Родня требовала купить холодильник вместо поездки на море: но ее ответ ошарашил их

Чемодан стоял у двери, билеты на столе, а за спиной звучали упрёки. «Мы тут еле сводим концы с концами, а ты деньги транжиришь!»

Галя вздохнула, аккуратно складывая в косметичку свои немногочисленные баночки с кремами. Год… Год она копила на эту поездку к морю. Год она отказывала себе в новой одежде, кафе с подругами, даже в новых туфлях, хотя старые уже совсем прохудились.

– И почему я должна слушать всё это? – тихо произнесла она, не оборачиваясь к своей золовке Татьяне, которая стояла, подбоченясь, в дверном проёме.

– Потому что мы семья! – выкрикнула Татьяна, её лицо покраснело от возмущения. – А в семье всё решается сообща! Вот скажи, Влад, разве я не права?

Муж Гали сидел на диване, уткнувшись в телефон, всем видом показывая, что не хочет участвовать в этом разговоре. Но под настойчивым взглядом сестры нехотя поднял голову.

– Таня, давай не будем, а? Галя давно планировала эту поездку…

– Вот именно, ПЛАНИРОВАЛА! – вклинилась Татьяна. – А мы с Лёшей уже полгода планируем купить новый холодильник. Старый-то еле дышит! А денег всё нет и нет. И тут твоя жена собирается кучу денег на море выкинуть!

Галя резко обернулась. В голосе появились стальные нотки:

– Татьяна, это МОИ деньги. Заработанные МНОЙ. И я не обязана отчитываться, куда и как их трачу.

– Ах, вот как теперь заговорила! – всплеснула руками Татьяна. – А когда вы с Владом квартиру покупали, и мама наша последние сбережения вам отдала – ты тогда по-другому рассуждала!

– Мама дала нам в долг, и мы его полностью вернули, – Галя старалась говорить спокойно, но пальцы, сжимавшие тюбик с кремом, побелели от напряжения.

– А ты забыла, как три года назад без работы осталась? Кто тебя кормил, поил?

Галя горько усмехнулась. Когда банк, в котором она проработала семь лет специалистом по кредитованию, обанкротился, и она в одночасье осталась без работы, никто из родни не предложил ей финансовой помощи. Никто. Влад тогда только начинал свой бизнес по ремонту компьютерной техники, денег едва хватало на коммунальные платежи и еду.

И когда она попросила у свекрови или Татьяны немного занять – до первой зарплаты на новом месте – они отказали. Зато поучать и советовать, как экономить, были мастера. И теперь эти люди указывают ей, как распоряжаться СВОИМИ деньгами?

– Никто меня не кормил, Таня, – голос Гали звенел от сдерживаемых эмоций. – Я четыре месяца сидела на гречке и макаронах. Продала свои серьги, чтобы за интернет заплатить и резюме рассылать. А вы – ни разу, ни одного раза не предложили помощь. Только советы давали. И теперь, когда я наконец могу позволить себе ОДИН раз в жизни съездить на море…

– Море у неё! – фыркнула Татьяна. – Лучше бы родителям мужа помогла! У отца давление скачет, лекарства дорогие…

– А когда мне самой нечего было есть, где вы были?

Влад поднялся с дивана, подошёл к жене и обнял её за плечи.

– Перестаньте обе, – устало произнёс он. – Галя едет и точка.

– Ну конечно! – всплеснула руками Татьяна. – Защищай свою благоверную! Только потом не прибегайте ко мне занимать, когда она снова останется без работы!

Галя почувствовала, как у нее лопнуло терпение.

– Знаешь что, Таня, – медленно произнесла Галя, закрывая косметичку. – Ваша семья больше ни копейки от меня не получите! Ни на подарки, ни на праздники, ни на что. Раз уж я такая плохая – будьте последовательны, не берите у меня ничего.

Татьяна открыла рот, потом закрыла, явно не ожидав такого отпора.

– Галя, – неуверенно произнёс Влад. – Может, не надо так резко…

– А как надо, Влад? – Галя посмотрела мужу прямо в глаза. – Сколько ещё я должна терпеть эти бесконечные упрёки? Когда мы в последний раз куда-то ездили отдыхать? Не в деревню к твоим родителям грядки полоть, а просто – для себя?

Влад помолчал, потом кивнул.

– Ты права. Езжай, отдохни. Я разберусь здесь.

– Ах вот как! – голос Татьяны задрожал от обиды. – Значит, я теперь плохая, да? Волнуюсь о семье, о родителях, а я плохая?

Галя устало покачала головой.

– Никто не говорит, что ты плохая, Таня. Моя зарплата, мои деньги – это МОЁ личное. Я не лезу в ваш с Лёшей бюджет, не указываю, куда тратить деньги. Почему ты считаешь, что имеешь право указывать мне?

***

Вечером, когда Татьяна ушла, хлопнув дверью и пообещав рассказать свекрови о «неблагодарной невестке», Галя сидела на кровати, перебирая вещи. Сомнения грызли её. Может, действительно не стоило тратить деньги на поездку? Может, лучше было отдать их свёкрам на лекарства? Или Тане с Лёшей на холодильник?

Влад сел рядом, взял её за руку.

– Прости за сестру. Она… она просто такая. Всегда считает, что знает, как лучше для всех.

– Её не волнует, как лучше для меня, – тихо ответила Галя. – Для твоих родителей – да, для своего мужа – да, для тебя… может быть. Но не для меня.

Влад помолчал, потом кивнул.

– Я понимаю. И… ты права. Мы давно никуда не выбирались. Я всё время в работе, ты тоже… – он потёр переносицу. – Знаешь, я тут подумал… а может, мне к тебе присоединиться? Не на всю поездку, конечно, у меня клиенты… но хотя бы на пару дней? Тоже возьму билет, прилечу…

Галя удивлённо подняла глаза. За восемь лет брака Влад ни разу не предлагал вместе поехать отдыхать – всегда находились причины: то работа, то родители, то дела…

– Правда?

– Правда, – он улыбнулся. – И… – Влад замялся, – я думаю, тебе стоит поговорить с мамой. Напрямую. Без Таньки. Объяснить ситуацию. Мама поймёт, она не злая, просто… Таня на неё сильно влияет.

Галя грустно усмехнулась. Валентина Сергеевна, её свекровь, была женщиной неплохой, но чересчур поддающейся влиянию. А Татьяна как старшая дочь имела на мать неограниченное воздействие. Что бы Таня ни сказала – для Валентины Сергеевны это была истина в последней инстанции.

– Я устала объясняться, Влад. Устала оправдываться за каждую потраченную копейку. Устала делать вид, что меня не задевает, когда твоя сестра устраивает досмотр моих покупок из продуктового. «Ой, а что это у тебя? Сыр такой дорогой? А может, обычный российский взять было? А зачем тебе эта косметика, разве нельзя подешевле найти?»

– Я поговорю с ней, – решительно сказал Влад. – И с мамой тоже. Всё это зашло слишком далеко.

***

На следующее утро Галя проснулась от звука дверного звонка. На пороге стояла Валентина Сергеевна, непривычно растерянная и смущённая.

– Галечка, можно войти? – неуверенно спросила она. – Мне Влад звонил… Рассказал всё.

Галя молча посторонилась, пропуская свекровь в квартиру.

– Я чай поставлю, – буркнула она, направляясь на кухню.

– Не надо, я ненадолго, – Валентина Сергеевна прошла за ней. – Галя, ты должна понять… когда человек постоянно живёт в бедности, экономит на всём, считает каждую копейку… это входит в привычку. Мы с отцом Влада всю жизнь так жили – еле сводили концы с концами. И детей так воспитывали – экономить, отказывать себе, помогать семье.

– И что в этом плохого? – пожала плечами Галя. – Я тоже экономлю. Но не для того, чтобы отдать всё заработанное родне, а чтобы самой иногда что-то себе позволить.

– Вот! – Валентина Сергеевна подняла палец. – Вот оно! «Себе позволить»! Для нас это всегда было… почти неприличным. Эгоистичным. Мы привыкли – всё в семью, всё детям, всё близким. И когда кто-то поступает иначе… это кажется нам неправильным, понимаешь?

Галя устало опустилась на стул напротив.

– Понимаю. Но вы должны понять и меня. Когда я осталась без работы, никто из вас не предложил мне помощи. Хотя бы временной. Зато сейчас, когда у меня наконец-то есть средства, все вдруг вспомнили, что мы – одна семья…

***

Галя сидела на шезлонге, подставив лицо ласковому солнцу, и впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему спокойной. Рядом на песке сидел Влад.

– Не жалеешь, что прилетел? – спросила Галя, глядя на мужа.

– Шутишь? – он поднял голову, улыбнулся. – Лучшее решение за весь год! Жалею только, что не смогу остаться с тобой на все десять дней.

– Ничего, и три дня – это замечательно, – она протянула руку, коснулась его плеча. – Спасибо.

– За что?

– За то, что поддержал. За то, что поговорил с родителями. За то, что… встал на мою сторону.

Телефон в кармане Влада завибрировал. Он достал его, глянул на экран и нахмурился.

– Что там? – спросила Галя.

– Таня, – он поморщился. – Пишет, что у отца давление подскочило, лежит, отказывается к врачу идти. Спрашивает, не смогу ли я приехать пораньше, поговорить с ним.

Галя почувствовала, как внутри что-то сжалось.

– Насколько пораньше?

Влад вздохнул, пробежал пальцами по экрану.

– Она предлагает мне поменять обратный билет на завтрашний рейс.

– Но… – Галя запнулась. – У тебя же билет на послезавтра. Мы всего один день вместе провели.

– Я знаю, – Влад выглядел растерянным. – Но если с отцом что-то серьезное…

Галя отвернулась, глядя на море. Порыв ветра донёс запах водорослей и соли.

– Ты езжай, конечно, – наконец произнесла она. – Как можно спорить, если родителю плохо?

Влад с облегчением вздохнул, обнял жену.

– Спасибо за понимание. Напишу ей, что буду завтра.

Галя наблюдала, как он быстро набирает сообщение. Что-то внутри неё протестовало. Она слишком хорошо знала тактику Татьяны – та всегда находила способ вмешаться, если ей казалось, что брат уделяет жене слишком много внимания.

– Влад… – осторожно начала Галя. – А ты не мог бы позвонить отцу? Прямо сейчас? Просто убедиться…

– В каком смысле? – нахмурился он.

– Ну, удостовериться, что всё действительно так серьёзно, как говорит Татьяна.

Влад пристально посмотрел на жену.

– Ты считаешь, она преувеличивает?

– Я не знаю, – честно сказала Галя. – Просто… это же Таня. Она всегда так делает – если ей что-то не нравится, находит причину вмешаться. И вот сейчас, когда мы наконец-то вместе отдыхаем…

– Ты серьёзно думаешь, что моя сестра будет ВРАТЬ о здоровье нашего отца?! – в голосе Влада появились металлические нотки. – Только для того, чтобы испортить тебе отдых?

– Нет, не врать, – поспешила объясниться Галя. – Но, возможно, преувеличивать. Ты же знаешь, у твоего отца скачет давление уже много лет… А я просто предложила позвонить и узнать ситуацию точнее.

Влад поднялся, отряхивая песок с шорт.

– Хорошо, я позвоню.

Он отошёл на несколько шагов, набрал номер. Галя наблюдала, как он разговаривает, жестикулирует, несколько раз качает головой. Наконец, он вернулся, сел рядом.

– Ну и как? – спросила она.

– Отец говорит, что всё нормально, просто небольшое недомогание, – Влад потёр переносицу. – Но голос у него слабый. И мама на заднем плане причитает, чтобы он не храбрился… – он замолчал, потом решительно сказал: – В общем, я всё-таки поеду завтра. На всякий случай.

Галя кивнула, стараясь скрыть разочарование.

– Конечно. Я понимаю.

Вечером они поужинали в небольшом ресторанчике на набережной. Влад был молчалив, часто проверял телефон. Галя тоже не находила слов – она злилась, но понимала, что не имеет права требовать от мужа оставаться с ней, если его отцу нездоровится. И всё же… неприятный осадок оставался.

– Прости, – внезапно произнёс Влад, накрывая её ладонь своей. – Я знаю, ты расстроена.

– Да ничего, – Галя натянуто улыбнулась. – Я понимаю. Это же твой отец.

– И всё же… – он вздохнул. – Я обещал тебе эти три дня. Без работы, без семейных проблем. Только ты и я.

– В следующий раз, – она пожала плечами. – Когда-нибудь.

Влад долго молчал, вертя в пальцах вилку, затем произнёс:

– Знаешь, возможно, ты права. Насчёт Тани.

– В каком смысле?

– В том, что она… не то чтобы врёт, но… – он запнулся, подбирая слова. – Она всегда всё драматизирует. Особенно когда речь идёт о родителях. И потом… есть же мама, Лёша, соседи… Почему именно я должен срываться с отдыха, чтобы поговорить с отцом?

Галя прикусила губу, не зная, что сказать. Любой её ответ мог быть воспринят как манипуляция.

– Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым, как бы ты ни поступил, – осторожно сказала она. – Если ты решишь уехать – я пойму. Если останешься – тоже пойму.

Влад кивнул, продолжая крутить вилку в пальцах.

– Знаешь, что самое плохое? – наконец произнёс он. – То, что мы даже сейчас, здесь, за тысячи километров от дома, не можем просто наслаждаться отдыхом. Всё равно эта… – он осёкся, – эта семейная ерунда настигает нас.

– Так всегда, – грустно улыбнулась Галя. – От родни не убежишь.

На следующее утро они позавтракали в номере. Влад был задумчив, несколько раз брался за телефон и снова откладывал его.

– Звони, – наконец сказала Галя. – Узнай, как там отец.

Влад послушно взял трубку, набрал номер.

– Мам, привет. Как папа? – он помолчал, слушая ответ. – Понятно. А лекарства принимает? Хорошо… И что врач говорит? – ещё пауза. – Ясно. Слушай, мам, я тут подумал… Может, мне не нужно приезжать? Раз уж папе лучше… Что? Нет, я не… Да, но… Ладно, хорошо, спрошу…

Он закрыл трубку ладонью, обратился к Гале:

– Мама говорит, что папе лучше, но он всё равно расстроен, что я не еду. И спрашивает, не могли бы мы оба приехать на пару дней раньше. Типа, раз уж всё равно улетать…

Галя почувствовала, как внутри всё обрывается. Три года она копила на этот отпуск. Три года отказывала себе во всём… И теперь, когда до конца поездки осталось всего пять дней – они хотят, чтобы она вернулась раньше? Чтобы снова окунуться в семейные дрязги, в эту атмосферу вечных попрёков и контроля?

– Нет, – твёрдо сказала она. – Я не поеду.

Влад вздохнул, поднёс телефон к уху.

– Мам, извини, но Галя не может прервать отпуск… Нет, у неё оплачено… Да… Да, я понимаю. Хорошо, передам… Да. Пока.

Он отключил телефон, бросил его на кровать.

– И что? – спросила Галя.

– Папе лучше. Давление в норме. Но он очень расстроен… – Влад замялся. – В общем, я решил, что останусь с тобой. Как и планировали.

Галя моргнула, не веря своим ушам.

– Правда?

– Правда, – он улыбнулся, притянул её к себе. – Ты права. Тут не жизнь и здоровье на кону, а… всё те же семейные манипуляции. Не знаю, нарочно они или нет, но… У нас всего два дня вместе. Давай просто насладимся ими, а потом я вернусь домой как планировал, займусь родителями и всем остальным. А ты ещё пять дней побудешь здесь, отдохнёшь нормально.

Галя обняла его, уткнувшись лицом в плечо.

– Спасибо.

– За что?

– За то, что впервые за все эти годы… поставил меня на первое место.

Он молча гладил её по спине, и Галя понимала, что ему непросто. Что он чувствует вину перед родителями. Что эта ситуация будет иметь последствия – Таня не простит, что брат не примчался по первому зову, начнутся новые упрёки, новые обиды…

И всё же, несмотря на это, сейчас, в эту минуту, ей было спокойно. Потому что впервые за долгое время она чувствовала, что для своего мужа она – не просто функция, не просто часть семейного механизма, а самостоятельная личность. Человек, чьи желания и планы тоже имеют значение.

Два дня пролетели незаметно. Они плавали, загорали, гуляли по набережной и ели морепродукты в прибрежных кафе. Телефон Влада звонил несколько раз – он коротко отвечал, что всё в порядке, что приедет послезавтра, как и планировал. Галя не спрашивала, кто звонил. Она и так знала.

Накануне отъезда Влада они долго сидели на пляже, глядя, как волны набегают на берег.

– Как думаешь, они сильно злятся? – наконец спросила Галя.

– Кто? – притворно удивился Влад, но сразу сдался. – А, ты про… Да, скорее всего.

– И что теперь будет?

Влад пожал плечами.

– Не знаю. Придётся объясняться, оправдываться… Но знаешь, – он повернулся к ней, взял её руку в свою, – мне всё равно. Потому что эти два дня того стоили.

– Правда?

– Правда, – он поцеловал её пальцы. – Мы так давно не были просто вдвоём, без всего этого… шума. Я и забыл, как это – быть просто мужем и женой, а не частью большой суматошной семьи.

Галя прислонилась к его плечу.

– Знаешь, я тут думала… Может, нам стоит уехать?

– В смысле?

– В смысле – переехать в другой город. Начать всё заново. Без тотального контроля твоей семьи.

Влад помолчал, разглядывая горизонт.

– Это… серьёзный шаг, – наконец произнёс он. – У меня бизнес, клиентская база… У тебя работа, коллеги…

– Я знаю, – кивнула Галя. – Просто подумала… Может, оно того стоит? Ради возможности жить своей жизнью, без вечных претензий и упрёков?

– Может и стоит, – задумчиво сказал Влад. – Но, с другой стороны, а что мешает нам жить своей жизнью прямо там? Просто… научиться говорить «нет»? Не идти на поводу у Тани, родителей? Не позволять им вмешиваться?

– Как будто это так просто, – вздохнула Галя. – Ты же видишь – мы за тысячи километров уехали, и всё равно они нас достали.

– И всё же… мы справились, верно? Я остался с тобой, мы провели эти два дня вместе. Разве это не победа?

Галя улыбнулась, сжала его руку.

– Победа. Маленькая, но победа.

– Вот именно, – кивнул Влад. – Маленькие победы ведут к большим. Может, не стоит сразу бросаться в крайности? Может, просто… начать устанавливать границы? Учиться говорить «нет»? Не отчитываться за каждую копейку?

– И ты сможешь? – с сомнением спросила Галя. – Сказать «нет» своей маме? Своей сестре?

– Придётся, – Влад поморщился. – Иначе… я рискую потерять гораздо больше.

– Что именно?

– Тебя, – просто сказал он. – И… себя. Свою самостоятельность. Свою жизнь. Я всю жизнь был примерным сыном, примерным братом… Пора стать примерным мужем. Для начала.

Галя вздохнула, глядя на море. Она не знала, хватит ли у Влада решимости и сил противостоять натиску его семьи. Сможет ли он действительно научиться говорить им «нет». Это будет нелегко – годами выстроенные модели поведения не меняются в одночасье. Будут и срывы, и возвращение к старым привычкам, и чувство вины, и манипуляции со стороны родни…

Но маленький шаг уже сделан. И это уже что-то. Что-то, на что можно опереться, от чего можно оттолкнуться. Не идеальное сказочное разрешение всех проблем, а просто… начало пути. Долгого и сложного пути к нормальным отношениям. К уважению. К пониманию.

Они замолчали, глядя, как солнце медленно погружается в море. Впереди был долгий путь. Возвращение домой, новые конфликты, новые проблемы… Но сейчас, в эту минуту, сидя на пляже и держась за руки, они оба чувствовали, что что-то важное в их жизни изменилось. И пусть впереди ещё множество трудностей – они будут встречать их вместе. И справятся.