Она шла домой и случайно услышала своё имя. За кустами на лавочке соседи обсуждали её пенсию и «богатого зятя». Наутро она посмотрела им прямо в глаза.
Светлана Николаевна замерла, не веря своим ушам. Летний вечер был душным, и она возвращалась из магазина с маленькой сумкой в руках. Старый двор утопал в зелени, и густые кусты жасмина стали идеальным укрытием для любительниц посплетничать. Голоса за живой изгородью звучали отчётливо:
– …А Светка-то наша на новой машине разъезжает! – скрипучий голос Валентины Семеновны резал слух. – Видела я, как её зятёк на иномарке привёз.
– Ага, надо же, дочка со второго раза вытянула счастливый билет! – подхватила Нина Петровна. – А помнишь, как с первым мыкалась? С ребёнком-то никому не нужна была.
Светлана Николаевна крепче сжала ручку сумки. Сердце стучало так громко, что она боялась – соседки услышат. Ноги словно приросли к асфальту.
– …Зять-то старше её лет на пятнадцать, не меньше, – продолжала Валентина. – На таком-то заводе начальником цеха… Деньжищи лопатой гребёт!
– И не сказать, чтоб красавец, – хихикнула Нина Петровна. – Лысина во всю голову, живот приличный. Видать, не красотой взял, а кошельком. Молодая, красивая, а за старика пошла. Видно, поняла, что к чему в этой жизни.
– Да и кому она ещё нужна с ребёнком-то? – добавила Валентина с притворным сочувствием. – В её положении за такого богатого – это ещё удача. Приличные мужики в очередь не стоят к разведённым с детьми.
– А старая-то теперь в шоколаде, – хихикнула Нина Петровна. – И пенсия у неё неплохая, и зять подкидывает. Не то что мы – живём на одни крохи…
Меньше всего на свете Светлана Николаевна хотела сейчас показаться на глаза этим женщинам. Тихонько, стараясь не шуршать пакетами, она сделала шаг назад, развернулась и пошла в обход – дольше, зато не придётся проходить мимо скамейки с соседками.
***
Дома она бросила сумку на стол и опустилась на стул. Разговор соседок крутился в голове, как заевшая пластинка. Саша с Ирой должны были заехать через час, и ей нужно было успокоиться до их приезда.
Телефонный звонок вырвал её из раздумий.
– Мам, мы выезжаем, – голос дочки звучал радостно. – Олег забрал нас из школы, Ира получила пятёрку по математике, будем отмечать!
– Молодец внученька, – Светлана Николаевна попыталась говорить как обычно, но голос дрогнул.
– Мам, ты чего? Что-то случилось?
– Нет-нет, всё в порядке, – соврала она. – Приезжайте, жду вас.
Положив трубку, Светлана Николаевна подошла к окну. Где-то там, во дворе, продолжали судачить соседки, перемывая ей кости. Сорок лет прожили рядом. Сорок лет здоровались, обсуждали цены в магазинах, делились рецептами, радовались и горевали вместе…
***
Светлана Николаевна помнила каждый трудный день тех лет, когда Саша осталась одна с маленькой Ирой после ухода Ромы. Тяжелые были времена – цены на всё взлетели, коммуналка дорожала, в детские сады очереди, а у них на руках трехлетний ребенок.
Когда возвращалась с работы, ноги гудели так, что хотелось просто упасть и не двигаться. Но дома ждала маленькая Ира с кучей вопросов и просьб, нужно было рисовать с ней, лепить из пластилина, читать сказки, купать… А потом ещё готовка на завтра, стирка, уборка.
Работа в бухгалтерии автобусного парка была хоть и не высокооплачиваемой, но стабильной. Директор, Павел Андреевич, недавно овдовел и остался с двумя детьми-подростками, потому с пониманием относился к ситуации Светланы Николаевны.
– Светлана, вы только отчёты вовремя сдавайте, а в остальном – подстраивайтесь как вам удобно, – говорил он. – Можете часть работы дома делать, если нужно. Лишь бы налоговая была довольна.
Эта поддержка была бесценной. Иногда она могла забрать Иру из садика пораньше, если у Саши была важная встреча с клиентом, или прийти на работу позже, если нужно было отвести внучку к врачу.
Саша выбивалась из сил, стараясь обеспечить себя и дочь. После ухода Ромы она словно окаменела – не плакала, не жаловалась, только глаза потускнели, как будто внутри погас какой-то свет. Работала как заведённая, возвращалась домой измотанная. Но сразу бросалась к дочке – обнимать, играть, восполнять недостаток внимания.
– Мам, как ты думаешь, я хорошая мать? – спросила она однажды, когда Ира уже спала.
– С чего такие мысли, доченька? – удивилась Светлана Николаевна.
– Да вот, думаю… Правильно ли я поступила, что с Ромкой разошлась? Может, надо было терпеть? Ради ребёнка…
Светлана Николаевна тогда крепко обняла дочь:
– Нет, родная. Нельзя строить семью на унижении и постоянных скандалах. Ира вырастет счастливей с одной любящей мамой, чем с двумя вечно ругающимися родителями.
Саша всхлипнула ей в плечо:
– Но она совсем отца не видит… А Ромке будто и дела нет.
– Значит, он не настоящий отец. Настоящий – тот, кто любит и заботится, а не тот, кто только имя в свидетельстве о рождении оставил.
Первый зять, Рома, испарился из их жизни, когда Ире было три годика. Скандалы, упрёки, а потом просто собрал вещи и ушёл. Алименты платил нерегулярно, а потом и вовсе перестал – уехал куда-то на север, на заработки. След простыл.
Двухкомнатная квартира стала приютом для дочки и внучки. Тесновато, но всё своё. Главное – крыша над головой есть, и ладно.
Светлана Николаевна никогда не жаловалась, но иногда, когда выдавалась свободная минутка, садилась у окна с чашкой чая и разглядывала старые фотографии.
Вот они с мужем молодые, счастливые, строят планы на будущее. Николай ушёл рано – сердце. Тогда Саше только-только исполнилось двадцать. Успел порадоваться за дочку, когда та поступила в колледж, даже на свадьбе с Ромой погулял… А вот внучку уже не увидел.
«Как бы ты сейчас гордился Ирочкой, Коля,» – думала Светлана Николаевна, проводя пальцем по выцветшему снимку. – «Такая умница растёт, вся в тебя – упрямая и справедливая.»
***
Про перешёптывания соседок Светлана Николаевна знала давно. «Бедная Сашка, кому она теперь нужна с хвостом-то?» – доносилось иногда до её ушей, когда проходила мимо лавочки у подъезда. Делала вид, что не слышит. Дочке не рассказывала – зачем расстраивать?
А потом появился Олег.
Саша встретила его на выставке мебели, куда ее отправил салон, в котором она работала. Завод, где Олег руководил производственным цехом, представлял там свои новые модели офисной мебели. Он подошел к стенду Сашиного салона, чтобы обсудить возможное сотрудничество.
– Мам, представляешь, там такой мужчина был, – рассказывала вечером Саша, непривычно раскрасневшаяся и оживлённая. – Серьёзный такой, в костюме. Как глянул на меня – мурашки по коже. А потом подошёл, представился, весь вечер со мной проговорил.
– И о чём же вы говорили? – улыбнулась Светлана Николаевна, не придавая особого значения этому рассказу. Мало ли кто заинтересуется красивой молодой женщиной на празднике?
– О работе сначала, потом про Иру спросил, я фотографию показала… Знаешь, он так внимательно слушал, не перебивал. Сказал, что у него сестра одна дочку растит, он помогает им. И потом телефон попросил, представляешь?
Светлана Николаевна внутренне напряглась. Саша уже один раз обожглась. И ей совсем не хотелось, чтобы дочь снова разочаровалась.
– Ну и дала?
– Дала, – кивнула Саша. – Он меня в кино пригласил в субботу.
– А Ира как же?
– Я с тобой её оставлю, если ты не против.
Светлана Николаевна только вздохнула:
– Конечно, не против. Только ты… осторожнее, ладно?
– Мам, мне уже не шестнадцать, – Саша поморщилась. – Я не собираюсь за первым встречным бежать.
***
Первое свидание затянулось до вечера. Саша вернулась окрылённая:
– Представляешь, он настоял, чтобы до дома меня проводить, но в подъезд не пошёл. Сказал, что в следующий раз хочет познакомиться с Ирой, если я не против. И цветы подарил, смотри какие красивые!
Закрутилось всё как-то быстро. Олег, серьёзный мужчина сорока семи лет влюбился в Сашу как мальчишка. А главное – маленькую Иру принял, как родную.
– Мам, он необыкновенный, – рассказывала счастливая Саша. – Заботливый, надёжный. И Иру с первого дня полюбил.
Светлана Николаевна тогда только кивала и улыбалась, боясь поверить в такое счастье. Слишком много разочарований было позади. Но Олег не подвёл – сделал предложение, а через три месяца сыграли свадьбу. Небольшую, только для своих.
***
Звонок в дверь прервал воспоминания. На пороге стоял Олег с огромным букетом хризантем, за ним Саша и десятилетняя Ира с рюкзаком за плечами.
– Светлана Николаевна, как вы тут? – Олег поцеловал тёщу в щёку и вручил цветы. – А мы Иру-математика пришли поздравлять!
– Ба, представляешь, я контрольную лучше всех написала! – Ира повисла на бабушке. – Учительница сказала, что у меня математический талант!
Светлана Николаевна обняла внучку, вдыхая запах её волос. Как же она выросла… Кажется, ещё вчера на руках носила.
– Ну-ка, марш руки мыть – и за стол, – скомандовала она, стараясь скрыть волнение.
За ужином Олег рассказывал о новом оборудовании на заводе, Ира хвасталась школьными успехами, а Саша делилась новостями из салона. Светлана Николаевна кивала, улыбалась, подкладывала всем добавки, но мысли её были далеко.
– Мам, ты какая-то странная сегодня, – заметила Саша. – Точно ничего не случилось?
– Да нет, всё хорошо, – Светлана Николаевна отвела взгляд.
– Тёща, колитесь! – Олег весело подмигнул. – Неужели давление?
– Бабуль, если ты заболела, мы тебя вылечим, – серьёзно заявила Ира.
Светлана Николаевна обвела взглядом родные лица. Её семья, её счастье. А те злые языки во дворе… Стоит ли вообще придавать значение?
– Просто устала немного. И жара эта…
***
Утро выдалось свежим после ночного дождя. Светлана Николаевна проснулась рано и долго смотрела в потолок. Вчерашний разговор соседок не давал покоя. «Вот так всю жизнь, – думала она. – В глаза одно, за спиной другое».
В дверь позвонили.
– Олег? – удивилась она, увидев зятя на пороге. – Что-то случилось?
– Нет-нет, всё в порядке, – Олег улыбнулся. – Проезжал мимо, решил занести вам кое-что.
Он протянул конверт.
– Это что? – Светлана Николаевна недоуменно посмотрела на зятя.
– Путёвка в санаторий, – ответил Олег. – На двадцать один день, всё включено. Саша давно говорила, что вам отдохнуть надо бы, вот мы и решили…
Светлана Николаевна растерянно перебирала бумаги в конверте.
– Но я не могу… Это же дорого, зачем…
– Мама, – Олег впервые назвал её так, и у Светланы Николаевны защипало в глазах, – вы столько сделали для Саши и Иры. Позвольте и мне что-то сделать для вас.
Он ушёл, а она ещё долго сидела с конвертом в руках. Что-то внутри неё окрепло, словно стержень выпрямился.
Выходя из подъезда, Светлана Николаевна увидела знакомую картину: на лавочке сидели Валентина Семеновна и Нина Петровна. Заметив её, они расплылись в улыбках.
– Светочка, доброе утро! Как здоровье? – пропела Валентина.
– Как внучка, как дочка? – подхватила Нина.
Светлана Николаевна остановилась перед ними. Выпрямила спину, расправила плечи. В голове крутились колючие фразы, резкие слова… Но вдруг ей стало их жалко. Две пожилые женщины, у которых в жизни так мало радости, что приходится питаться чужими новостями.
– Знаете, девочки, – Светлана Николаевна посмотрела им прямо в глаза, – вы меня обсуждаете на лавочке, а потом улыбаетесь в лицо!
Соседки замерли с открытыми ртами. Валентина нервно поправила шарфик на шее, а Нина вцепилась в сумочку так, будто та могла защитить её от неприятного разговора.
– Я вчера всё слышала. Про зятя, про пенсию, про то, как моя дочка «устроилась».
– Света, ты что… – пролепетала Валентина, но Светлана Николаевна подняла руку, останавливая её.
– Нет, дайте я скажу. Когда Саша осталась одна с Ирой, и мы еле сводили концы с концами, вы смеялись над нами. А теперь, когда у неё наладилась жизнь, вы опять нашли повод позлословить.
Валентина покраснела и уставилась в землю. Нина попыталась изобразить недоумение:
– Да ты нас не так поняла, Свет…
– Неужели? – Светлана Николаевна приподняла бровь. – «А Светка-то наша на новой машине разъезжает!» – передразнила она скрипучим голосом. – «Видела я, как её зятёк на иномарке привёз». А что, завидно?
– Да мы просто… – начала было Нина.
– Я знаю, что вы скажете, – перебила Светлана Николаевна. – Что не со зла, что просто поговорить… Но знаете, мне больно это слышать. Сорок лет живём рядом, и я считала вас если не подругами, то добрыми соседями.
Она сделала паузу. Где-то во дворе громко засмеялись дети, проехала машина, хлопнула дверь подъезда. Обычная жизнь текла своим чередом, но для Светланы Николаевны этот момент был переломным.
– А теперь слушайте новость для ваших пересудов: я еду в санаторий, на целых три недели! Путёвку подарил мне мой зять Олег. Да, он обеспеченный человек, да, он старше моей дочери, да, он помогает нам материально. И знаете почему? Потому что мы – семья. Мы заботимся друг о друге. Я пять лет без отпуска горбатилась на работе, чтобы моя дочь и внучка ни в чём не нуждались. А теперь они хотят, чтобы я отдохнула. И я поеду.
Валентина и Нина сидели, опустив головы.
– Свет, ты всё не так поняла, – наконец выдавила Валентина.
– Не со зла это всё, – добавила Нина.
Светлана Николаевна вздохнула.
– Знаете что… Давайте просто будем честнее друг с другом. Если интересно что-то – спрашивайте прямо, а не шушукайтесь за спиной.
Она развернулась, чтобы идти, но остановилась и обернулась:
– А вообще, через дорогу новый центр для пенсионеров открыли. Там и кружки разные, и физкультура, и чаепития… Сходили бы туда, чем мне завидовать!
Вечером, когда Саша, Олег и Ира приехали на семейный ужин, Светлана Николаевна светилась от радости.
– Мам, ты какая-то другая сегодня, – заметила Саша. – Случилось что-то хорошее?
– Да, доченька, – улыбнулась Светлана Николаевна. – Я наконец-то поняла, что счастье – это когда тебя окружают любящие люди, и ты не обращаешь внимания на тех, кто пытается это счастье омрачить.
Олег подмигнул тёще:
– А я говорил, что путёвка в санаторий – отличная идея!
– Дело не в путёвке, – покачала головой Светлана Николаевна. – Хотя спасибо вам огромное. Дело в том, что я наконец-то научилась ценить то, что имею, и не бояться защищать свою семью. Даже от злых языков.
– Бабуль, я не понимаю, о чём вы все, – вмешалась Ира, – но когда ты уедешь отдыхать, можно я буду поливать твои фиалки?
Все рассмеялись, а Светлана Николаевна обняла внучку:
– Конечно, маленькая. А ещё привезу тебе из санатория самый красивый магнит на холодильник!
– А я хочу ракушку! – заявила Ира.
– Там нет моря, – улыбнулась Саша.
– Тогда камушек какой-нибудь необычный!
Они сидели за столом – дочь, зять, внучка и она сама – и были самой настоящей, крепкой семьёй. И никакие сплетни соседок не могли этого изменить.
Марина сняла квартиру в старом доме, а потом узнала, кто живёт за стеной