Серый пепел ещё витал в воздухе, когда зазвонил телефон Игоря.
— Алло? — его голос дрожал.
Я сидела на кухне и помешивала кофе. Вчерашний пепел лежал кучкой на столе — я специально не убрала. Пусть смотрит.
— Да, это я… Что? Какие нарушения?
Игорь побледнел и опустился на стул напротив меня. Я подняла глаза от чашки и посмотрела на него спокойно.
— Нет, я не понимаю… Какие данные? Откуда?
Теперь понимаешь, — подумала я и отхлебнула кофе.
— Лена, это что-то связано с тобой?
Я пожала плечами:
— С чем именно?
— Мне только что звонили из диссертационного совета. Говорят, что в моей докторской обнаружили фальсификацию данных. Требуют срочно явиться на заседание.
— Ах, вот как, — я аккуратно поставила чашку. — А что говорит твоя жена?
Игорь помолчал. Потом медленно повернулся к коридору, откуда доносился шум воды — Светка принимала душ.
— Ты что-то знаешь об этом.
— Знаю.
— И что ты знаешь?
Я встала и подошла к окну. Во дворе играли дети. Обычное утро субботы. Только вчера вечером всё было по-другому.
Вчера, 19:30
Я пришла домой с работы уставшая. В руках — пакеты с продуктами, в голове — планы на выходные. Хотела приготовить что-нибудь вкусное, может быть, позвать друзей.
Дверь квартиры была приоткрыта.
Странно, — подумала я. Игорь должен был быть на работе, а Светка…
— Лена, это ты? — раздался её голос из кабинета.
Я прошла туда и замерла.
На полу валялись мои дипломы. Бакалаврский, магистерский, справки о курсах повышения квалификации. Светка стояла над ними с зажигалкой в руке.
— Что ты делаешь?
— Убираю хлам, — она подняла на меня глаза. — Сколько можно этой макулатуре места занимать?
Я поставила пакеты и подошла ближе:
— Это мои документы.
— Документы? — Светка рассмеялась. — Да ладно тебе, Лен. Мы же все знаем, как ты их получала.
Что-то горячее поднялось у меня в груди.
— Что ты хочешь сказать?
— А то, что настоящие люди годами учатся, а таких, как ты, просто пропускают. За красивые глаза или… — она многозначительно посмотрела на меня. — Ну, ты понимаешь.
Я молча смотрела, как она поднимает мой диплом с красной обложкой. Тот самый, за который я четыре года не спала ночами, писала курсовые, сдавала экзамены.
— Всё равно фальшивые! — Светка щёлкнула зажигалкой.
Бумага загорелась.
Я стояла и смотрела, как пламя съедает мою фамилию, мои оценки, подпись ректора. Как превращает четыре года моей жизни в серый пепел.
— Что ты творишь? — Игорь влетел в комнат. — Света, прекрати!
Но было поздно. Диплом уже сгорел.
— Ничего страшного, — Светка стряхнула пепел с рук. — Просто освобождаю место для твоих наград. А этот хлам только пыль собирает.
Игорь растерянно посмотрел на меня:
— Лен, прости её. Она не подумала…
— Я очень хорошо подумала, — Светка встала и вытерла руки о полотенце. — В этом доме должны быть только настоящие достижения. А не липовые бумажки.
Она вышла из кабинета.
Я опустилась на колени и собрала пепел в ладони. Серые хлопья прилипали к пальцам.
— Лена… — Игорь присел рядом.
— Не надо.
— Мы можем восстановить дипломы…
— Не надо, — повторила я и встала.
В моей голове было очень тихо. Как будто все звуки исчезли, и остался только ровный гул.
Игорь что-то говорил, но я его не слушала. Я думала о другом.
О том, как три года назад Светка попросила меня помочь Игорю с диссертацией. Как я дни и ночи перелопачивала литературу, искала нужные данные, проверяла расчёты.
Лен, ты же умная, а у Игоря времени нет, дети, работа…
О том, как я написала для него половину глав. Как подделывала результаты экспериментов, которые он не проводил. Как заменяла чужие исследования его именем.
Это всё равно никто не проверит, а ему так нужна эта степень для карьеры…
О том, как я молчала, когда он защитился и получил повышение. Когда хвастался докторской степенью перед друзьями. Когда Светка гордилась своим «учёным» мужем.
А мои дипломы, которые я получила честно, оказались «фальшивыми».
— Лена, скажи что-нибудь, — Игорь потряс меня за плечо.
Я посмотрела на него и улыбнулась:
— Всё хорошо.
— Как всё хорошо? Она сожгла твои документы!
— Ничего страшного. Бумага и есть бумага.
Игорь нахмурился:
— Ты странно себя ведёшь.
— Просто устала. Пойду приготовлю ужин.
Я вышла из кабинета, неся пепел в ладонях.
На кухне высыпала его в блюдце и поставила на стол. Потом достала телефон.
— Здравствуйте, Михаил Петрович? Это Елена Коршунова… Да, помню, конечно. Слушайте, у меня есть информация, которая может вас заинтересовать…
Говорила я тихо, чтобы из душа не услышали. Михаил Петрович — мой научный руководитель по магистратуре — теперь возглавлял диссертационный совет, где защищался Игорь.
— Речь идёт о диссертации Моргунова Игоря Викторовича… Да, того самого. У меня есть доказательства фальсификации данных.
Пепел на блюдце был уже холодный.
— Завтра? Конечно, привезу все материалы.
Я положила трубку и стала резать картошку на борщ. Руки двигались сами собой, а в голове было всё так же тихо и спокойно.
Светка вышла из душа через полчаса.
— А что это за дым был? — спросила она, завязывая халат.
— Убирала хлам, — ответила я, не поднимая глаз от плиты.
— Молодец. А то захламили весь дом своими бумажками.
Я помешивала борщ и думала, как завтра утром Михаил Петрович откроет папку, которую я ему принесу. Как увидит там копии всех глав диссертации Игоря с моими исправлениями, мои черновики его «исследований», переписку, где я объясняла ему, как подделать результаты экспериментов.
— Лен, а ты чего такая задумчивая? — Светка села за стол.
— Да так. Планирую завтрашний день.
— А что завтра?
— Встреча одна важная.
Игорь вернулся поздно. За ужином он рассказывал о проблемах на работе, о новом проекте, который ему поручили благодаря докторской степени.
— Кстати, Михаил Петрович передавал тебе привет, — сказал он мне. — Встретил его сегодня в коридоре.
Я кивнула:
— Передавай тоже.
Светка что-то говорила о ремонте в спальне, о новых шторах. Я слушала и смотрела на пепел в блюдце. Серые хлопья уже почти не шевелились.
После ужина Игорь пошёл смотреть новости, а Светка — красить ногти. Я убрала со стола всё, кроме блюдца.
Легла спать в половине двенадцатого. Заснула сразу и спала без снов.
Утро субботы
— Лена, ответь мне, — Игорь смотрел на меня серьёзно. — Что ты знаешь о моей диссертации?
Я снова села за стол:
— Всё.
— Что — всё?
— Помнишь, как три года назад ты попросил меня помочь тебе с материалом? Как я сидела ночами, писала тебе главы, искала данные?
Игорь молчал.
— Помнишь, как ты не мог провести эксперименты, потому что не было времени? И как я предложила… скорректировать результаты?
— Лена…
— Помнишь переписку, где мы обсуждали, как лучше подделать протоколы? У меня всё сохранилось.
Игорь побледнел ещё больше:
— Ты не могла…
— Вчера в семь утра я отнесла все материалы Михаилу Петровичу. Он теперь заведует диссоветом, где ты защищался.
— ЛЕНА! — Игорь вскочил. — Ты понимаешь, что наделала?
Я спокойно допила кофе:
— Понимаю.
— Это же конец моей карьере! Меня уволят! Степень лишат!
— Наверное.
— КАК НАВЕРНОЕ?
Из коридора послышались шаги. Светка выходила из спальни.
— Что за крик с утра пораньше? — она зевнула и потянулась.
Игорь повернулся к ней:
— Твоя золовочка решила отомстить. За дипломы.
— За какие дипломы? — Светка не поняла.
— За те, что ты вчера сожгла, — я встала и подошла к блюдцу с пеплом. — Помнишь? Фальшивые бумажки.
Светка посмотрела на пепел, потом на меня, потом на Игоря.
— И что теперь будет?
— А теперь все узнают, чья диссертация действительно фальшивая, — я взяла блюдце и высыпала пепел в мусорное ведро. — Оказывается, мои дипломы были настоящими. А вот докторская степень твоего мужа…
Телефон зазвонил снова.
Игорь посмотрел на экран и не стал отвечать.
— Они будут звонить весь день, — сказала я. — Лучше возьми трубку.
— Лена, мы можем всё уладить, — Светка подошла ко мне. — Давай поговорим спокойно…
— Поговорим? — я улыбнулась. — А о чём? О том, как ты вчера объяснила мне, что настоящие люди годами учатся? Или о том, что я получила дипломы за красивые глаза?
Светка открыла рот, но ничего не сказала.
— Знаешь, Света, ты была права. В доме действительно должны быть только настоящие достижения.
Я взяла сумку и направилась к выходу.
— Лена, куда ты идёшь? — спросил Игорь.
— В институт. Подавать документы на восстановление дипломов. Настоящих дипломов.
— А мы?
Я остановилась у двери:
— А вы живите с тем, что осталось.
За спиной раздались приглушённые голоса, но я не стала слушать. Спустилась по лестнице и вышла на улицу.
На улице светило солнце. Дети всё ещё играли во дворе. Обычная суббота.
Только теперь у меня в кармане лежала расписка Михаила Петровича о принятии материалов к рассмотрению. А дома в мусорном ведре лежал пепел от моих дипломов.
Настоящих дипломов.
«Чебурашка» на колёсах: почему скоростной грузовик ЗИЛ не получил билет в жизнь