— До утра шесть часов, Андрей Викторович.
Максим стоял у двери, мял телефон в руках. Главный айтишник компании.
— И что мне с этими часами делать?
— Ничего. Данные не восстановить. Вирус профессиональный.
Андрей смотрел на экран. Вместо таблиц — чёрный фон и красная надпись: «Доступ запрещён». Двадцать лет работы. Сеть автоцентров по всей стране. Контракты на миллионы. И вот — одна ночь.
— Уходи, Максим.
— Но…
— Уходи.
Максим кивнул, вышел. Дверь закрылась. Андрей открыл ящик стола, достал папку с документами на квартиру. Завтра придут кредиторы. Партнёры потребуют возврата. В пятьдесят два года начинать с нуля.
Он положил голову на руки. В голове крутилось одно: всё кончено.
Вечером, уже после 22 часов, дверь тихо скрипнула. Легкие шаги. Потом тишина. Кто-то стоял рядом.
Андрей поднял голову. У стола стояла Надежда. Уборщица. В сером халате, с мокрыми руками. Она смотрела на экран.
Попросила посмотреть и молча взяла со стола схему компьютерной сети. Изучила. Провела пальцем по одной линии. Остановилась. Посмотрела на Андрея. Молча указала пальцем вниз.
— Что?
Она не ответила. Развернулась, пошла к двери. Обернулась, кивнула: иди за мной.
Они спускались по бетонной лестнице молча. В подвале пахло сыростью. Надежда включила свет, прошла к дальней стене. Остановилась. Указала на старый системный блок под грудой папок.
— Это старый сервер. Его пять лет назад сняли.
Надежда кивнула. Смахнула пыль. Нажала кнопку. Блок загудел.
— Живой.
Она достала из кармана халата маленькую флешку. Села на ящик, подключила к серверу. Начала что-то делать. Пальцы быстрые, уверенные.
— Вы что, айтишник?
Она не ответила. Вводила команды. Через минуту повернула монитор к Андрею.
— Вот ваши данные. Старая автоматическая копия. Три года назад перестала обновляться, но контракты, клиенты, счета — всё здесь.
Андрей уставился на экран.
— Откуда вы…
— Десять лет я была главным специалистом в вычислительном центре. Потом мама заболела. Я ушла. Ухаживала три года. Когда она из жизни ушла, я не решилась вернуться. Думала, отстала. Устроилась сюда. Мыть полы проще, чем доказывать, что ты ещё что-то стоишь.
Андрей молчал.
— Могу восстановить систему. Часов пять нужно. Успеем до утра.
— Вы уверены?
Она посмотрела на него.
— Вы три года назад взяли меня на работу. Без вопросов. Без рекомендаций. Когда другие отказывали. Это я вам должна.
Андрей кивнул.
— Делайте.
Надежда работала до рассвета. Андрей сидел рядом, подавал кабели. Под утро она откинулась на спинку стула.
— Готово. Проверяйте.
Андрей поднялся в кабинет. Контракты на месте. Счета читаются. База работает. Он выдохнул.
Надежда стояла у окна. За стеклом розовело небо.
— Вы спасли меня.
— Просто сделала то, что умею.
— С сегодняшнего дня вы больше не уборщица. Вы главный контролёр безопасности. Зарплата в несколько раз выше. Отдельный кабинет.
Надежда смотрела на него недоверчиво.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно.
Она сглотнула. Кивнула.
Через неделю Надежда проверяла логины доступа. И застыла. Вирус запустили в два ночи. С компьютера заместителя Андрея. Аркадия. Того самого, который двадцать лет был его другом.
Она пошла к Андрею с распечаткой.
— Посмотрите.
Он взял листы. Лицо стало суровым.
— Ошибка.
— Нет. Его личный пароль. Входили три раза. Проверяли, сработало ли.
Андрей швырнул бумаги на стол.
— Что предлагаете?
— Поставлю скрытое наблюдение. Если он ни при чём — ничего не случится. Если виноват — выдаст себя сам.
Андрей кивнул.
— Ставьте.
Через два дня Надежда принесла переписку. Аркадий обсуждал покупку компании после банкротства. За бесценок. Через подставные фирмы.
— Он хотел вас разорить. Потом выкупить всё.
Андрей читал молча. Руки дрожали.
— Я хочу, чтобы он сам признался. При всех.
На следующее утро Андрей собрал совещание. Аркадий напротив, расслабленный.
— У нас проблема, — начал Андрей. — Вирус оставил следы на старом сервере. Там все логи доступа за последние годы. Надежда сегодня вечером всё сотрёт и переустановит систему.
Аркадий дёрнулся.
— А может, не стоит торопиться?
— Нет, — сказала Надежда твёрдо. — Они заражены. Нужно удалять. Сегодня.
Вечером они остались в офисе. Надежда настроила камеры. В половине первого охранник позвонил:
— Аркадий Сергеевич пришёл. Документы забыл.
— Пусти.
Они спустились в подвал тихо. Аркадий сидел за компьютером. В руках флешка. Удалял файлы.
Андрей шагнул в свет.
— Что ты делаешь?
Аркадий обернулся. Побледнел. Флешка упала.
— Я… проверял систему.
— Ночью? С флешкой?
— Андрей, это не то, что ты думаешь…
— Это именно то. Ты запустил вирус. Хотел меня разорить.
Аркадий молчал. Дышал тяжело.
— Скажи хоть слово в своё оправдание.
Аркадий выпрямился. В глазах злость.
— Оправдание? Я двадцать лет вкалывал рядом с тобой. Ночами сидел. Клиентов искал. А ты единственный владелец. Я просто заместитель. Как наёмный.
— Ты мог попросить долю.
— Попросить? — Аркадий усмехнулся. — Ты бы дал? Честно?
Андрей молчал.
— Вот и я о том же.
— Ты решил украсть.
— Называй как хочешь.
Надежда протянула телефон.
— Вот переписка. Вот логины. Вот вы сейчас удаляете улики. Всё записано. Хотите, чтобы это увидели все? Или тихо уйдёте?
Аркадий смотрел на экран.
— Решай, — сказал Андрей. — Либо тихо исчезаешь, либо я передаю всё следователям.
Аркадий сжал кулаки. Выдохнул. Взял пиджак. Пошёл к выходу. У двери остановился.
— Знаешь, что самое смешное? Ты бы не выжил без неё. Без этой уборщицы. А я двадцать лет рядом был. И ничего не значил.
Он ушёл.
Андрей опустился на ящик. Закрыл лицо руками. Надежда села рядом. Молчала.
— Я правда не дал бы ему долю, — сказал Андрей глухо. — Он прав.
— Вы осторожный. Это разное.
— Может. Но он из-за этого сломался.
— Он сломался, потому что выбрал предательство.
Через месяц Андрей предложил Надежде стать партнёром.
— Двадцать процентов компании.
Она замерла.
— Зачем?
— Потому что вы это заслужили. Вы вернули мне веру.
Она смотрела на него долго.
— Вы уверены? Я ведь месяц назад полы мыла.
— Именно поэтому я уверен. Вы не потеряли себя за тряпкой. Значит, не потеряете за деньгами.
Она кивнула. На глазах блеснули слёзы.
— Спасибо.
— Это я вам должен, спасибо сказать. За ту ночь.
Они пожали друг другу руки.
Вечером они ужинали в небольшом кафе. Говорили о жизни.
— Знаете, что самое страшное? — сказала Надежда. — Я каждый день боялась, что кто-то узнает. Что я не просто уборщица. Легче было спрятаться. Стать невидимой.
— Теперь вы не невидимая.
— Да. Теперь нет.
Андрей налил ей чаю.
— Я всю жизнь думал, что успех — это когда ты всё контролируешь. Когда тебе не нужен никто.
— И что теперь думаете?
— Что успех — это когда рядом человек, который не предаст.
Надежда улыбнулась.
— Вы изменились за эти месяцы.
Они доели ужин. Андрей проводил её до дома. У подъезда она остановилась.
— Спасибо. За всё.
— Это я вас должен благодарить.
Она развернулась, пошла к двери. Он смотрел ей вслед. И понял: жизнь только начинается. С человеком, который пришёл из ниоткуда. Из подвала. Из забытого прошлого.
Андрей сел в машину. Посмотрел на окна дома, где жила Надежда. Там горел свет.
Впервые за много лет он не боялся завтрашнего дня. Потому что рядом был человек, который вытащил его из темноты. Молча. Без лишних слов. Просто указал на забытый сервер.
А Аркадий? Через месяц Андрей узнал, что его нигде не берут. Слух о предательстве разошёлся быстро. Человек, который предал, уже никчемный призрак. Даже если ходит по улицам.
Иногда спасение приходит оттуда, откуда не ждёшь. Из рук женщины в сером халате. Из забытого сервера, который никто не считал важным. И меняет всё.
– Мы расстались! Вы больше не хозяйка в моей квартире! – заявила я застывшей на пороге свекрови