Часы показывали полночь, а смех всё не стихал. Я уже не знала, как намекнуть, что пора расходиться. И вдруг муж сказал: «Жена уже злится, пора домой». Все засмеялись, а мне стало стыдно, будто я испортила праздник.
Сентябрьский ветер бросил россыпь мелких капель в окно. Полина вздрогнула и поставила чашку на столик. Гости — четыре пары соседей — оживлённо обсуждали новости района, и никто, кажется, не заметил её жеста. Только муж. Мирослав метнул в неё быстрый взгляд и прервал рассказ Виктора о капризах районной администрации.
— Так, друзья мои, — Мирослав демонстративно посмотрел на часы, — уже полночь. Жена уже злится, пора домой.
Ольга, жена Виктора, понимающе улыбнулась:
— Ой, а мы и правда засиделись! Полиночка, ты нас извини.
Полина поймала себя на том, что улыбается слишком широко — так, что скулы начинают ныть.
— Что вы, какие извинения? Мне очень приятно, — она бросила короткий взгляд на мужа. — Я совсем не злюсь.
— Да ладно тебе, — Мирослав обнял её за плечи. — Я же вижу, что ты вся на взводе. Признайся, что тебе уже надоело.
Его рука на плече казалась тяжёлой, будто каменная плита придавила к дивану. Полина попыталась улыбнуться ещё шире.
— На самом деле я могу посидеть ещё, — произнесла она, чувствуя, как скулы начинают деревенеть от неестественной улыбки.
— Нет-нет, мы уже уходим, — Ольга поднялась и потянула за собой мужа. — Уже поздно, а завтра рабочий день.
Остальные гости тоже начали собираться. В маленькой прихожей трёхкомнатной квартиры стало тесно и душно. Полина механически говорила нужные слова, обещала скоро встретиться снова. А внутри нарастало раздражение — колючее, едкое, направленное на Мирослава.
Когда за последними гостями закрылась дверь, она молча пошла на кухню. Открыла шкафчик, достала стакан и налила воды из фильтра. Руки слегка подрагивали.
— Что с тобой? — Мирослав вошёл следом и прислонился к дверному косяку.
Полина сделала глоток воды. Второй. Третий. Поставила пустой стакан на столешницу.
— Зачем ты это сделал? — её голос звучал тише, чем она ожидала.
— Что именно?
— Зачем ты выставил меня какой-то… занудой? Будто я не могу потерпеть гостей ещё час.
Мирослав нахмурился:
— Я тебя выставил занудой? Полин, ты что? Я просто помог закончить вечер, который затянулся.
— Я бы справилась, — она отвернулась и начала составлять грязные тарелки в раковину. — Не нужно было меня выставлять виноватой.
— Виноватой? — Мирослав покачал головой. — Ты придумываешь. Я просто сказал, что ты устала.
— Ты сказал, что я злюсь! — Полина развернулась, сжимая в руке кухонное полотенце. — При всех! Будто я какая-то мегера, которая не может потерпеть друзей в доме.
— Полин, ты преувеличиваешь, — Мирослав подошёл к ней и попытался взять за руку, но она отстранилась. — Никто так не подумал.
— Откуда ты знаешь? — Полина отвернулась к окну. За стеклом висела плотная сентябрьская темнота, разбавленная редкими огнями соседних домов. — Ты не видел, как Ольга на меня посмотрела? С таким… осуждением. Будто я какая-то злюка, которая не может нормально принять гостей и всем портит настроение.
Мирослав резко выдохнул.
— Перестань. Ты накручиваешь себя на пустом месте.
— Это не пустое место! — Полина повысила голос. — Это моё место в этом доме. И мои отношения с друзьями. Ты не имеешь права решать за меня!
— Я не решал за тебя! — теперь уже Мирослав начал раздражаться. — Я просто помог всем разойтись, потому что было уже поздно. И да, я видел, как ты трёшь глаза и зеваешь весь вечер.
— Я не зевала!
— Зевала. Пять раз за последний час, — Мирослав устало потёр лоб. — Слушай, я не хочу ссориться из-за такой ерунды. Завтра у обоих тяжёлый день.
Полина глубоко вздохнула:
— Это не ерунда для меня, Мирослав. Ты поставил меня в неловкое положение перед друзьями. Мне не нужна такая… помощь.
Мирослав на секунду замер, а потом развернулся и вышел из кухни. Полина услышала, как он включил воду в ванной.
Пять лет брака. Пять лет, и они всё ещё не научились правильно заканчивать вечеринки.
***
Утром Полина проснулась от запаха кофе. Мирослав уже гремел чем-то на кухне. Она натянула халат и пошла умываться, стараясь не думать о вчерашнем. В зеркале отражалось усталое лицо с лёгкими тенями под глазами. «Может, он и прав был насчёт того, что я устала», — подумала она, но тут же отогнала эту мысль.
На кухне Мирослав, уже одетый в рабочую одежду, жарил яичницу. Рядом с плитой стояли две чашки с кофе.
— Доброе утро, — сказал он, не оборачиваясь.
— Доброе, — Полина села за стол и взяла свою чашку. — Спасибо за кофе.
Мирослав молча кивнул и продолжил готовить. Тишина становилась всё более напряжённой, пока он не поставил перед ней тарелку с яичницей и тостами.
— Полин, — он сел напротив и посмотрел ей в глаза, — я не хотел тебя обидеть вчера. Правда.
Она отпила глоток кофе, собираясь с мыслями.
— Я знаю, — сказала наконец. — Но ты должен понять. Когда ты так говоришь при всех, будто я… будто я не могу сама решить, когда мне пора отдыхать, это обидно.
Мирослав кивнул:
— Я понял. Извини. Просто… — он замялся, подбирая слова, — просто я видел, что ты устала, но продолжаешь всех развлекать. Помнишь, у нас был разговор о том, что ты часто ставишь чужие желания выше своих?
Полина хмыкнула:
— То есть ты пытался меня защитить от моей же вежливости?
— Что-то вроде того, — Мирослав слабо улыбнулся. — Но вышло совсем не так, как я думал.
Полина отрезала кусочек яичницы и отправила в рот. Жевала она медленно, обдумывая его слова.
— Знаешь, в чём проблема? — сказала она наконец. — Ты принял решение за меня. Может, я и правда устала. Может, я даже хотела, чтобы гости ушли. Но это было моё решение — продолжать их принимать. А ты… ты отнял его у меня. И выставил меня перед ними какой-то… вредной.
Мирослав отложил вилку:
— Я не это имел в виду. Я просто сказал, что ты устала.
— Ты сказал «жена уже злится»! — Полина повысила голос. — Это разные вещи, Мирослав.
Он потер лоб:
— Да, ты права. Я сказал глупость. Извини.
Полина хотела ответить, но в этот момент её телефон звякнул. Она автоматически потянулась проверить сообщение.
— Это с работы, — сказала она, пробежав глазами текст. — Мне нужно выезжать пораньше. Совещание перенесли на девять.
— Понятно, — Мирослав встал и начал убирать свою тарелку.
***
Рабочий день тянулся бесконечно. Полина работала в компании, занимающейся разработкой и внедрением систем автоматизации для производственных предприятий.
Сегодня они запускали новую систему у важного клиента, и всё шло наперекосяк — сервер отказывался корректно обрабатывать данные, клиент нервничал, начальство требовало немедленных результатов.
К шести вечера проблему удалось решить, но Полина чувствовала себя выжатой как лимон. В офисе почти никого не осталось, когда она наконец выключила компьютер и стала собираться домой.
Телефон показывал два пропущенных звонка от Мирослава и сообщение: «Задерживаюсь на работе. Буду к восьми».
Полина вздохнула с облегчением. Ещё два часа, чтобы собраться с мыслями перед продолжением утреннего разговора. Она решила не ехать сразу домой, а заглянуть в небольшое кафе неподалёку от офиса — место, где они с подругой Юлей иногда встречались после работы.
В кафе было немноголюдно. Полина заказала чай и сэндвич, нашла столик у окна и достала телефон. Палец завис над именем Юли в списке контактов. Стоит ли ей рассказывать о вчерашнем? С одной стороны, Юля всегда давала дельные советы. С другой — Полина не хотела выставлять Мирослава в плохом свете.
Всё-таки она решила позвонить.
— Полина? — голос Юли звучал удивлённо. — Что-то случилось?
— Привет, Юль, — Полина улыбнулась, хотя подруга не могла этого видеть. — Ничего страшного. Просто… мы вчера с Мирославом поссорились из-за ерунды, и я не знаю, что делать.
— Рассказывай, — Юля мгновенно переключилась в режим внимательного слушателя.
Полина рассказала о вчерашнем вечере, о том, как Мирослав выставил её «злой женой» перед гостями, и о сегодняшнем утреннем разговоре.
— Понимаешь, он вроде извинился, но мне кажется, что не до конца понял, почему я расстроилась, — закончила она свой рассказ.
Юля помолчала несколько секунд.
— А ты уверена, что сама понимаешь, почему так расстроилась? — спросила она наконец. — В смысле, это конечно неприятно, когда о тебе так говорят при всех, но мне кажется, тут что-то глубже.
Полина задумалась, помешивая ложечкой чай.
— Знаешь, мне кажется… дело в том, что он не первый раз так делает. Принимает решения за меня, якобы заботясь. В прошлом месяце отказался от приглашения на день рождения коллеги, потому что решил, что мне это будет неинтересно. А я хотела пойти! Или когда отменил заказ на новый диван, потому что ему показалось, что он слишком дорогой. Хотя мы вместе выбирали и обсуждали бюджет.
— Хм, — протянула Юля, — он просто решает за тебя, не спрашивая. Ты вообще говорила ему, что тебя это бесит?
— Нет, — Полина вздохнула. — Каждый раз это выглядит как мелочь, не стоящая скандала. Но вчера… вчера я просто уже не выдержала.
— Тогда, может, стоит поговорить не о вчерашнем конкретно, а обо всей ситуации? — предложила Юля. — О том, что тебе важно, чтобы твои решения уважали.
Полина кивнула, забыв, что подруга её не видит:
— Наверное, ты права. Спасибо, Юль.
— Не за что, — в голосе Юли слышалась улыбка. — Держи меня в курсе, как всё пройдёт.
После разговора Полина почувствовала себя лучше. По крайней мере, теперь у неё был план — поговорить с Мирославом не только о вчерашнем инциденте, но и о более глубокой проблеме. Расплатившись, она вышла из кафе и направилась к метро.
***
Дома было тихо и темно. Полина включила свет в прихожей, разулась и прошла на кухню. Часы показывали начало восьмого — Мирослав должен был появиться с минуты на минуту.
Она открыла холодильник, размышляя, что приготовить на ужин, когда услышала звук открывающейся входной двери.
— Я дома, — голос Мирослава звучал устало.
— Я на кухне, — отозвалась она.
Мирослав появился в дверном проёме — в рабочих брюках и рубашке, с расстёгнутым воротником и ослабленным галстуком. В руках он держал небольшой бумажный пакет.
— Привет, — сказал он, подходя ближе. — Я купил нам ужин. Пиццу и салат.
— Спасибо, — Полина улыбнулась, чувствуя, как напряжение немного отступает. — Я как раз думала, что приготовить.
Мирослав поставил пакет на стол и обнял её. Полина на секунду напряглась, но потом расслабилась и положила голову ему на плечо.
— Тяжёлый день? — спросил он тихо.
— Да, — она вздохнула. — У клиента были проблемы с сервером, пришлось всё переналаживать.
— У меня тоже не легче, — Мирослав отстранился и начал доставать из пакета коробку с пиццей и контейнеры с салатом. — Начальство требует закончить отчёт на неделю раньше срока. Без дополнительных ресурсов, разумеется.
Полина достала тарелки и приборы, и они сели ужинать. Какое-то время ели молча, наслаждаясь едой и отдыхом после трудного дня. Но невысказанные слова висели между ними, как тяжёлое облако.
Наконец, Мирослав отложил вилку и посмотрел на Полину:
— Я весь день думал о нашем разговоре.
Полина кивнула, показывая, что слушает.
— Слушай, — Мирослав отложил вилку, — Антон сегодня сказал, что я иногда веду себя как твой начальник, а не муж.
— Антон? — удивилась Полина. — А ты с ним об этом говорил?
— Ну да, — он пожал плечами. — Мы обедали вместе. Я рассказал про вчерашнее.
Полина почувствовала укол раздражения. Их ссора теперь обсуждается в офисе Мирослава?
— И что он сказал? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие.
— Ну, сказал, что я тебя подставил перед людьми, — Мирослав налил себе еще воды. — Может, он прав?
Полина посмотрела на мужа долгим взглядом:
— Тебе нужно было мнение Антона, чтобы понять это?
— Ну вот, опять, — Мирослав покачал головой. — Я же пытаюсь извиниться.
— Извиниться? — Полина усмехнулась. — А где слово «извини»?
Мирослав вздохнул:
— Извини.
— Спасибо, — кивнула Полина. — Просто… не делай так больше, ладно?
— Хорошо, — Мирослав подцепил вилкой последний кусок пиццы. — Может, посмотрим что-нибудь?
— Давай, — согласилась Полина.
Они убрали со стола и перебрались на диван. Мирослав включил первый попавшийся сериал. Полина смотрела на экран, но мысли её были далеко. Почему им так сложно по-настоящему поговорить? Почему для того, чтобы Мирослав понял её чувства, понадобилось мнение Антона?
— Знаешь, — сказала она вдруг, — давай в следующий раз просто заранее договоримся, до скольки сидим с гостями.
— Да, можно, — Мирослав не отрывал взгляда от экрана. — Хорошая идея.
Полина поняла, что он толком не слушает, но не стала настаивать. Слишком устала для нового витка разговора.
Прошёл месяц. Они снова собрали соседей — тех же самых четыре пары. Перед этим договорились, что гости уйдут не позже одиннадцати. Но разговоры затянулись, и к половине двенадцатого никто не собирался расходиться.
Полина несколько раз бросала на Мирослава выразительные взгляды, но он, увлечённый обсуждением нового матча с Виктором, не замечал её сигналов. В конце концов она сама поднялась:
— Друзья, уже поздно, а завтра рабочий день.
— Да, пора по домам, — поддержала Ольга, первой начиная собираться.
Гости разошлись около полуночи. Мирослав вернулся в гостиную, довольно потирая руки:
— Хороший вечер, правда?
— Мы же договаривались до одиннадцати, — ответила Полина, собирая пустые бокалы.
— Ну и что? — он пожал плечами. — Всем же было хорошо. Зачем так строго по часам?
Полина поджала губы:
— Дело не в часах. Дело в том, что мы договорились.
— Полин, ну хватит занудствовать, — Мирослав зевнул. — Было весело, никто не в обиде. Иди ко мне, — он попытался обнять её.
Полина отстранилась:
— Я иду спать. У меня завтра тяжёлый день.
— Как хочешь, — он пожал плечами. — Я ещё посижу, досмотрю матч.
Полина ушла в спальню, переоделась и легла, глядя в потолок. Сколько бы они ни разговаривали, сколько бы обещаний ни давали друг другу, всё всегда возвращалось на круги своя. Может, дело не в договорённостях и словах?
За окном шумел дождь. Полина подумала, что, возможно, некоторые вещи просто не меняются. Может, стоит либо принять их такими, какие они есть, либо… Она не хотела додумывать эту мысль до конца. В конце концов, у них с Мирославом больше хорошего, чем плохого. Просто иногда накапливается усталость, и любая мелочь кажется огромной проблемой.
Она не закончила мысль. В комнату вошёл Мирослав, на ходу снимая рубашку.
— Не спишь? — спросил он шёпотом.
— Нет ещё, — отозвалась Полина.
Он лёг рядом и повернулся к ней:
— Ты всё ещё злишься?
— Я не злюсь, — она вздохнула. — Я просто устала повторять одно и то же.
— Завтра поговорим? — предложил он. — Сейчас уже поздно.
— Завтра, — согласилась Полина, хотя и знала, что, скорее всего, никакого разговора не будет. Утром он убежит на работу, вечером она задержится в офисе… И так день за днём.
Такова жизнь, подумала Полина. Не идеальная. С проблемами, которые решаются и снова возникают. С обещаниями, которые даются и забываются. С любовью, которая иногда задыхается в быту, но всё-таки живёт где-то глубоко внутри.
— Спокойной ночи, — сказал Мирослав, уже засыпая.
— Спокойной ночи, — отозвалась Полина.
За окном всё так же шумел дождь — настойчивый сентябрьский дождь, напоминающий о том, что лето закончилось, а впереди — долгая осень и ещё более долгая зима. Времена года сменяют друг друга, как и периоды в отношениях. Сейчас, может быть, не самый лучший период. Но он тоже пройдёт.
Родители мужа втихаря требовали деньги у невестки, а через 3 месяца она устроила им неожиданный сюрприз