«А ты видела, что у меня теперь машина?» — Лола улыбалась. Раньше бы Рита ответила: «Поздравляю!», а потом ночами сравнивала бы. А теперь просто сказала: «Рада за тебя» — и пошла пить кофе в тишине.
Лола проводила её взглядом и, кажется, впервые за пятнадцать лет их дружбы растерялась. Этот взгляд — Рита его заметила в отражении кухонного окна. Недоумённый, даже обескураженный. А потом — лёгкий прищур, как будто подруга решала сложную задачу.
Но Рита уже не собиралась ей помогать. Она и сама только недавно начала разгадывать головоломку собственной жизни.
— Так ты даже не спросишь, какая модель? — Лола появилась на кухне через минуту, как будто не могла перенести, что Рита уходит от разговора. — Представляешь, Иван всё-таки согласился! Я ему три месяца голову этим занимала.
— Здорово, — спокойно ответила Рита, размешивая сахар в чашке. — Ты, наверное, рада.
— Ещё бы! Ты же знаешь Ивана, он на каждой копейке экономит. А тут — представляешь? — сам предложил взять комплектацию подороже.
Рита кивнула, но ничего не сказала. Раньше она бы немедленно сравнила этот поступок Ивана с вечной бережливостью Марка. Сказала бы, как ей приходится неделями уговаривать мужа на любую серьёзную покупку. Но теперь… теперь она просто пила кофе.
— Что это с тобой сегодня? — Лола наконец заметила неладное. — Не выспалась?
— Нет, с чего ты взяла? — Рита улыбнулась. — Выспалась прекрасно.
Это было правдой. Впервые за долгое время она спала без снов о том, как догоняет поезд, который всё время уходит. Без мыслей о том, что Лола опять что-то получила или добилась, а она — нет.
— Федя вчера прислал фотки со своей выставки, — сказала Рита, меняя тему. — Хочешь глянуть?
Она знала, что делает. Знала, что сын Лолы и Ивана — Денис — уже третий год работал на скучной нелюбимой работе. В то время как её Федя, закончив художественную школу, теперь оформлял публичные пространства и зарабатывал вполне приличные деньги.
Лола поджала губы.
— Давай потом. Я тут подумала… может, поедем со мной в салон? Хочу новую причёску к лету сделать.
Раньше Рита бы тут же согласилась. Пришла бы в салон к знакомой Лолы, заплатила бы те же деньги, что и подруга, но получила бы стрижку втрое хуже. Потом дома злилась бы на себя, на парикмахера, на весь мир… И на Лолу, конечно. Только молча.
Но не сегодня.
— Извини, не могу, — Рита покачала головой. — Сегодня после обеда встреча с клиентами, надо подготовиться.
— А на какое число перенесём? — не отставала Лола. — В субботу? Или в воскресенье?
— Знаешь, я недавно нашла хорошего мастера. Хочу к нему сходить. Если тебе нужна компания, может, позовёшь Светку?
Светка была их общей подругой. Та самая третья, которая всегда лишняя. Особенно в паре Рита-Лола, где постоянно кипело негласное соревнование.
— При чём тут Светка? — Лола явно начинала раздражаться. — Ты мне скажи честно, что происходит? Обиделась на что-то?
Рита отставила чашку и посмотрела на подругу. Не с вызовом и не с обидой. Просто посмотрела — открыто, спокойно.
— Я не обиделась. Я просто вышла из игры.
Лола моргнула.
— Какой игры? Ты о чём?
— О наших вечных сравнениях. Кто лучше выглядит, у кого дороже вещи, чей муж успешнее, чей сын талантливее. Я больше не играю в это, Лол. Извини.
В этот момент что-то изменилось. Между ними. В воздухе. Во всём.
— Ты… ты что? — Лола хотела возмутиться, но почему-то не смогла. — Какие ещё сравнения? Ты выдумываешь. Мы же просто дружим.
Их дружба началась пятнадцать лет назад, когда они с Марком переехали в новый район. Тогда Рита работала в торговой компании менеджером по закупкам. Марк руководил отделом продаж в фирме, производящей запчасти для специальной техники. Феде только исполнилось восемь.
Новая квартира в современном доме, купленная в ипотеку на двадцать лет, казалась настоящим счастьем после тесной однушки, которую они снимали с момента свадьбы.
Лола с Иваном и семилетним Денисом жили в соседнем подъезде. Они познакомились на детской площадке, куда Рита привела Федю в первые же выходные после переезда.
— Вы здесь недавно, да? — спросила тогда Лола, ослепительно улыбаясь. На ней было безупречное кашемировое пальто, туфли на каблуках и макияж, как будто она собиралась не на площадку с ребёнком, а на важную встречу.
Рита, одетая в старую куртку и кроссовки, сразу почувствовала себя неуютно. Но Лола была приветливой, Денис тут же подружился с Федей, и вскоре они уже ходили друг к другу в гости.
— Какая у вас уютная квартира, — сказала Лола при первом визите, оглядывая ещё не до конца обставленную двушку Риты и Марка. — Маленькая, но такая милая!
А потом пригласила их к себе — в просторную трёшку с современным ремонтом.
— Иван настоял на покупке квартиры побольше, — как бы между прочим заметила она. — Говорит, сыну нужно место для развития.
И Рита впервые почувствовала укол. Не зависти — нет. Скорее недовольства собой. Почему они с Марком не накопили на первый взнос за трёшку? Почему не выбрали другой вариант оплаты? Почему…
С тех пор это повторялось регулярно. Лола никогда не хвасталась напрямую. Она просто… упоминала. О поездках, о покупках, о достижениях мужа и сына.
— Представляешь, Денис выиграл олимпиаду по математике. Ваня говорит, что гены! Он сам в школе был лучшим.
— А Ваня получил повышение! Теперь он руководит целым направлением.
— Мы решили на майские слетать в Турцию. Ваня говорит, что нам всем нужен отдых.
И каждый раз Рита мысленно начинала сравнивать. Их зарплаты и квартиры. Их мужей и детей. Их жизни.
И неизменно приходила к выводу: у Лолы всё лучше.
***
— Знаешь, меня приняли на новую работу, — сказала Рита, глядя, как Лола нервно постукивает ногтями по столу. — Пригласили в компанию, которая занимается интерьерным озеленением. Буду работать с корпоративными клиентами.
— А, круто, — Лола кивнула, но без особого энтузиазма. — А что, на старой что-то случилось?
— Нет. Просто захотелось чего-то нового. И зарплата повыше.
Рита не стала говорить, что на самом деле разница в зарплате будет почти в два раза. Раньше она бы непременно это подчеркнула. Чтобы наконец-то было чем гордиться перед Лолой.
— А мы с Иваном думаем дом купить, — вдруг выпалила Лола. — Для отдыха, где-нибудь за городом. Устали каждый раз снимать на лето.
Рита кивнула:
— Хорошая идея.
И все. Ни расспросов, ни восхищения. Ни зависти во взгляде.
Лола явно растерялась.
— Мы тут с Марком тоже кое-что обсуждали, — сказала Рита, но не стала продолжать.
— Ну? И что же? — Лола подалась вперёд. В её глазах читалось предвкушение: сейчас Рита скажет что-то, что можно будет превзойти. Что-то, после чего можно будет небрежно заметить: «А мы с Иваном…»
— Да так, личное, — улыбнулась Рита. — Сами ещё не до конца решили.
Лола откинулась на спинку стула, явно разочарованная.
— Ты какая-то странная сегодня. Не заболела?
— Нет, чувствую себя прекрасно. Правда.
И это была правда. Рита действительно чувствовала себя замечательно — впервые за долгое время.
Всё началось три недели назад, когда они с Марком поругались. Громко, почти до крика — впервые за много лет.
Федя уехал на выходные с друзьями, они остались вдвоём, и Рита начала привычно жаловаться на Лолу. На то, как та упомянула о часах, которые Иван подарил ей на годовщину. На то, что у Дениса уже есть девушка из очень обеспеченной семьи, а Федя до сих пор один.
— Хватит, — неожиданно резко прервал её Марк. — Просто хватит, Рита.
Она опешила. Марк всегда был спокойным, он никогда не повышал голос.
— Что хватит?
— Этого бесконечного сравнения с Лолой и Иваном! Ты помешалась на этом, ты понимаешь? Каждый день я слышу: у Лолы то, у Лолы это. Ваня такой, Ваня сякой. Я устал быть частью твоей вечной гонки за кем-то!
— Да о чём ты вообще? — возмутилась Рита. — Какая гонка? Я просто рассказываю, что происходит у друзей!
— Нет, ты не рассказываешь. Ты сравниваешь. Постоянно. И неизменно не в нашу пользу. По твоим рассказам выходит, что я — неудачник, который не может обеспечить жену так, как Ваня обеспечивает Лолу. Что Федя — какой-то бедолага по сравнению с их Денисом. Что наша жизнь — сплошное разочарование на фоне их «идеальной» жизни!
Рита хотела возразить, но слова застряли в горле. Потому что… Марк был прав. Именно так она и делала. Годами.
— И знаешь, что самое обидное? — продолжал Марк, уже спокойнее. — То, что всё это существует только в твоей голове. Лола специально провоцирует тебя своими рассказами. А ты ведёшься. Каждый раз. И меня с собой тянешь в эту яму.
Рита молчала. А Марк вдруг сел рядом и взял её за руку.
— Милая, у нас хорошая жизнь. У нас прекрасный сын. У нас есть дом, работа, друзья. Мы любим друг друга — по крайней мере, я надеюсь на это. Почему тебе всегда кажется, что этого недостаточно?
В ту ночь Рита не спала. Она думала о словах мужа. Думала о пятнадцати годах, проведённых в бесконечном забеге. Вспоминала, как постоянно сравнивала их с Марком доходы с доходами Ивана и Лолы. Как мучилась от мысли, что их квартира меньше, машина дешевле, отпуск скромнее.
И что она получила от всего этого? Только усталость и вечное ощущение, что она — недостаточно хороша. Что их жизнь — недостаточно успешна.
***
На следующее утро Рита проснулась с твёрдым решением: пора выходить из игры.
— Мы с Марком думаем заняться спортом, — всё-таки сказала Рита, нарушая затянувшееся молчание.
— Вы с Марком? — хмыкнула Лола. — И каким же?
— Пока не решили. Может, плавание. Или велосипед.
— Мы с Ваней уже второй год ходим в спортклуб, — тут же отозвалась Лола. — У нас персональный тренер. Знаешь, сколько я сбросила за прошлый год? Семь килограммов!
— Рада за тебя, — искренне сказала Рита. — Ты всегда отлично выглядела.
— Ну, знаешь, надо поддерживать себя в форме. Ваня говорит, что я выгляжу моложе сверстниц.
Рита улыбнулась, но ничего не ответила. Раньше она бы немедленно начала мысленно сравнивать себя с Лолой. Пересчитывать свои морщинки и лишние сантиметры. Переживать из-за того, что Марк никогда не делает ей таких комплиментов.
Но сейчас… сейчас она просто пила кофе и думала о своём. О предстоящей встрече с клиентами. О планах на выходные с Марком. О Феде, который обещал приехать на следующей неделе и привезти свою девушку.
— Ты меня вообще слушаешь? — возмущённо спросила Лола.
— Прости, задумалась, — призналась Рита. — Ты что-то говорила?
Лола смотрела на неё так, словно видела впервые. И в её взгляде читалось что-то… новое. То ли беспокойство, то ли растерянность.
— Что с тобой происходит в последнее время? — спросила она тише. — Ты какая-то… другая.
Рита пожала плечами:
— Ничего особенного. Просто многое переосмыслила.
— И что же ты переосмыслила?
— Свои приоритеты, наверное. Знаешь, я столько лет гналась за какими-то внешними вещами. За тем, что, как мне казалось, должно приносить счастье. А потом поняла, что счастье — оно совсем в другом.
— В чём же? — В голосе Лолы появились нотки сарказма. — В отказе от материальных благ?
— Нет, что ты, — засмеялась Рита. — Просто в том, чтобы жить своей жизнью. А не пытаться жить чужой. Или соответствовать чужим стандартам.
Лола замолчала. Она смотрела в окно, и её лицо постепенно менялось. Уходила привычная маска уверенности и лёгкого превосходства. Появлялось что-то уязвимое, почти растерянное.
— Знаешь, — наконец сказала она, не глядя на Риту, — иногда мне кажется, что моя жизнь… ненастоящая.
Рита удивлённо подняла брови:
— В каком смысле?
— В таком, что… — Лола запнулась, подыскивая слова. — Что я всё время играю какую-то роль. Успешной жены, идеальной матери, безупречной женщины. И так устаю от этого. Но не могу остановиться.
Это признание было настолько неожиданным, что Рита не сразу нашлась с ответом.
— Почему не можешь?
Лола пожала плечами:
— Не знаю. Боюсь, наверное. Что если я перестану быть… такой, то все увидят настоящую меня. И она им не понравится.
— А какая она — настоящая ты?
— Я уже и сама не знаю, — тихо призналась Лола. И впервые за все годы их дружбы Рита увидела в её глазах слёзы.
В тот вечер Рита вернулась домой другим человеком. Совсем другим.
***
Раньше после встреч с Лолой она приходила раздражённой, дёрганой. Придиралась к Марку, ворчала на Федю, если тот был дома. Критиковала всё вокруг — от беспорядка в квартире до марки кофе, который покупал муж.
Но сегодня она чувствовала спокойствие. И что-то ещё — может быть, благодарность? Да, именно. Благодарность за то, что у неё есть.
Марк был дома — готовил ужин, напевая что-то себе под нос. Обычная картина, которую Рита видела сотни раз. Но сегодня она смотрела на мужа другими глазами.
Не сравнивая его с Ваней. Не думая о том, что Иван, может быть, не готовит, а водит Лолу по ресторанам. Не мысленно критикуя Марка за то, что он выбрал самые обычные продукты, а не деликатесы.
Просто глядя на мужчину, который любит её уже двадцать лет. Который поддерживал её во всём. Который вырастил вместе с ней замечательного сына.
— Привет, — улыбнулась она, подходя к нему сзади и обнимая. — Что готовишь?
— О, ты уже дома? — Марк повернулся и поцеловал её. — Просто овощное рагу. Ничего особенного.
— Пахнет восхитительно.
Марк удивлённо посмотрел на неё. Обычно после встреч с Лолой Рита была хмурой и неразговорчивой.
— Как прошло с Лолой? — осторожно спросил он. — Всё в порядке?
— Да, — кивнула Рита. — Более чем.
Она не стала рассказывать ему про машину Лолы. Про планы на загородный дом. Про персонального тренера и потерянные килограммы.
Всё это больше не имело значения.
— Знаешь, — сказала она вместо этого, — я люблю тебя. Очень.
Марк улыбнулся — немного смущённо, как в молодости.
— И я тебя. Что это вдруг?
— Ничего. Просто хотела, чтобы ты знал.
Она села за стол, наблюдая, как муж завершает приготовление ужина. И думала о том, что потеряла пятнадцать лет жизни, участвуя в бессмысленной гонке. Пятнадцать лет, которые могла бы провести совсем иначе. Наслаждаясь тем, что имеет. Ценя то, что действительно важно.
— Я вышла из игры, — вдруг сказала она.
— Из какой игры? — не понял Марк.
— Из той самой, о которой ты говорил. Из соревнования с Лолой. Из гонки за призрачным первенством.
Марк посмотрел на неё с удивлением, а потом — с тёплой улыбкой.
— И как это вышло?
— Просто… я поняла, что ты прав. Что всё это время я была нечестна сама с собой. Притворялась, что мне важны вещи, которые на самом деле не имеют значения. И забывала ценить то, что действительно дорого.
Он подошёл и обнял её.
— Я рад, — просто сказал он. — Рад за тебя.
И в этих словах было больше любви, чем во всех самых дорогих подарках мира.
***
Прошел месяц. Отношения с Лолой изменились — неуловимо, но глубоко. Они стали видеться реже, но эти встречи были наполнены смыслом. Без фальши, без притворства. Без вечного соревнования.
И Рита заметила, как меняется Лола. Как уходит напряжение из её плеч. Как появляются в разговоре темы, о которых раньше они никогда не говорили: о страхах и сомнениях, о неудачах и разочарованиях. О настоящей жизни — сложной, несовершенной, но подлинной.
Однажды, когда они сидели в кафе, Лола вдруг сказала:
— Ты знаешь, я всегда немного завидовала вам с Марком.
— Нам? — удивилась Рита. — С чего вдруг?
— Вы… настоящие. Всегда были. Без показухи, без притворства. Когда ты решила выйти из игры, я поняла, что всё это время игру вела только я. А ты просто… поддавалась. Из дружбы, наверное.
Рита хотела возразить, что тоже играла — ещё как! Что тоже притворялась, тоже хвасталась, тоже сравнивала. Но вместо этого просто взяла подругу за руку.
— Давай просто будем собой, — сказала она. — Обе. Без игр и масок. Просто… людьми.
Лола кивнула. И впервые за пятнадцать лет в её улыбке не было ни тени превосходства или самодовольства. Только облегчение. И благодарность.
Они расстались в тот вечер немного другими людьми. Чуть более честными с собой и друг с другом. Чуть более настоящими.
И Рита шла домой, думая о том, как странно устроена жизнь. Как иногда мы сами создаём себе тюрьму из чужих ожиданий и стандартов. И как просто — и одновременно сложно — бывает сделать шаг к свободе.
Свободе быть собой. Жить своей жизнью. Ценить то, что имеешь, а не гнаться за тем, что есть у других.
Дома её ждал Марк. И Федя, неожиданно приехавший в гости. Они сидели на кухне, разговаривали, смеялись. Обычный семейный вечер. Простой. Несовершенный. Настоящий.
И Рита, глядя на них, чувствовала, что наконец-то живёт. По-настоящему живёт, а не играет в чужую игру.
Она не обиделась. Она просто вышла из игры.
Квартиру на мужа оформи — так будет справедливо, — заявили родители. Потом может быть поздно, а мы всё-таки вкладывались