Родители хотели познакомиться с Максом. Мама намекала уже месяц. Я откладывала.
С ним я встречалась четыре месяца. Ему тридцать один. Мне двадцать восемь. Казалось, всё нормально.
Но что-то мне не давало покоя. Но Макс сам напросился. Решила — пусть встретятся.
— Давай к твоим сходим? — предложил он в начале недели. — Познакомлюсь с семьёй. У нас же серьёзные отношения.
Я согласилась. Назначили на субботу. Мама обрадовалась. Начала готовиться заранее.
Я приехала к родителям с утра. Помогать. Хотелось, чтобы всё прошло идеально. Чтобы Макс родителям понравился. Чтобы он произвёл впечатление.
Я волновалась жутко. Это же первое знакомство. Важное.
Заранее купила новое платье. Строгое, но женственное. Тёмно-синее. Взяла с собой.
Мы с мамой весь день готовили вместе. Я резала овощи для салата. Чистила картошку. Мама запекала курицу с картофелем. Делала фирменный салат с копчёной грудкой. Пекла пирог с вишней.
Ближе к вечеру мы накрыли стол. Она доставала парадный сервиз. Тот самый, бабушкин. Белоснежные тарелки с золотой каймой.
— Макс придёт в шесть? — переспросила мама. — Точно?
— Да, мам. В шесть. Он обещал не опаздывать.
Она кивнула. Поправила салфетки на столе. Отступила. Оценила результат. Всё выглядело торжественно.
Я пошла переодеваться за час до прихода Макса. Накрасилась аккуратно. Уложила волосы. Смотрелась в зеркало и повторяла про себя: «Всё будет хорошо».
Звонок в дверь прозвучал ровно в шесть. Пунктуальный. Это хороший знак. Я открыла.
Макс стоял с букетом. Розы, большие, красные. В рубашке. Выглядел презентабельно. Я улыбнулась. Он выглядел отлично.
— Привет, красавица. Готова представить меня родителям?
— Проходи. Они ждут.
Мы прошли в гостиную. Мама вышла навстречу. Улыбалась широко. Отец встал из-за стола. Пожал Максу руку.
— Очень приятно, — сказал отец. — Слышали о вас много хорошего.
— Взаимно, — ответил Макс. — Таня много рассказывала о семье.
Мама взяла цветы. Понесла ставить в вазу. Мы сели за стол. Началась обычная беседа.
Отец спрашивал про работу. Макс рассказывал про свой бизнес. Он занимался поставками стройматериалов. Говорил уверенно. Родители слушали с интересом.
Мама начала разносить блюда. Первым подала салат. Свой фирменный. С копчёной курицей и ананасами. Я знала — она готовила его особенно тщательно.
Макс попробовал. Я смотрела на него. Ждала реакции. Он прожевал. Кивнул.
— Неплохо. Оригинально.
«Неплохо» звучало как-то сухо. Но я решила не обращать внимания. Может, он просто сдержанный при знакомстве.
Мама поставила на стол курицу. Румяная, ароматная. С золотистой корочкой. Картошка вокруг блестела от сока.
— Ого, красиво, — сказал Макс. — Впечатляет.
Отец начал резать курицу. Раскладывал по тарелкам. Максу положил щедро. Первому. Знак уважения к гостю.
Макс взял вилку. Отрезал кусочек. Попробовал. Я напряглась. Жевал он медленно. Задумчиво. Потом отложил вилку.
— А мясо суховатое, — сказал он вдруг. — Передержали в духовке.
Повисла неловкая пауза. Мама замерла с салатницей в руках. Отец поднял брови. Я почувствовала, как краснею.
— Правда? — переспросила мама. — Мне казалось, нормально пропеклось.
— Ну, я не спец, конечно, — продолжил Макс. — Но моя бывшая девушка готовила курицу сочнее. Она какой-то особый рецепт знала.
Я замерла. Он только что упомянул бывшую. За столом у моих родителей. При первом знакомстве. Серьёзно?
Отец медленно положил нож. Посмотрел на Макса. Мама села на стул. Улыбка сползла с её лица.
— Вашу бывшую девушку? — уточнил отец спокойно.
— Да. Алису. Мы два года встречались. Она отлично готовила. Особенно мясо. У неё талант был.
Я сглотнула. Что происходит? Зачем он это говорит? На первом ужине с моими родителями?
— Макс, — тихо сказала я. — Может, не будем?
— Что не будем? — он посмотрел на меня удивлённо. — Я просто честно говорю. Мама старалась, но рецепт можно улучшить. Я могу скинуть, как Алиса делала.
Мама побледнела. Я видела — она сдерживается. Она готовила весь день. Доставала парадный сервиз. А он критикует и советует рецепт от бывшей.
— Спасибо, — сухо сказала мама. — Обойдусь.
Макс пожал плечами. Продолжил есть. Как будто ничего не произошло. Атмосфера стала напряжённой. Разговор не клеился.
Отец молчал. Пил чай. Смотрел на Макса тяжёлым взглядом. Мама ковыряла вилкой в салате. Я не знала, куда деваться.
— А пирог будет? — спросил Макс весело. — Я люблю домашнюю выпечку.
— Да, — кивнула мама. — Испекла. Вишнёвый.
Она принесла пирог. Поставила на стол. Нарезала куски. Подала Максу первому. Он взял вилку. Откусил. Прожевал.
— М-м-м, — протянул он. — Хорош. Но тесто плотноватое. У Алисы было более воздушное. Она добавляла что-то специальное.
Я сжала кулаки под столом. Четвёртый раз. Он упомянул её четвёртый раз за вечер. Мама опустила глаза. Отец налил себе морса. Молча.
— И вишню она как-то по-особенному готовила, — продолжал Макс. — Без косточек. Аккуратно. Вот это был пирог! Я до сих пор помню вкус.
Он улыбался. Явно наслаждался воспоминаниями. Не замечал, как темнеют лица вокруг. Как напряглась атмосфера.
Всё. Чаша терпения переполнилась. Я взбесилась. Он уже третий раз за вечер упомянул свою бывшую. Сравнивал мамину готовку с её. При родителях!
— Макс, — сказала я жёстко. — На кухню. Сейчас же!
— Зачем? — он удивился. — Я ещё не доел.
— Нужно поговорить. Немедленно!
Он нехотя встал. Мы вышли на кухню. Я закрыла дверь. Повернулась к нему.
— Ты что делаешь? — зашипела я.— Зачем ты при моих родителях сравниваешь мамину еду с едой бывшей?
— Я просто честно говорю, — он пожал плечами. — А что такого? Алиса действительно хорошо готовила. Это факт.
— Это хамство! Мама старалась весь день! Готовила лучшие блюда! А ты критикуешь и приводишь в пример бывшую!
— Таня, успокойся. Я не критикую. Я даю советы. Конструктивную обратную связь.
— Конструктивную? — я не верила своим ушам. — Ты понимаешь, как это звучит?
— Как? Нормально звучит. Алиса была отличной хозяйкой. Я просто вспомнил. Ностальгия.
Я посмотрела на него. На этого мужчину, которого привела домой. Он должен был понравиться родителям. А он всё испортил за один вечер.
— Ты что, до сих пор её любишь? — спросила я в лоб.
— Нет, что ты. Просто признаю её таланты. Она умела готовить. Это же не значит, что я её люблю.
— Макс, ты на первом ужине с моими родителями упомянул бывшую. И не один раз! Ты вообще понимаешь, что творишь?
— Танюш, не драматизируй. Они же взрослые люди. Поймут. Я правду говорю.
— Правду? Какую правду? Что моя мама готовит хуже твоей бывшей?
— Ну, объективно — да. Но это не значит, что плохо! Просто Алиса была профи.
Я глубоко вдохнула. Посчитала до десяти. Не хотела срываться. Но терпение кончилось.
— Пошли обратно, — сказала я холодно. — Нужно закончить этот ужин.
Мы вернулись в гостиную. Родители сидели молча. Атмосфера была напряжённая. Макс сел. Продолжил есть пирог. Как ни в чём не бывало.
— Тань, а у тебя есть рецепт этого пирога? — спросил он меня. — Хочу сравнить с Алисиным. Она тоже вишнёвый пекла.
Отец резко положил вилку. Мама сжала салфетку в кулаке. Я почувствовала — это конец.
— Макс, — начал отец ровным голосом. — А может, вы неправильную девушку выбрали?
— В смысле? — не понял Макс.
— Если ваша Алиса так хороша. Готовит лучше. Печёт воздушнее. Может, стоило с ней остаться?
Макс покраснел. Понял, что переборщил. Но отступать не собирался.
— Я не это имел в виду. Просто делился воспоминаниями.
— Воспоминаниями? — мама не выдержала. — Молодой человек, вы первый раз у нас в гостях. Я готовила специально. Старалась. А вы всё время рассказываете про бывшую.
— Извините, если обидел. Не хотел. Просто вырвалось.
— Так много раз вырвалось? — уточнила мама. — Случайно?
Повисла тишина. Макс ёрзал на стуле. Понимал — попал впросак. Но гордость не позволяла извиниться нормально.
Я смотрела на него. И вдруг всё стало ясно. Он не просто бестактный. Он сравнивает меня с Алисой постоянно. Просто раньше молчал. А сегодня расслабился. И показал истинное лицо.
— Знаешь, Макс, — сказала я громко и чётко. — У меня к тебе вопрос.
— Какой? — он настороженно посмотрел.
— Раз уж Алиса так хороша. Готовит лучше. Печёт воздушнее. Может, она и в других вещах была лучше?
— О чём ты? — он не понял.
— Ну, красивее меня, например? Стройнее? Умнее?
Отец поперхнулся водой. Мама ахнула. Макс побелел. Не знал, что сказать.
— Таня! — выдавил он. — При родителях!
— А что? — я улыбнулась холодно. — Ты при них упомянул бывшую. Я просто интересуюсь — она во всём была лучше?
— Ты не понимаешь!
— Понимаю прекрасно. Ты не забыл свою Алису. Скучаешь. Сравниваешь со мной. Думаешь о ней.
— Нет! Я с тобой!
— Тогда почему ты о ней говоришь постоянно? — я встала из-за стола. — Знаешь что? У меня для тебя хорошая новость.
— Какая? — он вжался в стул.
— Ты свободен. Можешь вернуться к своей Алисе. Раз она такая идеальная. Готовит лучше. Печёт воздушнее.
— Таня, постой!
— Стой ты. Вставай. Собирайся. Уходи.
— Но мы же только поужинали!
— Ужин окончен. Можешь идти к Алисе. Поешь её воздушных пирогов. Я не держу.
Макс посмотрел на родителей. Искал поддержки. Но отец смотрел в стену. Мама уткнулась в тарелку. Они молчали.
— Может, обсудим? — попытался он. — Я погорячился. Извини.
— Поздно извиняться. Ты показал своё отношение. К моей семье. Ко мне. Нам не по пути.
— Из-за одного вечера?
— Из-за того, что ты думаешь о бывшей. Сравниваешь с ней. Не ценишь то, что имеешь.
— Я ценю!
— Тогда почему говоришь про неё? При моих родителях? На первом ужине?
Он молчал. Аргументов не находилось. Он встал. Взял куртку. Направился к выходу.
— Ты пожалеешь! — бросил он на прощание. — Алиса хотя бы не истерила.
— Вот и иди к ней. Она, наверное, ждёт. Номер ещё помнишь?
Дверь хлопнула. Макс ушёл. Я вернулась в гостиную. Села за стол. Налила себе воды. Выпила залпом.
Мама первой нарушила тишину.
— Тань, ты молодец.
— Прости за сцену. Не сдержалась.
— Нет, — отец покачал головой. — Ты правильно сделала. Этот тип неадекватный.
— Он показал себя, — согласилась я. — Хорошо, что раньше выяснилось.
Мы доели ужин втроём. Спокойно. Без этого нахала. Мама разрезала оставшийся пирог. Отец налил чай.
— Курица получилась отменной, — сказал отец. — Сочная. Ароматная.
— Спасибо, дорогой, — улыбнулась мама. — А пирог?
— Пирог воздушный. Лучше не бывает.
Я смотрела на них. И поняла — вот оно. Вот какие отношения нужны.
Без сравнений с прошлым. Без упоминаний бывших. Без оценок и критики. С уважением и любовью.
Макс звонил ещё неделю. Писал сообщения. Извинялся. Говорил, что не хотел обидеть. Что Алиса — прошлое.
Я не отвечала. Заблокировала номер. Удалила из соцсетей. Он вычеркнут.
Через месяц общая знакомая написала. Сказала, что видела Макса с Алисой в кафе. Они держались за руки. Целовались. Помирились, значит.
Видимо, её пироги оказались важнее. Её воздушное тесто. Её сочная курица. Вся её идеальность.
Пусть живут счастливо. Едят её кулинарные шедевры.
Я не жалею. Стыдно было, да. Родители видели этот цирк. Но я поняла главное.
Он всё это время жил с призраком Алисы. Сравнивал меня с ней. Мерил по её лекалу. Я была временной заменой. Пока оригинал не вернулся.
И знаете что? Таких полно. Мужики, которые тащат в новые отношения память о бывшей. Пытаются из тебя слепить её копию. А если не получается — критикуют.
«Моя бывшая была стройнее». «Моя бывшая готовила лучше». «Моя бывшая не скандалила по пустякам».
А ты терпишь. Стараешься. Готовишь как проклятая. Худеешь. Молчишь. Чтобы понравиться. Чтобы быть лучше той, идеальной.
Не надо.
Если мужик упомянул бывшую в положительном ключе хоть раз — он не твой. Он её. И ты всегда будешь второй. Хуже. Не дотягивающей до стандарта.
От таких бегут. Не спасают. Не перевоспитывают. Бегут.
Пусть идёт к своей Алисе. Пусть ест её воздушные пироги. Пусть наслаждается её обществом каждый день. Не моя проблема.
Я себе дороже.
Не успели дети поделить наследство мужа, как я выложила им главный секрет семейных документов