— Двадцать семь тысяч за квадратный метр керамогранита, — Игорь поднял глаза на жену. — Дорого. Можно найти дешевле.
— Это итальянский керамогранит, — Алина села напротив. — Качественный. Прослужит долго.
— Всё равно дорого.
Муж продолжил перечисление. Цемент, грунтовка, шпаклевка. Голос звучал монотонно, с едва уловимым недовольством. Взгляд мужа скользнул по новым шторам в гостиной — серым, с геометрическим узором, дизайнерским.
— Сколько ты за эти портьеры отдала?
Алина поставила чашку.
— Пятнадцать тысяч.
— Пятнадцать? — Игорь прищурился. — За куски ткани?
— Это дизайнерская работа. Я долго выбирала.
— На мои деньги можно было купить обычные за три тысячи. Зачем переплачивать?
— На мои деньги, — спокойно поправила Алина. — Я заработала их сама. Последний гонорар от заказчика был неплохой.
Игорь поджал губы, ничего не ответил. Вернулся к смете. Но атмосфера за столом стала тяжелее. Алина чувствовала это — напряжение висело в воздухе, густое и липкое.
Прошла неделя. Алина работала за компьютером в гостиной, когда заметила, как Игорь стоит у неё за спиной. Муж смотрел на экран телефона женщины, лежавшего рядом с ноутбуком. На дисплее высветилось уведомление: «Списание 8 950 рублей. Интернет-магазин косметики».
— Опять косметика? — голос мужа прозвучал резко.
Алина обернулась.
— Мне нужны профессиональные средства. У меня чувствительная кожа.
— Можно купить в обычном магазине за тысячу. Зачем тратить девять?
— Потому что я хочу пользоваться качественным, — женщина вернулась к работе. — Это мои деньги.
Игорь тяжело вздохнул, прошел на кухню. Алина слышала, как муж звонит матери. Разговор вёлся тихо, но несколько фраз долетели отчетливо: «расточительность», «не ценит семейный бюджет», «думает только о себе».
Женщина сжала зубы, продолжая набирать текст. Не хотела конфликта. Не сейчас.
В начале следующего месяца Алина получила крупный заказ. Редизайн корпоративного сайта для строительной компании. Гонорар — сто восемьдесят тысяч рублей. Хорошие деньги. Работы много, но женщина справлялась.
Чтобы сделать рабочий процесс комфортнее, Алина заказала кофемашину. Современную, с капучинатором, автоматической очисткой. Коробку привезли днем. Курьер помог занести габаритную покупку в прихожую.
Вечером Игорь вернулся домой, увидел коробку и остановился.
— Что это?
— Кофемашина.
— Зачем?
— Мне удобнее работать с хорошим кофе. Я много времени провожу за компьютером.
Муж обошел коробку, посмотрел на ценник, который не успели снять.
— Сорок пять тысяч? Алина, ты серьёзно?
— Серьёзно, — женщина начала распаковывать покупку. — Это инвестиция в мой комфорт.
— Инвестиция? — Игорь скрестил руки на груди. — Это выброшенные деньги. У нас есть обычная кофеварка. Работает нормально.
— Я хочу эту.
— А я хочу, чтобы ты советовалась со мной перед такими тратами.
Алина выпрямилась, посмотрела на мужа.
— Это мои деньги. Я заработала их своим трудом.
— Мы семья. Всё общее.
— Нет, не всё.
Игорь развернулся, ушел в спальню. Хлопнула дверь. Алина осталась стоять в прихожей с куском упаковочного картона в руках. Внутри росло неприятное чувство — будто что-то идет не так.
Через несколько дней объявилась Тамара Петровна. Свекровь приехала с пакетом пирожков, заявив, что хочет помочь с уборкой. Алина не возражала, хотя квартира была чистой.
Тамара Петровна прошла на кухню, надела фартук, начала протирать поверхности. Потом переместилась в спальню. Открыла шкаф, стала перекладывать вещи Алины.
— Тамара Петровна, вам помочь? — женщина заглянула в комнату.
— Нет, доченька, я сама. Ты работай.
Свекровь доставала платья, разглядывала этикетки. Цокала языком.
— Это столько стоило?
— Что именно?
— Вот это платье. С биркой ещё.
— Восемь тысяч.
— Восемь! — Тамара Петровна покачала головой. — Игорюша говорит правду. Ты и правда тратишь слишком много.
Алина почувствовала, как внутри вспыхивает раздражение.
— Тамара Петровна, это мои деньги.
— Всё равно. Надо экономить. Семья должна копить на будущее, а не швыряться на тряпки.
Свекровь аккуратно повесила платье обратно, закрыла шкаф. Алина вышла из спальни, не желая продолжать разговор.
Следующим вечером Игорь вернулся домой спокойным. Слишком спокойным. Муж прошел в спальню, направился к комоду, где Алина обычно держала банковские карты. Начал открывать ящики, перебирать содержимое.
Женщина стояла в дверях, наблюдая.
— Что ты ищешь?
— Ничего, — Игорь не поднимал головы.
— Игорь, это мои вещи.
— Угу.
Муж нашел то, что искал — пластиковая карта в именном конверте. Взял, спрятал в карман джинсов.
— Зачем тебе моя карта? — Алина шагнула в комнату.
— Потом скажу, — Игорь улыбнулся загадочно, вышел из спальни.
Женщина осталась стоять, глядя на открытый ящик комода. Что-то было не так. Очень не так.
Утром следующего дня Алина собиралась оплатить доставку воды. Полезла в кошелек — карты нет. Проверила сумку, карманы куртки, полки в прихожей. Нигде.
Позвонила курьеру, попросила подождать. Обыскала всю квартиру. Карта исчезла.
Алина села на диван, пытаясь вспомнить, куда могла положить карту. Но память услужливо подсказывала — вчера Игорь рылся в комоде. Взял что-то. Спрятал в карман.
Женщина схватила телефон, набрала номер мужа. Сбросил после нескольких гудков. Написала сообщение: «Где моя карта?» Ответа не последовало.
Весь день Алина провела в тревожном ожидании. Работа не ладилась. Мысли крутились вокруг одного — что Игорь задумал? Зачем ему её карта?
К вечеру муж вернулся домой. Вошел, как обычно. Разделся, прошел в гостиную, бросил ключи на журнальный столик.
Алина встретила мужа в коридоре.
— Игорь, где моя карта?
— Какая карта?
— Не прикидывайся. Ты вчера взял её из комода.
Муж вальяжно прошел на кухню, открыл холодильник.
— А, эта карта.
— Да, эта. Где она?
Игорь достал сок, налил себе стакан. Сделал несколько глотков. Повернулся к жене, посмотрел ей в глаза.
— Я отдал её маме.
Алина застыла.
— Что?
— Отдал маме. Ты слишком много тратишь на себя. Поэтому я отдал твою карту маме, так будет спокойнее.
Слова повисли в воздухе. Алина моргнула, не веря услышанному.
— Ты… отдал мою карту… своей матери?
— Да. Теперь она будет контролировать твои расходы. Выдавать тебе деньги на самое необходимое. По списку.
— Игорь, — женщина медленно выдохнула, — это моя карта. Мои деньги. Ты не имел права.
— Имел. Я твой муж. Я должен следить за семейным бюджетом.
— Какой семейный бюджет?! — голос Алины сорвался. — Это МОИ деньги! Я заработала их сама!
— Ты эгоистка, — Игорь поставил стакан на стол. — Думаешь только о себе. Покупаешь шторы за пятнадцать тысяч, кофемашины за сорок пять. А о семье не думаешь.
— О какой семье? — Алина почувствовала, как руки начинают дрожать. — О тебе? О твоей матери?
— О нас. О нашем будущем. Мы должны копить, а не транжирить на ерунду.
— Верни мне карту. Немедленно.
— Нет.
Алина шагнула к мужу, попыталась схватить его за руку. Игорь оттолкнул женщину.
— Не трогай меня. Карта у мамы. И там она останется.
— Ты украл мою карту! — крик вырвался помимо воли. — Ты вор!
— Я не вор, — Игорь выпрямился. — Я глава семьи. И я имею право распоряжаться доходами.
— У тебя нет никакого права! — Алина метнулась к сумке, схватила телефон. — Я сейчас заблокирую карту!
Игорь быстро подошел, выхватил телефон из рук жены.
— Ничего ты не заблокируешь.
— Отдай!
— Нет. Я теперь буду контролировать и твои контакты. Чтобы ты не болтала лишнего подружкам.
Алина попыталась отобрать телефон, но муж поднял руку высоко. Женщина не достала. Ярость захлестнула с такой силой, что на мгновение потемнело в глазах.
— Отдай мой телефон!
— Успокойся сначала.
— Я не успокоюсь! Ты украл мою карту! Мои деньги!
— Это наши деньги, — Игорь отступил на шаг. — И мама правильно ими распорядится.
— Распорядится?! — Алина рассмеялась истерично. — Твоя мать будет тратить МОИ деньги?!
— Она будет выдавать тебе на самое необходимое. По списку. Продукты, бытовая химия. Никаких платьев за восемь тысяч и кофемашин.
Женщина почувствовала, как внутри разгорается такой гнев, которого никогда раньше не испытывала. Муж стоял перед ней, спокойный, самодовольный. Держал в руках её телефон. А где-то у Тамары Петровны лежала её банковская карта.
— Верни, — громко сказала Алина.
— Нет.
— Верни мне телефон и карту. Сейчас же.
— Я сказал нет.
Алина бросилась на мужа, пытаясь выхватить телефон. Игорь отпихнул женщину, прошел в спальню, закрылся там. Алина колотила в дверь, кричала, требовала вернуть вещи.
— Открой дверь!
— Успокойся!
— Выпусти меня! Ты слышишь?! Верни мои вещи!
Из спальни не было ответа. Алина колотила в дверь кулаками, пока не заболели руки. Потом сползла на пол, прислонившись спиной к стене.
Внутри пылало. Обида, ярость, унижение — всё смешалось в один комок, который застрял в груди.
Через какое-то время дверь приоткрылась. Игорь выглянул.
— Ты успокоилась?
Алина подняла на мужа глаза.
— Скажи, ты же карту матери не просто так отдал? Не только для сохранности! Сколько твоя мама уже потратила?
Игорь помолчал.
— Часть ушла на погашение её долгов.
— Долгов? — Алина медленно поднялась. — Каких долгов?
— У мамы были кредиты. Небольшие. Тридцать тысяч всего. Я попросил её закрыть их сразу.
— Ты попросил её потратить МОИ деньги на ЕЁ долги?
— Это семейные деньги.
— Нет! — женщина толкнула мужа в грудь. — Это воровство! Ты вор! Вы оба воры!
— Не смей так говорить о моей матери!
— Буду говорить что хочу! Она украла мои деньги!
— Она ничего не крала! Я дал ей разрешение!
— У тебя не было права!
Скандал разгорелся с новой силой. Алина кричала, обвиняя мужа в предательстве. Игорь парировал, называя жену эгоисткой. Слова летели, как камни. Тяжелые, острые, ранящие.
К полуночи оба выдохлись. Игорь заперся в спальне. Алина осталась в гостиной. Села в рабочее кресло, уставилась в темное окно.
Мысли метались. Надо что-то делать. Но что? Телефона нет. Карта у Тамары Петровны. Деньги уже частично потрачены.
Алина вспомнила про запасной ноутбук. Старенький, но рабочий. Хранился в шкафу на антресолях. Женщина тихо достала его, включила. Зашла в браузер.
Набрала адрес сайта банка. Вошла в личный кабинет через логин и пароль, которые помнила наизусть. Система открылась.
На счету лежало сто сорок семь тысяч рублей. Значит, Тамара Петровна уже потратила тридцать три.
Алина открыла раздел переводов. Ввела реквизиты счета подруги Кати. Сумма — сто сорок семь тысяч. Подтверждение через СМС.
Проблема — телефон у Игоря. Но в банке была опция подтверждения через код из приложения. Алина установила банковское приложение на ноутбук, авторизовалась. Получила код. Ввела.
Перевод прошел.
Женщина откинулась на спинку кресла. Всё. Счет обнулен. Тамара Петровна может выкинуть карту — там больше ничего нет.
На рассвете Алина задремала в кресле. Проснулась от грохота. Игорь выбежал из спальни, размахивая телефоном.
— Что ты сделала?!
— Что?
— На карте нет денег! Ты куда их дела?!
Алина встала, поправила волосы.
— Перевела подруге. На хранение.
— Какое хранение?! Это кража!
— Это мои деньги. Я имею право распоряжаться ими как хочу.
— Верни их обратно!
— Нет.
Игорь схватил жену за плечи, затряс.
— Верни деньги! Мама рассчитывала на них!
Алина вырвалась.
— Твоя мама пусть рассчитывает на свою пенсию. Мои деньги больше никто не тронет.
— Ты змея! — муж отступил на шаг. — Я всё сделал для тебя! А ты…
— Что ты сделал? — женщина скрестила руки на груди. — Украл мою карту? Отдал её своей матери? Позволил ей тратить мои деньги?
— Я хотел навести порядок!
— Порядок? — Алина рассмеялась. — Ты хотел контролировать меня. Сделать из меня послушную куклу, которая работает и отдает все деньги.
— Неправда!
— Правда. И знаешь что? Я подаю на развод.
Игорь замер.
— Что?
— Ты слышал. Развод. Собирай вещи. Забыл, что это моя квартира. Уходи.
— Алина, ты не можешь…
— Могу, — женщина прошла на кухню. — И сделаю. Сегодня же подам заявление.
— Алина, ну давай поговорим…
— Не о чем говорить. Ты предал меня. Украл мои деньги. Позволил своей матери распоряжаться моим трудом. Всё. Кончено.
Игорь попытался подойти, но Алина подняла руку.
— Не подходи. Иди собирай вещи.
— Куда я пойду?
— К маме. Пусть тебя содержит или ты её, разберетесь.
Муж стоял посреди кухни, бледный, растерянный. Алина достала из шкафа чашку, заварила кофе. Руки больше не дрожали. Внутри разливалась холодная решимость.
К вечеру Игорь собрал чемодан. Пытался забрать телевизор, но Алина остановила.
— Это я покупала.
— Мы покупали вместе.
— На мои деньги. Оставляй.
Муж попробовал взять планшет. Алина забрала.
— Тоже моё.
— Алина, ты же не можешь…
— Могу. Всё, что здесь есть, куплено на мои деньги. Забирай только свою одежду.
Игорь хотел возразить, но женщина посмотрела на мужа таким взглядом, что тот замолчал.
К восьми вечера за бывшим мужем захлопнулась дверь. Алина осталась одна. Прошла по квартире. Тишина. Больше никто не будет контролировать её расходы. Никто не будет рыться в её вещах.
Женщина взяла телефон — муж оставил его на тумбочке перед уходом. Заблокировала старую карту через приложение. Заказала новую. Сменила все пароли.
Потом вызвала мастера для замены замков. Пришел через час, поменял. Алина взяла новые ключи, спрятала в сумку.
Села на диван. Посмотрела на пустую прихожую. Впервые за долгие месяцы чувствовала себя спокойно.
Прошла неделя. Алина вернулась к работе. Завершила проект для строительной компании, получила гонорар. Открыла новый счет — только на свое имя.
Игорь звонил несколько раз с чужих номеров. Алина сбрасывала. Потом заблокировала все неизвестные контакты.
Тамара Петровна приехала однажды, стучала в дверь. Алина не открыла. Свекровь кричала что-то про неблагодарность, но женщина просто надела наушники, включила музыку.
Через месяц подали заявление на развод. Игорь не сопротивлялся. Имущество делить было нечего — квартира принадлежала Алине, куплена до брака. Крупных совместных покупок не было.
Развод оформили быстро. Алина вышла из здания ЗАГСа, пошла в кафе напротив. Заказала мороженое. Сидела наслаждалась вкусом и свободой.
Женщина достала планшет, открыла приложение с каталогами мебели. Давно хотела обновить интерьер спальни. Новая кровать, прикроватные тумбочки, красивое покрывало.
Теперь можно было не спрашивать разрешения. Не оправдываться за траты. Просто выбрать то, что нравится, и купить.
Алина добавила несколько позиций в корзину. Оформила заказ. Почувствовала легкость — странную, непривычную.
Вечером вернулась домой. Квартира встретила тишиной. Алина прошла на кухню, заварила травяной чай. Села у окна.
За стеклом мерцали огни города. Где-то там жил Игорь. Наверное, у Тамары Петровны. Возможно, жаловался матери на жадную жену.
Но Алину это больше не волновало.
Женщина сделала глоток чая. Открыла ноутбук, начала работать над новым проектом. Клиент заказал редизайн корпоративного портала. Сложная задача, но интересная.
Работа шла легко. Никто не заглядывал через плечо. Никто не комментировал покупки. Никто не контролировал каждую потраченную копейку.
Через несколько часов Алина закончила первый этап. Откинулась на спинку кресла, потянулась. Посмотрела на часы — половина второго ночи.
Раньше Игорь ворчал, если жена засиживалась за работой допоздна. Теперь можно было работать сколько угодно.
Алина встала, прошла в спальню. Легла на кровать, укрылась одеялом. Закрыла глаза.
Тишина окутывала, как мягкий кокон. Никаких претензий. Никаких обвинений. Никакого контроля.
Только свобода. И это было бесценно.
Утром женщина проснулась отдохнувшей. Приготовила кофе в своей кофемашине. Села завтракать. Листала новости в телефоне.
Пришло сообщение от подруги Кати: «Как дела? Деньги в сохранности, когда понадобятся — скажи.»
Алина улыбнулась, набрала ответ: «Спасибо. Переведи обратно на мой новый счет. Реквизиты скину.»
Отправила данные. Через полчаса деньги вернулись. Сто сорок семь тысяч снова были в доступе.
Женщина открыла приложение банка. Посмотрела на баланс. Её деньги. Только её. Никто больше не мог их забрать.
Алина закрыла приложение. Допила кофе. Начался новый день. Без Игоря. Без Тамары Петровны. Без контроля и унижений.
Просто день. Обычный. Свободный. Её собственный. И это было всё, что нужно.
— Хочешь квартиру забрать? — спросила свекровь невестку, не заметив, что за спиной стоит её муж