неуместно праздничным.
— Видите ли, — начала Антонина Никифоровна, складывая морщинистые руки на коленях, — пенсия у меня небольшая. После того как не стало моего Петра, приходится экономить на всём. А потом ещё эта протечка…
— Протечка? — переспросила Кира.
— Да, месяц назад, в кухне. Василий случайно узнал, мы с ним в лифте разговорились. Мой сосед сверху ванну переделывал и трубы неправильно соединил. Ваш муж всё починил, даже материалы сам купил. А потом… — соседка запнулась, — стал заходить раз в неделю. Приносил продукты, лекарства. Деньги давал на оплату счетов.
Кира замерла с чашкой в руке. Васина зарплата в компании по ремонту бытовой техники была не такой большой, чтобы делать подарки посторонним людям. За последние месяцы они едва сводили концы с концами, выплачивая ипотеку за новую квартиру.
— И часто он… помогал вам? — тихо спросила она.
— Каждую пятницу приходил. Говорил, что едет с работы и по пути заезжает в магазин. За эти месяцы стал мне как родной.
Каждую пятницу. По пятницам Вася задерживался на работе — так он говорил. По пятницам у них стали случаться странные ссоры из-за денег. По пятницам Кира чувствовала, что её муж отдаляется, становится чужим.
— А вы не знали? — с беспокойством спросила Антонина Никифоровна. — Он же ваш муж…
Кира отвела взгляд к окну. Дождь усилился, превращая стекло в размытую картину городских огней.
— Мы… не обсуждаем такие вещи, — солгала она. — Вася очень скромный.
В этот момент щёлкнул замок входной двери.
Шаги в прихожей, звук падающих на тумбочку ключей, привычное «Я дома!». И через секунду на пороге кухни появился Вася. Его куртка промокла от дождя, а в руках были пакеты с продуктами. Увидев Антонину Никифоровну, он застыл.
— Здравствуйте, — растерянно произнёс он, переводя взгляд с соседки на жену.
— Здравствуй, Василий, — приветливо откликнулась Антонина Никифоровна. — Я вот пришла тебя угостить. Спасибо тебе за всё, что делаешь для старухи.
Вася медленно положил пакеты на стол. По его лицу невозможно было понять, о чём он думает.
— Не стоило, — наконец произнёс он. — Это пустяки.
— Какие пустяки! — всплеснула руками соседка. — Ты мне как внук родной стал. Я ведь совсем одна осталась, никто не заходит месяцами. А ты и продукты, и лекарства, и деньгами помогаешь…
Кира почувствовала, как внутри нарастает волна гнева. Деньгами! Они откладывали каждую копейку, чтобы сделать ремонт в новой квартире. Отказывали себе во всём. А Вася тем временем…
— Антонина Никифоровна, — неожиданно твёрдо сказала Кира, — спасибо вам за пирожки и варенье. Нам с мужем нужно поговорить.
Соседка мгновенно уловила напряжение, повисшее в воздухе. Она поспешно поднялась.
— Конечно-конечно, я уже ухожу. Не буду мешать. Василий, спасибо тебе ещё раз.
Когда за ней закрылась дверь, в квартире повисла гнетущая тишина. Вася стоял у стола, не решаясь поднять глаза на жену.
— И давно ты играешь в благотворителя? — Кира старалась говорить спокойно, но голос предательски дрожал.
— Это не то, что ты думаешь, — начал Вася.
— А что я должна думать? — взорвалась она. — Мы еле-еле платим ипотеку, у нас долг за коммуналку, я ношу одну и ту же куртку третий год! А ты раздаёшь наши деньги налево и направо!
Вася тяжело опустился на стул.
— Я не мог ей не помочь, — тихо сказал он. — Ты бы видела, как она живёт. В квартире холодно, из еды — только крупы да макароны. Я зашёл починить трубу, а у неё на список лекарств, которые она не может купить, потому что денег не хватает.
— И поэтому ты решил стать её спонсором? — Кира почувствовала, как слёзы подступают к глазам. — За мой счёт?
— За наш счёт, — поправил Вася. — Мы же семья.
— Семья? — горько усмехнулась Кира. — Семья — это когда решения принимают вместе. А меня сейчас просто поставили меня перед фактом.
Вася встал и подошёл к окну. Его широкие плечи казались сейчас неуместно большими в маленькой кухне.
— Знаешь, когда я увидел эту старушку, я вспомнил свою бабушку, — начал он. — Она тоже жила одна, и никто ей не помогал. Родители с ней были в ссоре, а я её очень любил… Я не мог пройти мимо, понимаешь?
Кира молчала. Внутри боролись обида и понимание. Да, Вася рос с бабушкой. Да, для него это больная тема. Но почему он не сказал ей? Почему скрывал?
— Ты мог бы просто рассказать мне, — наконец произнесла она. — Мы могли бы решить, чем помочь, вместе.
— Я боялся, что ты будешь против, — признался Вася. — Ты всегда так переживаешь за наш бюджет, за ипотеку…
— Потому что кто-то должен об этом думать! — воскликнула Кира. — Мы только начинаем жить, у нас столько планов. Мы уже ребёнка с тобой планировали… А ты тратишь деньги на чужого человека!
— Она не чужая, — упрямо возразил Вася. — Она просто одинокая старушка, которой нужна помощь.
— А я? Мне не нужна помощь? — голос Киры дрогнул. — Я работаю с утра до вечера, экономлю на всём, чтобы мы могли обустроить нашу квартиру. А ты за моей спиной…
Вася резко повернулся к ней.
— Хватит меня обвинять! Я не сделали ничего плохого! Я просто помог человеку в беде!
— Дело не в помощи, — покачала головой Кира. — Дело в том, что ты мне не доверяешь. Ты полгода врал мне о пятницах, о деньгах, обо всём. Как я могу тебе верить после этого?
Вася опустил голову. В тишине было слышно только, как капли дождя барабанят по карнизу.
— Прости, — наконец произнёс он. — Я должен был сказать тебе. Но я правда хотел помочь. Она напоминает мне бабушку…
Кира подошла к нему и положила руку на плечо.
— Я понимаю. Но ты не можешь спасти всех одиноких бабушек в мире, Вася. У нас своя жизнь, свои проблемы.
— Что ты предлагаешь? Просто перестать ей помогать? — в его голосе слышалась горечь.
Кира задумалась. Внутри ещё кипела обида, но она понимала мотивы мужа. Он всегда был добрым — это одна из причин, почему она в него влюбилась.
— Нет, — медленно сказала она. — Но давай будем помогать разумно. Может, вместо денег мы будем приглашать её к нам на ужин пару раз в неделю? Или готовить для неё что-то вместе?
Вася посмотрел на жену с удивлением и благодарностью.
— Ты правда согласна?
— Да. Я злюсь, что ты скрывал это от меня, — честно ответила Кира. — Но я понимаю, почему ты хочешь помочь. Просто давай делать это вместе, а не за счёт нашего будущего.
Он притянул её к себе и крепко обнял.
— Спасибо, — шепнул он ей в волосы. — Я больше никогда не буду ничего скрывать от тебя. И я договорился с начальником об увеличении зарплаты. И взял подработку по выходным. Починка бытовой техники у частных клиентов. Хотел сделать тебе сюрприз…
Кира смотрела на мужа широко раскрытыми глазами.
— Больше никаких секретов, обещаю.
Кира взглянула на корзину с пирожками, оставленную Антониной Никифоровной. От выпечки всё ещё шёл тёплый, уютный запах.
— Знаешь, — медленно сказала она, — может, нам стоит пригласить её на ужин в воскресенье? Я могу приготовить картошку с мясом… Ты говорил, что она живёт совсем одна?
Лицо Васи просветлело.
— Правда? Ты не против?
— Я против того, чтобы мой муж что-то скрывал от меня, — серьёзно ответила Кира. — Но я не против помогать людям, которым нужна помощь. Просто давай делать это вместе.
За окном продолжал барабанить августовский дождь, превращая город в размытую акварель. Но в маленькой кухне новостройки стало теплее. Кира достала пирожок из корзины и откусила кусочек.
— Вкусно, — признала она. — Может, попросим Антонину Никифоровну научить меня печь такие же? Я всегда хотела научиться готовить настоящую домашнюю выпечку.
Вася улыбнулся и крепко сжал её руку.
— Спасибо, — просто сказал он.
Кира кивнула. Она всё ещё была расстроена, но понимала: иногда нужно просто принять человека таким, какой он есть, со всеми его слабостями и сильными сторонами.
Вася всегда был готов помочь другим — это часть его натуры, часть того, за что она его полюбила. И может быть, это не так уж плохо.
В конце концов, помогая другим, мы не становимся беднее. Мы становимся богаче — душой. А это дороже любых денег.
— Что вы ко мне-то пришли?! У вас же есть любимая дочь, которой вы квартиру подарили!