Алина прижалась спиной к холодному кафелю у раздачи, на ней было то самое серое платье, бесформенное, трикотажное, купленное три года назад на распродаже за полторы тысячи. Катышки на рукавах она срезать не стала, для образа «бедной родственницы» самое то.
В руках планшет с накладными, в голове цифры: «Чёрная икра «Осетр» — 5 кг, лобстеры канадские — 20 штук, шампанское Crystal — 10 бутылок». Итоговая сумма банкета уже перевалила за триста тысяч, и это только аперитив. Денис, её благоверный, уверен, что гуляет на широкую ногу в долг, рассчитывая покрыть всё подарками гостей, наивный.
Двери в кухню распахнулись с таким грохотом, будто их вышиб ОМОН, на пороге появилась Тамара Игоревна. Свекровь была великолепна в своей безвкусице: платье цвета «фуксия», на шее нитка фальшивого жемчуга, на голове лакированная «башня», способная выдержать ураган.
— Алина! — рявкнула она, перекрывая шум вытяжки. — Ты почему здесь прохлаждаешься? Я тебя за чем посылала?
Алина медленно подняла глаза от планшета.
— Я проверяла поставку, Тамара Игоревна, вы же сами сказали, что вам кажется, будто недовешивают.
— Мне не кажется, я знаю! — Свекровь подлетела ближе, тыча пальцем с облупленным маникюром в сторону зала. — В тарталетках икры — кот наплакал! Это что, бутерброд для бедных? Я сына растила не для того, чтобы он перед партнерами краснел! Метнись в зал, скажи официантам, чтобы доложили! И скатерти поправь на третьем столе, там складка!
Следом за мамой в кухню вплыл Денис. Муж выглядел «дорого-богато» только издалека, а в близи было видно, что костюмчик-то тесноват в плечах, куплен ещё до того, как он наел «авторитетный» живот на маминых пирожках.
— Алин, ну реально, — процедил он, брезгливо оглядывая жену. — Чего ты тут маячишь? Мама нервничает.
— Я помогаю, Денис.
— Помогаешь? — Он хмыкнул. — Ты своим видом распугиваешь аппетит, посмотри на себя, серая мышь, мешок из-под картошки и то элегантнее сидит. Там сейчас Петров из администрации приедет, люди серьёзные. Мне что, сказать им: «Знакомьтесь, это моя жена, она у нас юродивая»?
Тамара Игоревна хищно кивнула:
— Вот именно, не позорь семью, в зал не суйся, сиди здесь, на кухне. Я распоряжусь, тебе девочки в контейнер положат, что со столов останется, салат там, нарезку. Поешь, пока мы празднуем, и телефон выруби, не дай бог зазвонит, когда тост говорить будут.
Алина молчала, внутри не дрогнул ни один мускул, восемь лет тренировок. Восемь лет она была удобной тенью, «дизайнером-неудачницей», которая якобы сидит на шее у успешного мужа-менеджера среднего звена.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Я не выйду, приятного аппетита.
Денис самодовольно подмигнул матери:
— Ну вот, другое дело, знай свое место, зайка. Всё, мам, пошли, там дядя Боря уже третий тост рвётся сказать.
Они вышли, оставив за собой шлейф приторных духов «Красная Москва» и дешевого мужского одеколона, дверь захлопнулась.
Алина выдохнула, сунула руку в карман растянутой кофты. Достала айфон последней модел, который Денис никогда не видел, считая, что жена ходит со старым «андроидом» с разбитым экраном. Открыла чат с контактом «Игорь Управляющий», пальцы быстро набрали текст:
«Запускай план Б. Счёт не закрывать, шоу начинается через 20 минут».
На экране высветилось: «Принято, Алина Сергеевна, охрана готова».
Алина усмехнулась, поправила выбившуюся прядь и направилась к чёрному ходу, где в личном шкафчике, запертом на ключ, её ждала совсем другая жизнь.
Как выгнать жену с праздника, купленного на её деньги
Банкетный зал ресторана «Monaco» сиял, как витрина ювелирного в Дубае, но с легким налетом провинциального отчаяния. Хрустальные люстры дрожали от басов — диджей, чей гонорар явно превышал месячный бюджет районной поликлиники, врубил Лепса.
Столы ломились, здесь было всё, что в представлении Тамары Игоревны означало «жизнь удалась»: этажерки с фруктами, мясная нарезка, разложенная веером, и, конечно, то самое горячее, ради которого Денис взял микрозайм под грабительский процент.
Гости — паноптикум типажей, которых вы точно видели на любой русской свадьбе.
За столом №3, прямо под кондиционером, восседала Светка. На ней была блузка с леопардовым принтом и выражение лица, будто она только что лизнула лимон.
— Ой, ну икры пожалели, — шептала она соседке, тыкая вилкой в тарталетку. — Зернистая, ага, по акции в «Пятерочке» брали, зуб даю. А салфетки? Бумажные! В элитном ресторане.
Она огляделась, прищурив глаза:
— А невестка-то где? Алина эта. Небось, опять голову не помыла, стыдно людям показать. У Дениса юбилей, а она, небось, дома с книжкой, блаженная. Мужик гуляет, а она в облаках витает.
На другом конце стола, вальяжно раскинувшись на стуле, Дядя Боря ковырял вилкой дефлопе из какой-то перемороженной рыбы.
— Развод на бабки, — вещал он басом, перекрикивая музыку. — Я этот бизнес знаю, омар перемороженный, текстура «резина». Денис пыль в глаза пускает, я пробил его номера, «Тойота» в залоге, квартира в ипотеке.
В этот момент дверь приоткрылась, Алина скользнула в зал. Не собиралась устраивать сцен, ей просто нужно было проверить рассадку перед тем, как начнётся «шоу». Ну и, может быть, присесть на свободный стул с краю, выпить воды. Её серый свитер на фоне вечерних платьев и костюмов выглядел как грязное пятно на белой скатерти.
Тамара Игоревна заметила её первой, у свекрови на «неформат» был встроенный радар. Она подавилась оливкой, лицо пошло красными пятнами, гармонирующими с её платьем.
— Ты?! — прошипела она через весь стол, забыв про этикет. — Куда прёшься?
Музыка на секунду стихла, и её визг разрезал тишину:
— Я же сказала, на кухню! Ты своим видом мне аппетит портишь! Люди смотрят!
Денис, который в этот момент поднимал тост за «успешный успех», осекся. Увидел жену, в его глазах мелькнула не любовь, не жалость, а чистая, незамутненная ненависть человека, чей дешёвый понт вот-вот разоблачат.
Он подскочил к ней, больно схватил за локоть:
— Ты совсем тупая? — процедил он ей прямо в ухо, улыбаясь гостям резиновой улыбкой. — Я же просил по-человечески, не отсвечивай.
— Денис, мне нужно сесть, я устала, — спокойно ответила Алина.
— Устала она! От чего? От безделья? Вали отсюда быстро, чтобы духу твоего здесь не было, иди к поварам, там твой уровень.
Светка за столом торжествующе пихнула соседку локтем:
— Во, видала? Выгоняют, значит точно накосячила. Может, пьёт? Вид-то помятый.
Алина посмотрела на руку мужа, сжимающую её локоть. На его запонки, купленные с её карты, он думал, что это «бонус от банка», на свекровь, которая махала салфеткой, будто отгоняла муху.
— Хорошо, Денис, — сказала она. — Я уйду, но ты об этом пожалеешь.
— Пф-ф, напугала, — фыркнул он, подталкивая её к выходу. — Иди уже, «бизнес-леди».
Алина развернулась и вышла, за спиной снова грянул Лепс: «Я уеду жить в Лондон».
«В Лондон вряд ли, Дениска, — подумала она, шагая к кабинету владельца. — А вот в однушку в Бибирево к маме — это запросто».
Снимаем шкуру мыши: время показать, кто здесь платит
Кабинет управляющего встретил её благословенной тишиной и запахом дорогой кожи, Алина захлопнула дверь и с наслаждением провернула ключ в замке дважды. Подошла к зеркалу, на неё смотрела уставшая женщина с потухшим взглядом, серое платье-мешок висело на ней, как саван.
— Ну всё, концерт окончен, — сказала она своему отражению.
Алина стянула через голову колючий трикотаж. Тряпка, купленная на распродаже в «Твоё» за 800 рублей, полетела в угол, туда же отправились стоптанные балетки из кожзама.
Она осталась в белье, вот тут Денис просчитался, если бы он хоть раз за последний год раздел жену не в темноте и не за две минуты, он бы заметил: на «серой мыши» надето кружево Agent Provocateur, комплект за сорок тысяч.
Она подошла к встроенному шкафу, набрала код на сейфе, дверца плавно отъехала. Внутри, в чехле, висело платье, красный шёлк, Alexander McQueen. Коллекция прошлого года, но кого это волнует? Цена вопроса 320 000 рублей, не одежда, а инвестиция, и оружие массового поражения.
Алина скользнула в прохладную ткань, рлатье обняло фигуру, как вторая кожа, мгновенно выпрямляя осанку. Восемь лет она играла роль «удобной жены», Денису нужна была не женщина, а фон, нужно было чувствовать себя добытчиком, принося домой свои несчастные восемьдесят тысяч, половина из которых уходила на его же понты.
— «Алинка, откуда у нас деньги на ремонт? Опять бабушкина заначка?» — передразнила она мужа, распуская пучок.
На самом деле «заначка», это гонорар за дизайн-проект пентхауса для замминистра. «Продукты по акции», это доставка из «Азбуки Вкуса», переложенная в пакеты из «Пятерочки».
Она платила за всё, за его комфорт, за его иллюзию власти, за то, чтобы он не чувствовал себя ничтожеством.
Зачем?
Алина достала из коробки туфли, чёрные лаковые Saint Laurent на шпильке-стилете, 12 сантиметров превосходства, 95 тысяч рублей. Сначала была любовь, потом привычка, а потом жалость. Ей было проще заработать миллион, пока он спит, чем объяснять ему, что его бизнес-идеи, это дно.
Надела туфли, икры напряглись, рост увеличился, взгляд стал жёстче. Помада не розовая гигиеничка, а кроваво-красная, матовая.
Алина посмотрела в зеркало, теперь там стояла хищница, хозяйка этого ресторана. Женщина, которая прямо сейчас выйдет в зал и размажет своего «любимого» мужа тонким слоем по паркету, не из мести, а ради гигиены, потому что нельзя жить с паразитами, их надо травить.
В дверь деликатно постучали.
— Алина Сергеевна? — голос Игоря, управляющего. — Пора, гости уже на десерте.
Она взяла со стола папку с документами.
— Я готова, Игорь, открывай.
Щёлкнул замок. Алина шагнула в коридор, цокот её каблуков звучал как обратный отсчёт детонатора.
Когда охрана слушает хозяйку, а не пьяного заказчика
Денис как раз дошёл до стадии «я царь горы», стоял с микрофоном, раскрасневшийся от коньяка и собственной важности.
— …и этот ресторан я выбрал не случайно! Потому что мы привыкли только к лучшему! Уровень, понимаете? Это у меня в крови!
В этот момент массивные дубовые двери в зал распахнулись.
В проём шагнула Алина. Красный шёлк струился по телу, разрез до бедра открывал ногу, обутую в лаковую шпильку, способную пробить не только паркет, но и мужское эго. Волосы — тяжёлая, блестящая волна по плечам, макияж как у кинозвезды перед выходом на красную дорожку, где она собирается получить «Оскар» за лучшую женскую месть.
Она шла к центру зала.
Диджей, мальчик лет двадцати, инстинктивно приглушил музыку. За третьим столом Дядя Боря застыл с вилкой у рта, кусок осетрины шлёпнулся на брюки, оставив жирное пятно.
— Опа… — выдохнул он. — А вот и рояль в кустах, спецэффекты пошли.
Тамара Игоревна первой вышла из ступора, её лицо приобрело оттенок перезрелой свеклы. Вскочила, опрокинув бокал с красным вином на белую скатерть.
— Ты?! — взвизгнула она так, что микрофон у Дениса фонировал. — Ты что вырядилась?! Ты что себе позволяешь?!
Алина остановилась в пяти метрах от них, улыбка была холодной.
— Добрый вечер, Тамара Игоревна. Вам не нравится платье? Странно. А ведь оно куплено на те деньги, которые я, по версии Дениса, «транжирила на ерунду».
Денис побелел, взгляд метался от шикарного декольте жены к лицам ошарашенных партнеров по бизнесу.
— Ты… ты где это взяла? — прохрипел он. — Украла? У кого ты это украла?! Ты же нищая!
Он вдруг осознал, что происходит катастрофа, его «серая мышь» рушит легенду об успешном муже-олигархе.
— Охрана! — заорал он, срываясь на фальцет. — Охрана! Вышвырните эту психопатку! Она пьяная! Она здесь никто!
Два здоровенных охранника в чёрных костюмах действительно шагнули вперед, Денис победно ухмыльнулся, тыча пальцем в Алину:
— Давай, пошла вон! И шмотки верни, где взяла!
Но охранники прошли мимо Алины, встали у неё за спиной, скрестили руки на груди.
Из тени вышел Игорь, управляющий, поправил безупречный галстук и подошёл к микрофону, мягко забрав его из влажных рук Дениса.
— Денис Викторович, — голос Игоря звучал вежливо. — Умерьте пыл.
— Ты глухой?! — брызгал слюной Денис. — Я плачу бабки! Я заказчик! Выгнать её! Она мне праздник портит!
Игорь вздохнул, глядя на Дениса как на нашкодившего кота, нагадившего в тапки.
— При всём уважении, Денис Викторович… Я не могу выгнать учредителя и единственного владельца этого заведения.
Он повернулся к Алине и слегка поклонился:
— Алина Сергеевна, ваше распоряжение? Продолжаем банкет или вызываем полицию за хулиганство?
В зале повисла тишина.
За столом гостей началась цепная реакция. Тётя Лена вскочила, прижав руки к груди, глаза на мокром месте, тушь потекла.
— Ааа! Девочка моя! — закричала она на весь зал. — Утёрла нос, я знала! Господи, как в кино! Смотрите, как она на него смотрит! Королева! Так их, козлов!
Дядя Боря скептически хмыкнул, вытирая осетрину с штанов:
— Не верю, подставная утка. Сейчас выяснится, что она любовница настоящего хозяина, а тот просто дал ей порулить. Бабы на такое не зарабатывают, тем более «дизайнерши», сценарий сырой, я сразу понял.
А Светка поджав губы, прошипела:
— Ну конечно… Владелица, а чего тогда восемь лет в рванье ходила? Психическая. И платье это… Вырез-то слишком глубокий, шалава, одним словом.
Алина не смотрела на гостей, а смотрела на мужа. Денис открывал и закрывал рот, его мир рушился, и это было только начало.
Брачный контракт работает надежнее, чем клятвы в вечной любви
Денис моргнул раз, другой. Его лицо, секунду назад искаженное злобой, вдруг разгладилось, как простыня под утюгом. В глазах загорелся калькулятор, понял: перед ним не «серая мышь», а золотая антилопа.
— Алина… Алиночка, — шагнул к ней, раскинув руки для объятий. — Ну ты даёшь! Сюрприз? Это сюрприз, да? Так вот почему ты пропадала, строила наше будущее!
Он повернулся к залу, сияя фальшивой улыбкой:
— Друзья! Вы видели? Какая женщина! Скрывала, готовила подарок мужу! Это же наш ресторан, семейный бизнес!
Тамара Игоревна тоже очнулась и закивала, как китайский болванчик:
— Ой, ну конечно! Я всегда говорила, что Алинка у нас с изюминкой! Всё в семью, всё в семью!
Алина не отстранилась, просто подняла руку с микрофоном. Жест был властный, как у судьи перед оглашением приговора.
— Нет, Денис. — Её голос ударил по ушам, усиленный акустикой зала. — Не «наш».
Она достала из папки тонкий лист бумаги.
— Помнишь, три года назад, когда ты брал свою драгоценную «Тойоту Камри» в кредит? Ты тогда так боялся, что при разводе я, нищебродка, отберу у тебя половину твоего «сокровища», и заставил меня подписать брачный контракт.
Денис замер, улыбка сползла с его лица.
— Цитирую пункт 4.2, — Алина говорила чётко, наслаждаясь каждым слогом. — «Имущество, оформленное на одного из супругов в период брака, является его личной собственностью и разделу не подлежит».
Бросила контракт на стол перед ним.
— Ресторан «Monaco», ООО «Взлёт», оформлен на меня. А на тебе, Денис, висит ипотека за квартиру мамы и кредит за «Тойоту», пятьдесят тысяч в месяц, ещё четыре года платить, удачи.
Зал ахнул, кто-то нервно хихикнул.
— Это подстава! — взвизгнул Денис, хватаясь за край стола. — Ты не могла! Откуда деньги?! Ты же у меня на прокладки просила!
— Я зарабатывала, пока ты играл в танки и строил из себя директора мира, — отрезала Алина. — Но это скучная бухгалтерия, а теперь обещанный сюрприз, слайд-шоу к юбилею любимого мужа!
Она щёлкнула пальцами, Игорь, стоящий у пульта, нажал кнопку.
Огромный экран за спиной именинника, на котором должна была крутиться презентация «Дениска на горшке» и «Денис получает диплом», вспыхнул.
Но вместо детских фото появились кадры с камер наблюдения. Чёткие, в 4К разрешении.
Дата: Неделю назад.
Место: Этот самый зал, столик №5 укромный, в углу).
На экране Денис кормил с вилочки блондинку с нарощенными волосами и губами размером с пельмени. Блондинка смеялась, закидывая ногу на ногу, на ней было платье, подозрительно похожее на то, что Денис якобы не смог купить Алине на годовщину из-за тяжёлых времён.
— О, а вот и Кристина, — прокомментировала Алина, глядя на экран как на скучный сериал. — Администратор солярия, чек за тот вечер: 45 тысяч рублей. Оплачено с кредитки, которую ты, Денис, тайком оформил на моё имя, подделав подпись в приложении, статья 159 УК РФ, мошенничество, заявление уже в полиции.
Картинка сменилась, Денис лезет к блондинке в декольте.
За столом №3 Светка поджала губы, разглядывая любовницу на экране.
— Ну вот, — громко, на весь зал, сказала она. — Я же говорила, мужик налево просто так не ходит. Ходила в обносках, вечно кислая, вот он и загулял, сама виновата, довела мужика. А девка-то ухоженная, волосы, ботокс, губы сделаны, вкладывается в себя, не то что некоторые.
Тамара Игоревна схватилась за сердце, и на этот раз, кажется, по-настоящему, осела на стул, хватая ртом воздух:
— Денис… Сынок… Как же так? Прямо здесь?
Денис стоял пунцовый, понимал, это конец. Не просто развод, а финансовая яма, из которой ему не выбраться.
— Выключите! — заорал он. — Выключите эту херню!
— Зачем? — холодно спросила Алина. — Гости должны знать, за чьё здоровье они пьют, а именно за здоровье банкрота и альфонса.
Любовь прошла, а счёт за лобстеров придётся оплатить
Алина аккуратно положила микрофон на край стола, экран погас.
— На этом развлекательная программа закончена, — сказала Алина, даже не глядя на мужа. — Завтра мои юристы свяжутся с тобой по поводу развода. Вещи я уже собрала, твои пакеты стоят у консьержа, постарайся забрать их до дождя, картон размокает.
Денис стоял, обхватив голову руками, Тамара Игоревна, забыв про больное сердце, судорожно допивала вино прямо из графина.
— Алина… Доченька… Ну зачем так резко? — заблеяла она. — Ну, оступился мужик, с кем не бывает? Мы же семья!
Алина усмехнулась.
— Семья закончилась в тот момент, когда вы отправили меня на кухню доедать объедки, Тамара Игоревна.
Вперёд выступил Игорь, в руках у него была кожаная папка для счёта. Он вежливо положил её перед Денисом, отодвинув тарелку.
— Денис Викторович, прошу расплатиться.
Денис вытаращил глаза:
— Ты чё, больной? Какой счёт? Это ресторан моей жены!
— Бывшей жены, — поправил Игорь. — И хозяйка распорядилась, халявы не будет.
Денис дрожащими пальцами открыл папку. Внутри лежал длинный, как рулон туалетной бумаги, чек.
— Банкет на 50 персон, аренда зала «Люкс». Лобстеры, чёрная икра, пять бутылок Dom Perignon 2012 года, обслуживание 10%. Итого: 345 800 рублей.
— У меня нет таких денег! — взвизгнул Денис. — Ты же знаешь, карта пустая! Алинка, не дури!
— Не мои проблемы, — Алина села за лучший столик у окна, закинув ногу на ногу. — Оформляй кредит, звони друзьям или оставляй в залог часы и телефон, но из ресторана ты не выйдешь, пока касса не пробьёт чек, охрана проследит.
Дядя Боря наблюдая за этой сценой, довольно крякнул и громко шепнул соседу:
— А я говорил! Развод на бабки, классика! Сейчас его ещё и на кухне отрабатывать заставят, посудомойкой. Справедливо, чё.
Охрана вежливо взяла Дениса и свекровь под локти.
— Пройдёмте к терминалу, граждане, не задерживайте гостей.
Гости, чувствуя, что «жареное» закончилось и начинаются проблемы, поспешно потянулись к выходу, стараясь не смотреть в глаза бывшему «успешному бизнесмену».
Алина щёлкнула пальцами, официант тут же поставил перед ней чашку свежесваренного эспрессо. Через витринное окно она видела, как охрана выталкивает на улицу Дениса, прижимающего к груди папку со счётом, и Тамару Игоревну, которая тащила в руках пакет с недоеденным тортом, всё-таки умудрилась спереть.
Начинался дождь. «Тойота» Дениса одиноко мокла на парковке, ожидая, когда за ней придут приставы. Алина улыбнулась своему отражению в стекле, жизнь только начиналась и она, чёрт возьми, будет шикарной.
– Дорогой мой! Перестань делать вид, что это общая заслуга. Деньги мои, квартира моя, а ты просто жаждешь халявы – заявила жена.