Ира мыла полы и планировала перестановку, когда муж спокойно заявил: «Мы сдаём квартиру, а жить будем у моих родителей». Она замерла со шваброй в руке, не веря своим ушам. Юра стоял в дверном проёме кухни — расслабленный. Будто только что сообщил о планах сходить в магазин за хлебом.
— Ты это серьезно? — спросила Ира, чуть не выронив швабру.
— Абсолютно, — он потянулся за яблоком из вазы. — Мама звонила. У них комната пустует с тех пор, как Вадик уехал. А нам можно неплохо заработать.
Ира молча смотрела на мужа. Три года вместе, два — в этой квартире. Она потратила месяцы, чтобы сделать из этих стен настоящий дом. Стены покрасили в тёплые оттенки, подобрали мебель, которая идеально вписывалась в небольшое пространство. И сейчас Юра, жуя яблоко, одним предложением перечеркнул всё.
— Нет, — твердо сказала Ира.
— Что значит «нет»? — Юра наконец-то посмотрел на неё, перестав изучать ленту новостей в телефоне.
— Это значит, что я не собираюсь переезжать к твоим родителям.
Юра вздохнул, словно объяснял прописные истины маленькому ребенку:
— Ира, будь благоразумной. Сейчас цены на аренду взлетели. Мы можем получать 75 тысяч в месяц. А у родителей будем жить вообще без платы за коммуналку.
— Моя работа в пяти минутах отсюда! — Ира почувствовала, как к лицу приливает кровь. — Ты хочешь, чтобы я каждый день тратила два часа на дорогу? И это после восьмичасовой смены в торговом центре?
— На метро доедешь за сорок минут, — отмахнулся Юра. — А деньги нам нужны. Ты же знаешь, что в туристическую компанию сейчас мало кто обращается.
Они купили эту квартиру в ипотеку два года назад, взяв первый взнос в долг у дяди Иры. Юра работал в туристической фирме и зарабатывал неплохо, но последнее время дела шли всё хуже.
Ира устроилась администратором в крупный торговый центр, ей нравился дружный коллектив и стабильная зарплата. До работы она могла дойти пешком за пять минут — и это было огромным преимуществом.
— А как же наше личное пространство? — Ира скрестила руки на груди. — Как мы будем жить под одной крышей с твоими родителями? Ты забыл, что твоя мама постоянно всех контролирует? А папа включает телевизор на полную громкость?
— Всего на полгода, максимум на год, — Юра подошёл и попытался обнять жену, но она отстранилась. — Мы скопим денег, я найду более прибыльную работу, и вернёмся.
— А если нет? Если из полугода получится два-три года? — в голосе Иры зазвенели слёзы. — Мы же только начали жить самостоятельно.
— Сейчас не время для гордости, — голос Юры стал жёстче. — Надо мыслить практично. Моя сестра так делала — сдавала квартиру, пока жила у родителей. Зато купила себе машину.
— Твоя сестра не замужем и прекрасно ладит с твоей мамой, — Ира открыла окно, ей не хватало воздуха. — А я устаю на работе. Мне нужно место, где я могу расслабиться.
— У родителей тоже можно расслабиться!
— Нет, нельзя! Твоя мама будет постоянно спрашивать, когда мы планируем детей. Твой отец будет заставлять меня смотреть новости и обсуждать политику. Я хочу приходить домой и быть собой. А не натягивать улыбку и притворяться идеальной невесткой!
Ира включила чайник. В горле пересохло от напряжения.
— Ты драматизируешь, — Юра устало провел рукой по лицу. — Родители нам помогают. Когда у нас не хватило на холодильник, кто деньги дал?
— И твоя мама напоминает об этом при каждом удобном случае, — парировала Ира. — Я не хочу копить ещё больше таких «долгов благодарности».
— Значит, тебе важнее твой комфорт, чем наше будущее? — Юра повысил голос.
— А тебе важнее деньги, чем моё спокойствие? — не осталась в долгу Ира.
Они замолчали. В тишине отчётливо слышалось бульканье закипающей воды.
— Знаешь, — наконец произнесла Ира, — когда я выходила за тебя замуж, я думала, что мы будем строить свою жизнь. Вместе. А не возвращаться к родителям при первых трудностях.
— Я и строю нашу жизнь! — Юра стукнул кулаком по столу, чашки подпрыгнули. — Что плохого в том, чтобы временно переехать, если это поможет нам финансово?
— Дело не в переезде. Дело в том, что ты принял решение за нас обоих. Просто поставил перед фактом.
Юра молчал, но в его глазах читалось упрямство.
— Иногда нужно идти на компромиссы ради общего блага, — наконец сказал он.
— Компромисс — это когда обе стороны чем-то жертвуют, — ответила Ира. — А здесь жертвую только я. Своим комфортом, свободой, временем. Пока ты будешь спокойно работать рядом с домом родителей, это я буду мотаться через весь город!
Чайник щелкнул, закончив свое дело. Но чай никто не собирался пить.
***
Следующие три дня они почти не разговаривали. Юра демонстративно спал на диване, а Ира делала вид, что её это не задевает. Напряжение в квартире нарастало.
На четвёртый день Ира вернулась с работы и увидела на столе свой любимый десерт — чизкейк из соседней кондитерской.
— Я нашел выход, — сказал Юра, встречая её у двери. Ира вздрогнула — не ожидала увидеть мужа дома так рано. — Давай сядем и поговорим.
Ира молча разулась и прошла на кухню. Юра уже заварил чай и достал красивые чашки, которые они обычно используют только для гостей.
— Я тебя слушаю, — сказала Ира, присаживаясь за стол.
— Я обсудил ситуацию с Михаилом, моим шефом. Он сказал, что может перевести меня на другую позицию. Я буду заниматься корпоративными клиентами. Платят больше, но нужно будет много ездить. Возможно, даже командировки.
— И ты согласился? — Ира осторожно отпила чай, изучая выражение лица мужа.
— Да. Начинаю со следующей недели, — Юра придвинул к ней тарелку с чизкейком. — Это значит, что мы можем остаться в нашей квартире. Но мне придется много работать. Возможно, я буду реже бывать дома.
Ира почувствовала облегчение, смешанное с чувством вины.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Мне правда важно иметь свой дом.
— Я знаю, — кивнул Юра. — Просто… мне страшно. Денег всё меньше, а платежи по ипотеке никто не отменял. Родители казались таким простым решением.
— Мне тоже страшно, — призналась Ира. — Но жить с твоей мамой… Это было бы концом нашего брака. Она бы постоянно вмешивалась.
Юра грустно усмехнулся:
— Да, ты права. Я просто не хотел этого признавать.
Они ели чизкейк в тишине, но теперь это была уютная тишина. Буря миновала.
— Кстати, — вдруг оживился Юра. — У меня есть еще одна идея. Наша спальня довольно большая. Мы могли бы сдавать её через сервис краткосрочной аренды для туристов, а сами спать в гостиной. Не постоянно, а когда будут желающие.
Ира задумалась:
— Ты хочешь, чтобы в нашем доме жили посторонние?
— Только в одной комнате. И только на несколько дней. Зато это дополнительный доход.
Ира покачала головой:
— Юр, давай сначала попробуем вариант с твоей новой работой. А если не получится справляться с платежами, тогда будем думать о более радикальных мерах.
— Хорошо, — согласился он. — Шаг за шагом.
Ира взяла его за руку:
— Только пообещай, что в следующий раз, прежде чем принимать решения, которые касаются нас обоих, мы обсудим всё вместе.
— Обещаю, — Юра сжал её пальцы.
— Я тоже, — Ира улыбнулась. — Будем считать, что это был наш первый серьёзный кризис, и мы его пережили.
— Первый, но не последний, — хмыкнул Юра.
***
Прошло два месяца. Юра действительно стал больше работать и реже бывать дома. Иногда он возвращался так поздно, что Ира уже спала. Она видела его усталость и начинала сомневаться, было ли её упрямство оправданным.
За ужином Ира спросила:
— Как дела на новой должности?
Юра пожал плечами:
— Нормально. Клиенты есть, но не так много, как обещал Михаил.
— А командировки?
— Пока не было, — Юра поковырял вилкой в тарелке. — Но со следующего месяца, возможно, придется ездить.
Они ели в тишине. Ира чувствовала, что муж что-то недоговаривает.
— Юр, у нас всё в порядке с деньгами? Мы справляемся с платежами? — наконец спросила она.
Юра поморщился:
— Пока да. Но в обрез. Я сократил все свои расходы до минимума.
— Я тоже могу больше экономить, — предложила Ира. — Может, брать дополнительные смены?
— Ты и так работаешь на пределе, — покачал головой Юра. — Приходишь домой и валишься с ног.
Ира знала, что он прав.
— Может, родители могут нам помочь? — осторожно спросила она.
Юра резко поднял голову:
— Ты сама не хотела к ним переезжать. А теперь предлагаешь просить денег?
— Не просить, а занять, — поправила Ира. — На несколько месяцев, пока ты не освоишься на новой позиции.
— Нет, — отрезал Юра. — Я не буду просить у них. Я справлюсь сам.
— Мы, — тихо поправила Ира. — Мы справимся.
Юра кивнул, но в его взгляде читалась неуверенность.
***
Неделю спустя Ира вернулась домой и застала Юру за компьютером. Он что-то быстро печатал, и на его лице было выражение крайней сосредоточенности.
— Что делаешь? — спросила Ира, скидывая туфли.
— Составляю объявление, — не отрываясь от экрана, ответил Юра.
— Какое объявление?
Юра повернулся к ней:
— О сдаче комнаты. Не всей квартиры, а только одной комнаты. Мы можем освободить спальню и перейти в гостиную. А спальню сдадим.
Ира медленно опустилась на стул.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно, — кивнул Юра. — Это компромисс. Не переезжаем к родителям, но и не упускаем возможность дополнительного дохода.
Ира представила, как в их маленькой квартире появится посторонний человек. Как придётся делить ванную, кухню. Как исчезнет возможность просто расслабиться, побыть собой.
— Юра, наша квартира всего 45 квадратов. Две комнаты, одна из которых проходная. Как ты представляешь здесь жить с посторонним человеком?
— Найдём того, кто работает допоздна. Или студента, который будет только ночевать. Ир, нам нужны деньги. Платеж по ипотеке в этом месяце я еле наскрёб.
Ира видела, что муж измотан. Тёмные круги под глазами, осунувшееся лицо. Он действительно пытался решить их финансовые проблемы.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Давай попробуем. Но если станет невыносимо, вернёмся к обсуждению других вариантов.
— Спасибо, — с облегчением выдохнул Юра.
На следующий день они переставили мебель. Спальня теперь выглядела пустой и безликой — все личные вещи вынесли, оставив только кровать, шкаф и тумбочку. Гостиная, наоборот, стала тесной — туда перенесли рабочий стол Юры и часть вещей из спальни.
— Видишь, не так уж и плохо, — пытался подбодрить Юру, раскладывая диван, который теперь служил им кроватью.
Ира кивнула, но внутри чувствовала горечь. Их уютное гнёздышко превращалось в коммуналку.
Через три дня у них появился жилец — студент-заочник, приехавший на сессию. Он работал или сдавал сессию днём, а вечером занимался в библиотеке. В квартире появлялся только ночевать, так что поначалу всё было не так уж плохо.
Но потом начались бытовые неудобства. Очередь в ванную по утрам. Необходимость готовить еду так, чтобы запах не мешал жильцу. Невозможность поговорить на кухне о личном, потому что тонкие стены не скрывали звуки.
Через месяц сессия закончилась, и студент съехал. Но их финансовые проблемы никуда не делись. Юра нашел нового жильца — молодую девушку, работающую в супермаркете на кассе. График у неё был сменный, и теперь они с Ирой постоянно сталкивались с ней на кухне, в коридоре или в ванной.
— Может, хватит уже? — не выдержала Ира после очередного неловкого столкновения в коридоре, когда она в наспех надетом халате наткнулась на соседку. — Давай всё-таки пересмотрим наше решение.
— И что ты предлагаешь? — устало спросил Юра. — У меня зарплата нестабильная, у тебя — копейки. Ипотека висит, плюс долг дяде. Что, по-твоему, мы должны делать?
Ира молчала. Она знала, что Юра прав. Но и жить так дальше становилось невыносимо.
— Послушай, — Юра сел рядом с ней на диван. — Я поговорил с родителями. Они согласны дать нам денег на первый взнос за квартиру поменьше. Мы можем продать эту, расплатиться с ипотекой и дядей, и купить однушку без долгов.
— Однушку? — переспросила Ира. — Мы с тобой, взрослые люди, будем жить в однокомнатной квартире?
— Зато она будет наша. Полностью. Без ипотеки и жильцов, — Юра взял её за руки. — Это не идеально, но хотя бы решит нашу проблему с деньгами…
Ира задумалась. Продать их первое семейное гнездо. Отказаться от мечты о просторной квартире, где когда-нибудь будет детская. Перейти с ипотеки в 15 лет на жизнь в маленькой однушке.
Но зато без долгов дяде и посторонних людей.
— А родители не будут потом попрекать нас этими деньгами? — спросила она.
— Я поставил условие, что это не подарок, а именно заём. Мы вернем им, когда встанем на ноги.
Ира глубоко вздохнула.
— Хорошо. Давай так и сделаем.
Когда Юра ушел звонить родителям, Ира осталась одна в гостиной. Она смотрела на стены, которые они с таким энтузиазмом красили два года назад. На шторы, которые выбирали вместе. На фотографии их первого года совместной жизни.
Всё это придётся оставить позади.
«Может, стоило тогда согласиться на переезд к его родителям?» — промелькнула предательская мысль. Но Ира тут же отогнала её. Нет, это был бы конец их отношений.
***
Родители Юры приехали в точно назначенное время. Валерий Иванович, как обычно, привез домашние соленья, а Нина Васильевна — огромный пакет с продуктами, будто дети голодают.
— Ирочка, ты похудела? — с порога спросила свекровь, придирчиво оглядывая невестку.
— Мама, — Юра закатил глаза, — мы взрослые люди. Справляемся как-то без твоего контроля.
— Вот именно, что «как-то», — проворчала Нина Васильевна, проходя на кухню, где за столом сидела их жилица. — А это кто?
— Наша квартирантка, Света, — представил Юра. — Света, мои родители.
Девушка кивнула и поспешно скрылась в спальне.
— Вы что, комнату сдаёте? — удивился Валерий Иванович.
— Да, пап. Чтобы легче было с ипотекой.
— А сами где спите?
— В гостиной, на диване, — ответил Юра.
Родители обменялись взглядами.
— И как давно у вас такая… ситуация? — осторожно спросила Нина Васильевна.
— Второй месяц, — ответила Ира, выставляя на стол тарелки. — Присаживайтесь, сейчас будем ужинать.
За ужином Валерий Иванович, как обычно, завел разговор о новостях и политике. Ира вежливо кивала, подкладывая гостям еду.
— Юра сказал, вы хотите обсудить что-то важное, — наконец перешла к делу Нина Васильевна. — Мы слушаем.
Юра откашлялся:
— Мы подумали о вашем предложении помочь.
— Но не о переезде к вам, — быстро добавила Ира. — А о займе на первый взнос за однокомнатную квартиру.
— Мы продадим эту, закроем ипотеку и долг дяде. И купим жильё поменьше, но без долгов, — объяснил Юра. — Сможем вернуть вам деньги через год-полтора.
— То есть вы отказались переезжать к нам, но теперь просите денег? — уточнила Нина Васильевна.
— Мы просим не подарок, а заём, — твёрдо сказала Ира. — С конкретными сроками возврата.
Родители Юры переглянулись.
— А почему бы вам просто не переехать к нам? — предложил Валерий Иванович. — Сдадите эту квартиру целиком, будете получать больше.
— Потому что нам важно жить отдельно от вас, — ответил Юра. — Мы с Ирой это уже обсуждали.
— Важнее, чем финансовая стабильность? — приподняла бровь Нина Васильевна. — Смотрите, как живёте — соседка за стенкой, сами на диване. Это лучше, чем у родителей в отдельной комнате?
Ира молчала, глядя в тарелку. Аргумент был справедливым.
— Да, лучше, — неожиданно твёрдо ответил Юра. — Мам, пап, вы замечательные, но нам с Ирой нужно строить свою семью. Своими силами.
— Которых явно не хватает, раз вы просите у нас деньги, — заметил Валерий Иванович.
— Мы просим заём! — повторил Юра. — Который вернём с процентами.
— А если не сможете? — спросила Нина Васильевна. — Если у Иры сократят ставку? Или ты потеряешь работу? Вы же еле сводите концы с концами сейчас.
Повисла тяжёлая пауза.
— Знаете что, — наконец сказала Ира. — Забудьте. Мы справимся сами.
Родители Юры недоуменно переглянулись.
— Ира, не горячись, — попытался успокоить её Юра. — Родители просто беспокоятся о нас.
— Нет, они ставят условия, — покачала головой Ира. — Как обычно. Помощь в обмен на контроль. Мы просили заём, как взрослые люди. А в ответ получили лекцию о том, какие мы никчёмные.
— Никто такого не говорил! — возмутилась Нина Васильевна. — Мы лишь хотим защитить вас от ошибок.
— А может, нам нужно делать свои ошибки? — тихо спросила Ира. — Может, в этом и есть взросление?
После ухода родителей Юра и Ира долго сидели молча.
— Прости, — наконец сказал Юра. — Я думал, они согласятся.
— Всё в порядке, — Ира устало потёрла глаза. — Найдём другой способ.
— Какой? — с горечью спросил Юра. — Сдавать комнату дальше? Переехать в комнату в коммуналке?
Ира не ответила. Она не знала ответа на этот вопрос.
***
Прошло полгода. Жизнь с квартирантами стала привычной, хотя и не перестала раздражать. Они сменили уже троих жильцов, и сейчас у них жил тихий аспирант, который целыми днями пропадал в университете.
— Я устала, Юра, — призналась однажды Ира. — От скандалов с квартирантами. От скрипучего дивана. От постоянного напряжения из-за денег. Полгода мы выдержим у твоих родителей. А потом вернёмся.
Они сидели на кухне, за окном моросил дождь.
— Есть два варианта, — медленно сказал Юра. — Первый — мы переезжаем к родителям. На полгода, максимум на год. Сдаём квартиру целиком, гасим часть ипотеки, и возвращаемся.
— А второй? — спросила Ира, хотя уже догадывалась.
— Продаём квартиру. Закрываем ипотеку. Снимаем комнату где-нибудь. И копим на первый взнос за что-то попроще.
Ира посмотрела на мужа. Оба варианта были болезненными. Оба означали поражение их мечты о собственном доме.
— Давай к родителям, — наконец сказала она. — Но только на полгода. И мы установим чёткие правила.
Юра удивлённо приподнял брови:
— Серьёзно? Ты согласна?
***
Через неделю они переехали к родителям Юры. Нина Васильевна встретила их с распростертыми объятиями, даже не сказав «я же говорила». Валерий Иванович помог перетащить вещи.
Ира расставила свои книги на полке в их новой комнате. Комната была не хуже спальни в их квартире — просторная, светлая. Но это была не их комната. И это ощущалось в каждой детали.
— Ирочка, я плов приготовила, — позвала с кухни Нина Васильевна. — Идите кушать.
Ира глубоко вздохнула и пошла на кухню. Полгода. Они выдержат полгода. Главное — не растерять себя и свои отношения. Не позволить родителям вмешиваться слишком сильно.
А вечером, лёжа в постели, Ира прошептала Юре:
— Мы справимся. И вернёмся в свой дом.
— Обещаю, — ответил он, крепко сжимая её руку.
Ира закрыла глаза. За стеной работал телевизор — свёкор смотрел новости. Нина Васильевна гремела посудой на кухне. Обычные звуки семейной жизни.
Не так уж и страшно. Не так, как она представляла. Но и не так, как мечталось когда-то. Может, она пожалеет об этом решении. А может, и нет.
В конце концов, именно этому они с Юрой научились за последние месяцы — искать баланс между своими желаниями и потребностями других. Строить отношения, где есть место и для принципов, и для компромиссов. Жизнь продолжалась, со всеми её сложностями, конфликтами и примирениями.
Первым делом он позвонил жене: «Нам нужно будет серьёзно поговорить вечером»