Ирина Сергеевна Волкова завершала переговоры партнерами, когда на экране телефона всплыло сообщение от Андрея: «Когда придешь? Ужин стынет». Она быстро набрала ответ: «Через час буду», — и вернулась к обсуждению контракта. Еще три года назад она и представить не могла, что станет коммерческим директором крупной логистической компании, будет летать на переговоры, а по вечерам спешить домой, потому что кто-то ждет её с ужином.
Три года назад она жила одна в своей двухкомнатной квартире на Кутузовском, работала по двенадцать часов в сутки и считала, что так будет всегда. В тридцать восемь лет Ирина смирилась с мыслью, что личная жизнь — не её конёк. Карьера, путешествия, подруги, племянники — этого вполне достаточно для счастья. А потом на корпоративе познакомилась с Андреем Ковалевым.
Он работал в IT-отделе, был на восемь лет моложе, носил потертые джинсы и вечно растрепанные волосы, улыбался застенчиво и говорил негромко. Когда он подошел познакомиться, Ирина сначала даже не восприняла его всерьез. Но Андрей оказался настойчивым. Писал каждый день, приносил кофе, провожал до машины. Постепенно его тихое обаяние пробило её броню.
Они встречались полгода, и это были удивительные полгода. Андрей умел слушать — по-настоящему слушать, а не просто ждать своей очереди высказаться. Он запоминал, какой чай она предпочитает по утрам, какие фильмы любит смотреть в выходные, как именно нужно массировать ей шею после долгого рабочего дня. В его присутствии Ирина чувствовала себя не коммерческим директором с жестким графиком, а просто женщиной.
Когда он сделал предложение, она согласилась не рараздумывая. Свадьба была скромной, только самые близкие. Медовый месяц провели в Греции, и это были лучшие две недели в жизни Ирины. Андрей переехал к ней сразу после возвращения, привезя два чемодана с вещами и ноутбук.
— Ты уверен? — спросила Ирина, помогая ему разбирать коробки. — Может, снимем что-то вместе? Нейтральную территорию?
— Зачем? — удивился он. — У тебя замечательная квартира. И потом, я уже чувствую себя здесь как дома.
Первые недели совместной жизни были сплошным медовым месяцем. Андрей готовил завтраки, встречал с работы, массировал ей плечи по вечерам. Ирина таяла от этой заботы, от ощущения, что она больше не одна.
А потом Андрей взялся за хозяйство.
Сначала Андрей заменил смеситель на кухне — старый подтекал. Ирина была благодарна: она собиралась вызвать сантехника уже месяц, но все никак не находила времени. Потом он починил дверцу шкафа в прихожей, отрегулировал окна, заменил розетки в спальне. Квартира действительно нуждалась в мелком ремонте, и Ирина радовалась, что наконец-то нашелся человек, который этим занялся.
— У тебя просто золотые руки, — говорила она, целуя его в щеку.
— Мужчина в доме должен все уметь, — отвечал Андрей с гордостью.
Где-то через три месяца после свадьбы Ирина заметила первые перемены в его тоне. Она задержалась на работе до девяти вечера — срывался важный контракт, нужно было срочно переделывать документы. Когда она вернулась домой уставшая и голодная, Андрей встретил её на пороге с недовольным лицом.
— Ты могла бы предупредить, что задерживаешься, — сказал он вместо приветствия. — Я ужин приготовил в семь. Все уже остыло.
— Прости, дорогой, — извинилась Ирина, снимая туфли. — У нас форс-мажор был. Я написала тебе сообщение.
— Написала в восемь. А я с шести ждал.
— Андрей, я же не могла раньше. Ты же знаешь, какая у меня работа.
Он не ответил, развернулся и ушел на кухню. Ирина постояла в прихожей, не понимая, что произошло. Потом вздохнула и пошла следом. Ужин они ели молча, и впервые за время их совместной жизни между ними повисло неловкое напряжение.
Но на следующий день Андрей был снова милым и внимательным, и Ирина решила, что просто у него тоже был тяжелый день. Все мы люди, все устаем.
Однако подобные ситуации стали повторяться. Каждый раз, когда Ирина задерживалась на работе, Андрей встречал её с претензиями. Сначала мягкими, потом все более резкими.
— Я же просил сегодня прийти пораньше.
— Опять я один весь вечер.
— Ты вообще хоть иногда думаешь обо мне?
Ирина пыталась объяснять, что она не может контролировать свой рабочий график, что она — коммерческий директор, у нее ответственность, люди, контракты. Но Андрей словно не слышал. Или не хотел слышать.
А потом начались замечания о быте.
— Почему в холодильнике нет нормальных продуктов? Опять одни полуфабрикаты.
— Почему рубашки не выглажены? Мне завтра на работу.
— Могла бы и посуду помыть, я же вчера мыл.
Ирина растерянно смотрела на мужа и ндоумевала. Куда делся тот нежный, застенчивый Андрей, который провожал её до машины и помнил, какой чай она любит?
Она пыталась говорить с ним. Несколько раз садилась рядом, брала за руку, объясняла, что её работа требует времени, что она не может бросить все и бежать домой ровно в шесть. Что у них есть посудомоечная машина, стиральная машина с функцией сушки, что можно заказать уборку, продукты с доставкой — для всего есть решения.
Андрей слушал, кивал, обещал понять. А через пару дней все начиналось заново.
Подруга Светлана, с которой Ирина встретилась на ланче, покачала головой, выслушав её жалобы:
— Ира, ты понимаешь, что происходит? Он въехал в твою квартиру, в твою жизнь, ничего своего не вложил — и теперь ведет себя так, будто он здесь хозяин. Починил пару кранов и возомнил себя главным.
— Не преувеличивай. Просто нам нужно притереться. Это нормально для молодой семьи.
— Молодой семьи? — Светлана подняла бровь. — Ира, вы взрослые люди. Вы не подростки. Он прекрасно знал, на ком женится. Знал, чем ты занимаешься, как ты живешь. И вдруг ему это не нравится?
— Может, я и правда слишком много работаю…
— Прекрати! — Светлана стукнула ладонью по столу, и несколько посетителей кафе обернулись. — Извини, но это бесит. Ты всю жизнь строила карьеру. Ты добилась всего сама. И теперь какой-то программист, который переехал к тебе на всё готовенькое, будет указывать, когда тебе приходить домой?
Ирина хотела возразить, но не нашлась что сказать. Глубоко внутри она понимала, что Светлана права. Но признаться в этом означало признать, что она ошиблась. Что её красивая история любви трещит по швам всего через полгода брака.
Ситуация усугубилась в начале ноября. У компании начался напряженный период — подготовка к годовому отчету, закрытие контрактов, планирование на следующий год. Ирина приходила домой в десять-одиннадцать вечера, иногда работала по выходным. Андрей мрачнел с каждым днем.
Однажды вечером он не выдержал. Ирина только переступила порог, еще не успела снять пальто, как он вышел из гостиной с мрачным лицом.
— Сколько это будет продолжаться? — спросил он без приветствия.
— Что именно? — устало спросила Ирина.
— То, что ты на работе живешь, а домой заглядываешь переночевать.
— Андрей, у нас сейчас аврал. Еще две недели, и все наладится.
— Две недели? — он усмехнулся. — В прошлом месяце тоже были какие-то две недели. И в позапрошлом. У тебя всегда что-то срочное, важное, неотложное.
— Потому что работа у меня такая! — Ирина сбросила туфли и прошла на кухню. — Я же тебе объясняла это сто раз.
— А мне что делать? Я тоже работаю, между прочим. Тоже устаю.
Ирина открыла холодильник, достала бутылку воды.
— Андрей, я не прошу тебя готовить мне ужин каждый день. Я вообще могу по дороге перекусить. Давай просто…
— Вот именно! — перебил он. — Тебе вообще без разницы. Ты можешь перекусить где-то, можешь вообще не приходить. Зачем тогда ты замуж вышла?
Ирина медленно поставила бутылку на стол.
— Что ты сейчас сказал?
— То, что сказал. Может, тебе вообще семья не нужна? Может, тебе только карьера важна?
Она почувствовала, как накатывает усталость, обида, разочарование.
— Я вышла замуж не для того, чтобы отчитываться перед мужем за каждый лишний час на работе, — медленно произнесла она. — Я думала, что выхожу замуж за партнера. За человека, который меня поддерживает.
— Поддерживает? — Андрей скрестил руки на груди. — А кто тебя каждый день ждет? Кто дом в порядок привел? Кто все твои розетки, краны и прочую ерунду починил? Я, между прочим. А ты даже спасибо нормально сказать не можешь.
— Спасибо? Андрей, я тебе благодарна, но…
— Но тебе плевать, — закончил он. — Потому что это твоя квартира, твоя территория. А я так, временный жилец.
— Я такого не говорила.
— Не говорила, но думаешь.
Ирина посмотрела на него — на этого человека, которого полгода назад любила так сильно, что согласилась выйти замуж. И сейчас не узнавала. Перед ней стоял обиженный, злой мужчина с претензиями и недовольством во взгляде.
— Может, нам стоит взять паузу? — тихо предложила она. — Немного пожить отдельно, разобраться…
— Вот как? — Андрей усмехнулся. — То есть при первой же проблеме ты предлагаешь разбежаться? Взрослые люди проблемы решают, а не убегают от них.
— Я не убегаю. Я пытаюсь найти выход.
— Выход? Выход простой — меньше работай, больше времени проводи дома. Как нормальная жена.
Ирина замерла.
— Как нормальная жена?
— Ну да. Или ты считаешь нормальным приходить в полночь и падать спать?
— Андрей, — она взяла себя в руки, — ты знал, чем я занимаюсь, когда мы познакомились. Я не скрывала, что у меня высокая должность и много работы.
— Я думал, ты после свадьбы поубавишь обороты. Семья же появилась.
— То есть ты ждал, что я откажусь от карьеры ради тебя?
— Не откажешься, а найдешь баланс. Как все нормальные люди.
Она покачала головой и вышла из кухни. Разговор зашел в тупик, и она больше не хотела его продолжать. Ей нужно было принять душ, лечь и постараться заснуть, потому что завтра снова рабочий день, и он обещал быть тяжелым.
Но Андрей не отставал. Он шел за ней по коридору, продолжая говорить.
— Ты меня игнорируешь? Серьезно? Я с тобой разговариваю!
— Андрей, мне нужно отдохнуть. Давай поговорим завтра на свежую голову.
— Нет, поговорим сейчас! Я устал от того, что ты меня постоянно отшиваешь!
Ирина резко обернулась.
— Я тебя не отшиваю! Я просто работаю! Это моя жизнь, моя карьера, мои деньги, на которые, между прочим, мы с тобой живем!
Она пожалела об этих словах сразу же, как они слетели с губ. Андрей побледнел.
— Вот оно что, — медленно произнес он. — Значит, ты меня содержишь? Я у тебя на иждивении?
— Я не это имела в виду…
— Нет, имела. Ты так и думаешь. Что я тут дармоед, который в твоей квартире живет и твои деньги тратит.
— Андрей, прекрати. Я не это…
— Да пошла ты! — внезапно выкрикнул он, и Ирина отшатнулась от неожиданности. За все время их отношений он ни разу не повышал на нее голос. — Я тебе не нужен! Тебе вообще никто не нужен, кроме твоей гребаной работы!
Он развернулся и ушел в гостиную, громко хлопнув дверью. Ирина стояла в коридоре, чувствуя, как по щекам текут слезы. Она не плакала давно — лет пять, наверное. Не позволяла себе. А сейчас не могла остановиться.
Она зашла в спальню, закрылась, легла на кровать и проплакала весь остаток вечера. А утром встала, умылась холодной водой, накрасилась и уехала на работу раньше, чем проснулся Андрей.
Следующие две недели они почти не разговаривали. Здоровались, обменивались короткими фразами о бытовых вещах — и всё. Ирина старалась приходить домой как можно позже, чтобы не пересекаться с мужем. Андрей демонстративно не готовил ужин и весь вечер просиживал в гостиной с ноутбуком.
Ирина понимала, что так продолжаться не может. Нужно либо что-то решать, либо расставаться. Но она не была готова к разговору. Не сейчас, когда на работе полный хаос, а дома — напряженная тишина.
И потом случился тот день, который все изменил.
Началось все с утра, когда Ирина узнала, что их крупнейший контрагент отказывается от сделки в последний момент. Срывался контракт на несколько миллионов, нужно было срочно искать замену или придумывать, как удержать клиента. Она провела в переговорах весь день, звонила партнерам, судорожно искала варианты.
К вечеру контракт удалось спасти — не полностью, но хотя бы наполовину. Это означало, что компания не уйдет в минус, и её саму не попросят на выход. Но победа далась тяжело. Ирина вышла из офиса в половине девятого вечера с головной болью и ватными ногами.
По дороге домой она сидела в такси с закрытыми глазами, мечтая только об одном — добраться до кровати. Не поужинать, не принять душ — просто лечь и выключиться.
Когда она открыла дверь квартиры, Андрей сразу вышел в прихожую. Она увидела его лицо и поняла, что сейчас будет скандал. И не ошиблась.
— Ты опять задержалась, — начал он без приветствия. — Хотя обещала сегодня прийти пораньше.
Ирина медленно сняла пальто.
— Я не обещала. Ты попросил, я сказала, что постараюсь.
— Постараюсь! — передразнил он. — У тебя всегда одно — постараюсь, может быть, посмотрим. А по факту плевать ты на меня хотела!
— Андрей, у меня сегодня был очень тяжелый день…
— У тебя каждый день тяжелый! А у меня что, легкий? Я тоже работаю! Но я же как-то умудряюсь приходить домой вовремя!
Ирина прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. У нее не было сил на этот разговор.
— Мне нужно лечь, — тихо сказала она. — Пожалуйста.
— Нет, не ляжешь! Я с тобой еще не закончил! — Андрей преградил ей путь. — Ты вообще понимаешь, что творишь? Я тебя жду, ужин готовлю, дом в порядке держу, а ты как будто одна живешь! Тебе вообще не стыдно?
Что-то внутри Ирины щелкнуло. Может, усталость, может, накопившееся раздражение, может, просто исчерпался лимит терпения. Она открыла глаза и посмотрела на мужа так, что он невольно отступил на шаг.
— Стыдно? — медленно переспросила она. — Мне должно быть стыдно за то, что я работаю?
— Ты не работаешь, ты живешь на работе! Это ненормально!
— Андрей, — она выпрямилась, и усталость вдруг отступила, уступив место холодной ярости, — давай проясним кое-что. Это моя квартира. Мои деньги. Моя жизнь. Я живу так, как хочу. Работаю столько, сколько считаю нужным. И никто, слышишь, никто не будет мне указывать, когда мне приходить домой и что мне делать!
— Да что ты себе позволяешь?! — Андрей побагровел. — Я твой муж!
— Муж? — Ирина усмехнулась. — Ты сюда пришел на всё готовенькое и теперь хозяином себя возомнил?! Решил, что можешь что-то требовать?!
Андрей открыл рот, но она не дала ему вставить слово.
— Ты въехал в мою квартиру со своими двумя чемоданами! Не вложил ни копейки — ни в ремонт, ни в мебель, ни в коммуналку! Ты починил здесь пару кранов — и что, теперь это дает тебе право командовать мной?!
— Я не командую, я просто хочу, чтобы ты вела себя как жена!
— Как жена? А ты ведешь себя как муж? Партнер поддерживает, а не выносит мозг за каждую лишнюю минуту на работе! Ты знал, на ком женишься! Я не скрывала, чем занимаюсь, сколько работаю! Тебя это устраивало, пока ты в съемной однушке жил! А как переехал в хорошую квартиру на Кутузовском, так сразу захотелось жену-домохозяйку!
— Это не так! Ты все переврала!
— Не переврала! Ты хотел готовенького — получил! Квартиру, комфорт, стабильность! А взамен что? Претензии, недовольство, попытки меня переделать!
Андрей молчал, тяжело дыша. Ирина подошла к нему вплотную.
— Знаешь что? Я устала. Я очень устала. От работы — да. Но больше всего я устала от тебя. От твоих обид, претензий, от того, что ты превратил мою квартиру в зону боевых действий.
— Что ты хочешь сказать? — глухо спросил он.
— Я хочу сказать — собирай вещи. Уезжай.
Он уставился на нее.
— Ты меня выгоняешь?
— Да. Выгоняю. Прямо сейчас.
— Ира, ты с ума сошла! Мы муж и жена! Так нельзя!
— Можно. И нужно. Я больше не хочу жить в постоянном напряжении. Не хочу оправдываться за свою работу. Не хочу чувствовать себя виноватой в собственном доме.
— Но… куда я поеду? Сейчас же почти десять вечера!
— Не знаю. К родителям, к друзьям, в гостиницу. Мне все равно. Завтра заберешь остальные вещи. Сейчас бери самое необходимое — и уходи.
Она развернулась и пошла в спальню. Руки дрожали, сердце колотилось, но решение было принято, и она не собиралась его менять. Она слышала, как Андрей ходит по квартире, что-то бормочет, хлопает дверцами шкафов.
Через двадцать минут входная дверь хлопнула. Ирина выглянула в коридор — он ушел. На полу стояла спортивная сумка, которую он не успел забрать. Видимо, взял только самое необходимое.
Она закрыла дверь на все замки, прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол. И снова заплакала.
Следующие дни прошли в каком-то тумане. Андрей написал несколько сообщений с извинениями, потом с угрозами, потом снова с извинениями. Ирина не отвечала. Через неделю он приехал забрать вещи — она специально уехала из дома в это время, оставив ключи соседке. Больше они не виделись.
Подруги отреагировали по-разному. Светлана сказала: «Наконец-то! Я боялась, ты будешь терпеть до последнего». Другие качали головами: «Может, стоило попробовать сходить к психологу, поработать над отношениями». Но Ирина знала, что сделала правильный выбор.
Она не жалела о том, что вышла замуж за Андрея. Эти полгода научили ее многому. Научили не идеализировать людей. Не жертвовать собой ради отношений. Не позволять другим диктовать, как ей жить. И главное — научили доверять своим ощущениям. Когда что-то идет не так, нужно не пытаться исправить любой ценой, а признать ошибку и двигаться дальше.
Через месяц после расставания Ирина оформила развод. Андрей не стал возражать — видимо, понял, что возвращения не будет. Она продолжала работать, ездить на переговоры, задерживаться допоздна. Но теперь возвращалась в квартиру, где царила тишина и покой. Где никто не встречал её с претензиями и недовольным лицом. Где она могла просто быть собой.
Однажды вечером, сидя на диване с чашкой чая и глядя в окно на вечернюю Москву, Ирина подумала, что не так уж и плохо быть одной. Одиночество может быть добровольным выбором, а не приговором. И в нем есть своя свобода.
Может быть, когда-нибудь она снова встретит кого-то. Кто-то, кто будет её настоящим партнером, а не пытаться переделать под свои представления о том, какой должна быть жена. А пока — работа, друзья, путешествия и эта тихая квартира на Кутузовском, которая снова стала по-настоящему её домом.
И этого было достаточно.
— Ты отменил нашу бронь?! Ты отдал наш отпуск своей сестре с её выводком, потому что им нужнее?! А я, по-твоему, не заслужила отдыха