Юля знала, что Володя теперь стоял в прихожей соседки. Он сбежал к Гале со второго этажа. Сорок лет брака, а он всё ещё умел удивлять. Только не тем.
Стена на кухне была усыпана стикерами, которые Юля расклеила в попытке систематизировать бракоразводный процесс. Ей было так удобнее, чем заметки в телефоне. На каждом листочке аккуратным почерком она расписывала детали своего нового будущего.
Их двухкомнатная квартира в кирпичном доме на окраине города была получена, когда Володя получил повышение на комбинате. Теперь ей придётся выплачивать ему половину стоимости.
— Мама, ты опять планируешь? — Демид, их сын, застал её за этим занятием, открыв дверь своим ключом. — Мы с Лидой беспокоимся. Может, хватит уже?
Юля подняла глаза. Демид унаследовал от отца широкие плечи и упрямый подбородок, но характер, к счастью, был мамин — рассудительный.
— Не надо беспокоиться. Просто хочу, чтобы всё распланировать.
— Ты совсем не переживаешь, что папа… — он запнулся, подбирая слово, — что папа теперь с соседкой?
— А должна?
Демид опустился на стул напротив.
— Ну, хоть какие-то эмоции должны быть. Вы же столько лет вместе.
Юля достала заварочный чайник, насыпала чай, залила кипятком.
— Демид, — она села рядом, — когда я нашла его переписку с Галей, то первое, что почувствовала — облегчение.
— Облегчение? — он нахмурился. — Ты серьёзно?
Она кивнула.
— Абсолютно. Я ведь знаю, какая она женщина. Всегда на пределе. Вечно недовольна всем и всеми. Ты помнишь, как она конфликтовала с председателем товарищества собственников? Как устроила публичный скандал с курьером доставки? А как она отчитала продавщицу в овощном?
Юля вспомнила, как проснулась среди ночи от шума за стеной — Галя кричала на своего бывшего мужа, который пришёл забрать свои оставшиеся вещи. Весь подъезд слышал, как она ругала его последними словами. И как тот, в конце концов, молча ушёл.
— И что? — Демид отодвинул чашку. — При чём тут это?
— Твой отец сбежал от меня не к какой-то красотке. Не к богатой наследнице. Не к молоденькой. А к Гале, — Юля многозначительно посмотрела на сына. — К женщине, которая изведёт его своими претензиями, требованиями и скандалами. Которая никогда не будет довольна тем, что он делает.
— Но разве ты не должна злиться на него? За предательство?
Юля отрицательно покачала головой.
— Зачем мне злиться, если жизнь сама всё расставит по местам?
В этот момент зазвонил телефон. Демид посмотрел на экран и нахмурился:
— Папа.
Юля взяла трубку, включила громкую связь.
— Юля, — голос Володи звучал устало, — можно я зайду сегодня забрать тёплую куртку?
Она бросила взгляд на Демида — тот поджал губы.
— Конечно, Володя, — ответила она ровным голосом.
— Спасибо тебе… — казалось, он хотел сказать что-то ещё, но передумал. — Буду через час.
Когда звонок закончился, Демид встал и начал нервно ходить по кухне.
— Ты слишком добра к нему! Он ушёл к соседке, а ты ведёшь себя так, будто ничего не произошло!
Юля улыбнулась. Улыбнулась той самой улыбкой, которую Демид помнил с детства — когда она всё знала наперёд, но не торопилась объяснять.
— Сынок, я прожила с твоим отцом сорок лет. Знаешь, что я поняла о нём за это время? Он не выносит, когда на него давят. Он ненавидит открытые конфликты. Он скорее проглотит обиду, чем признает, что совершил ошибку.
Она подошла к окну. С пятого этажа был виден двор и детская площадка, где играла маленькая Рая, их внучка. Лида, жена Демида, сидела на скамейке, листая что-то в телефоне.
— А ещё я знаю Галю. Она никогда не упустит случая напомнить о своей правоте. Никогда не промолчит, если что-то не так. Никогда не даст ему спокойно выпить чай, если посуду не помыл.
— И что? К чему ты клонишь?
Юля повернулась к сыну.
— К тому, что твой отец будет каждый день жалеть о своём решении, но никогда в этом не признается. Его гордость не позволит. Он будет мучиться, но делать вид, что всё отлично. А я… — она помедлила, — а я просто буду жить дальше. Наблюдая со стороны.
Демид смотрел на мать так, будто видел впервые.
— Это… это жестоко, мам.
— Это жизнь, — она пожала плечами. — Иногда лучшая месть — просто отойти в сторону и дать человеку получить то, что он так страстно хотел.
***
Володя зашел ровно через час. Когда он вошёл, Юля подумала, что он осунулся. Под глазами залегли тени, а щетина, которую он всегда тщательно сбривал, теперь покрывала щёки и подбородок.
— Привет, — он нерешительно остановился у порога.
— Проходи, — Юля жестом указала на прихожую, — куртка в шкафу, как я и говорила.
Он кивнул и пошёл к шкафу, а она вернулась на кухню. Через несколько минут он появился с курткой в руках.
— Юля… — начал он, но она прервала его жестом.
— Не надо, Володя. Не сейчас.
Он постоял ещё немного, потом кивнул и направился к выходу. У самой двери остановился:
— Галя хочет делать ремонт. Говорит, у неё всё устарело.
Юля промолчала. Володя всегда ненавидел ремонт. Говорил, что это пустая трата денег и нервов.
— Представляешь, вчера заставила меня переставить всю мебель в гостиной. Дважды. Потому что ей показалось, что так будет лучше, а потом передумала…
Он осёкся, поняв, что жалуется бывшей жене на новую.
Юля мысленно улыбнулась. Началось.
— Ну, удачи с ремонтом, — сказала она нейтрально.
Дверь за ним закрылась, и Юля вернулась к своим стикерам.
***
Прошло три недели с того разговора. Юля сидела в архиве, в котором она работала на пенсии. Она просматривая документы, которые требовалось систематизировать к концу недели. Её коллега, Нина, подсела к ней с чашкой чая.
— Как ты? — спросила она. — Справляешься?
Нина была единственной на работе, кто знал о ситуации с Володей.
— Нормально, — Юля улыбнулась. — Даже лучше, чем ожидала.
— Он связывался с тобой?
— Заезжал дважды за вещами. И звонил спрашивать, где хранится его коллекция марок.
Нина покачала головой:
— И как он выглядит?
— Усталым, — Юля отложила бумаги. — А ещё он постоянно говорит о Гале. То она заставила его перекрасить стены на кухне, то выбросила его любимое кресло, то настояла, чтобы он перестал носить любимую рубашку…
— Он жалуется тебе на новую женщину? — Нина рассмеялась. — Это сильно.
— Не специально. Просто не может удержаться, — Юля поправила очки. — А знаешь, что самое интересное? Он ни разу не сказал, что счастлив. Ни разу.
В этот момент телефон Юли зазвонил. Звонил Демид.
— Привет, сынок, — ответила она.
— Мам, ты можешь забрать Раю из садика? У Лиды срочное совещание, а я застрял на выезде, клиент требует переделать весь проект озеленения участка…
Юля улыбнулась, думая о внучке:
— Конечно, заберу. Я как раз заканчиваю, так что вполне успею.
— Спасибо! — в голосе сына слышалось облегчение. — Кстати, я видел отца вчера. Он выглядит… не очень.
— Да? — она сделала вид, что удивлена. — Что-то случилось?
— Говорит, что Галя его измотала своими требованиями. Каждый день новые претензии. То ему нужно делать ремонт в ванной, то менять трубы на кухне, то помогать её племяннице с переездом… Он сказал, что у него никогда не было столько обязанностей, сколько сейчас.
Юля вспомнила, как Володя годами отказывался поменять протекающий кран в их ванной. Как откладывал ремонт на потом. Как всегда находил отговорки, чтобы не помогать по дому.
— Какая жалость, — сказала она без тени сочувствия.
После разговора Нина посмотрела на неё с интересом:
— Ты действительно не злишься на него, да?
Юля задумалась.
— Знаешь, сначала была обида. Потом — пустота. А сейчас я чувствую… удовлетворение. Не злорадное, нет. Просто понимание, что иногда люди получают именно то, что заслуживают.
***
В детском саду Рая бросилась к бабушке с криком:
— Бабуля!
Юля подхватила её на руки, вдыхая запах детского шампуня и печенья. Внучка была копией Демида в детстве — те же пытливые глаза, та же привычка морщить нос, когда что-то не нравилось.
— Как твои дела? — спросила Юля, помогая ей надеть куртку.
— Хорошо! Бабушка, а почему дедушка всегда такой грустный, когда приходит к нам? — Рая посмотрела на неё своими большими глазами.
Юля помогла внучке застегнуть куртку, обдумывая ответ.
— Иногда люди делают выбор, а потом понимают, что это была не та дорога, по которой они хотели идти. Но признать это очень трудно.
— Как в сказке про принцессу, которая выбрала не того принца?
Юля улыбнулась:
— Что-то вроде того.
***
По дороге домой они зашли в магазин за продуктами. Юля как раз выбирала фрукты, когда услышала знакомый голос. Галя стояла у кассы и громко отчитывала кассира:
— Я же просила пробить отдельно! Как мне теперь разделить покупки? У меня отдельный бюджет на продукты, и я не собираюсь платить за то, что…
Рядом с ней, опустив голову, стоял Володя. Он выглядел не просто уставшим — изможденным. Плечи опущены, взгляд потухший.
Юля инстинктивно отступила за стеллаж с крупами, потянув за собой Раю.
Она не хотела встречаться с ними сейчас. Не потому, что боялась или злилась, а потому, что не хотела нарушать естественный ход событий.
— Бабушка, это же дедушка! — прошептала Рая. — И тётя, которая кричит.
— Да, родная, это они, — тихо ответила Юля. — Но давай подождём, пока они уйдут, хорошо?
Через стеклянные двери магазина Юля наблюдала, как Галя, всё ещё продолжая что-то выговаривать, направилась к выходу. Володя шёл следом, нагруженный пакетами. В тот момент, когда они проходили мимо магазина, он поднял глаза и встретился взглядом с Юлей.
Секунда растянулась. В его глазах Юля увидела всё — осознание, сожаление, молчаливую просьбу о прощении. Она не отвела взгляд, но и не улыбнулась. Просто смотрела — без злорадства, без жалости. С пониманием.
— Володя! Ты идёшь или нет? — резкий голос Гали вернул его к реальности, и он поспешил за ней, в последний момент бросив ещё один взгляд через плечо.
Когда они скрылись из виду, Рая потянула бабушку за руку:
— Дедушка выглядит совсем как мой друг Костя, когда его ругают и не разрешают играть в планшет.
Юля не смогла сдержать улыбку:
— Знаешь, Раечка, взрослые тоже иногда сами себя наказывают. Только они делают это своими решениями.
Вечером, когда Лида забрала Раю, Юля села в своё любимое кресло у окна. Раньше здесь сидел Володя, читая газеты или проверяя заказы для комбината. Теперь это было её место.
Телефон завибрировал — сообщение от незнакомого номера: «Это новый номер. Володя».
Через минуту пришло ещё одно: «Можно заехать завтра? Нужно забрать документы на машину».
Она ответила коротко: «Да, после шести я дома».
Ещё через минуту телефон снова завибрировал: «Спасибо. Как ты?»
Юля посмотрела на сообщение и отложила телефон, не ответив. Она знала, что завтра он приедет не только за документами. Он будет искать повод задержаться. Будет говорить о погоде, о Демиде, о работе — о чём угодно, лишь бы оттянуть момент возвращения к Гале.
И она позволит ему это — не из жалости и не из мести. А просто потому, что это часть его пути. Пути, который он выбрал сам, и по которому теперь должен пройти до конца. И только потом, возможно, он поймёт, что совершил ошибку.
А Юля будет жить своей жизнью. Спокойной и размеренной. Без скандалов и претензий. Без требований и упрёков. Просто наблюдая, как жизнь расставляет все по своим местам.
Она подошла к книжному шкафу и достала томик стихов, который когда-то подарил ей Володя — ещё до свадьбы, когда они только начинали встречаться. Внутри была закладка — билет в театр сорокалетней давности.
Она провела пальцами по пожелтевшей бумаге и улыбнулась. Нет, она не ненавидела его. И даже не злилась больше. Она просто поняла, что иногда самое мудрое решение — позволить человеку получить именно то, чего он так страстно хотел.
И в этом была её тихая месть — не месть вовсе, а просто естественный ход жизни, в котором каждый получает по заслугам.
Сорок лет брака, а он всё ещё умел удивлять. Только не тем, чем хотелось бы. И сейчас, глядя на их совместную фотографию, стоящую на полке, Юля поняла, что наконец-то чувствует себя свободной. По-настоящему свободной.
— Я выходила за тебя замуж не для того, чтобы стать рабыней твоей матери, дорогой мой! Так что сам занимайся её проблемами и просьбами, а я буду дальше жить для себя!