Света пришла с работы уставшей. День выдался тяжёлым — отчёты, совещания, срывающиеся сроки. Она работала менеджером по закупкам в небольшой компании, и перед Новым годом всегда был аврал: все хотели успеть закрыть договоры до праздников. Она скинула туфли в прихожей и прошла на кухню, надеясь хотя бы спокойно попить чаю. Муж Денис сидел за столом с телефоном в руках. Он поднял глаз, когда она вошла, и буркнул:
— Мама приедет послезавтра. На пару дней. Пока я всё решу с её квартирой.
Света застыла, держа чайник в руках.
— Как это — приедет? Мы же не обсуждали…
— А что тут обсуждать? Она моя мать. У неё проблемы с отоплением, ремонтники приедут только через неделю. Она что, на улице должна мерзнуть?
— Денис, до Нового года две недели. Я планировала спокойно встретить праздник. Вдвоём. Ты же помнишь, мы об этом говорили ещё месяц назад.
— Ну и встретим. Она же недолго, — Денис снова уткнулся в телефон, показывая, что тема закрыта.
Света налила воды в чайник и включила его. Внутри всё сжалось от предчувствия, что «пару дней» растянутся на недели, а то и больше. Она слишком хорошо знала свекровь, чтобы надеяться на иное.
Свекровь Раиса Фёдоровна приехала в субботу утром. Света открыла дверь и увидела не одну дорожную сумку, как ожидала, а два огромных чемодана, три пакета и ещё какую-то коробку с надписью «Хрупкое».
— Здравствуй, Светочка, — свекровь прошла внутрь, не дожидаясь приглашения. — Помоги Денису занести вещи, а то он один не справится.
Света молча взяла один из пакетов и пошла следом. Денис тащил чемоданы, пыхтя и краснея от натуги. Раиса Фёдоровна уже стояла посреди гостиной и оглядывала пространство критическим взглядом.
— Тут бы переставить диван, а книжный шкаф вообще убрать куда-нибудь. Места больше станет, — произнесла она, снимая пальто. — И света такая тусклая. Вы бы лампочки поменяли на более яркие.
Света посмотрела на мужа, ожидая, что он скажет что-то вроде «мама, не стоит», но Денис просто кивнул и пошёл на кухню.
— Раиса Фёдоровна, вы надолго с таким багажом? — осторожно спросила Света.
— Ну я же не знаю, сколько ремонтники будут возиться. Взяла на всякий случай. Лучше больше, чем потом за каждой мелочью ездить. Да и вообще, у вас тут места много, не жалко же.
Света сглотнула комок раздражения и пошла ставить чайник. Она чувствовала, как в доме сразу стало тесно — не физически, а именно по ощущениям, будто воздуха стало меньше.
Уже к вечеру Раиса Фёдоровна полностью обосновалась в гостиной. Её вещи лежали на диване, на кресле, на журнальном столике. Она достала из сумки какие-то журналы, косметику, лекарства и расставила всё это на полках, будто собиралась жить здесь месяцами. На столе появилась её любимая кружка, на подоконнике — комнатное растение в горшке.
— Это фиалка, — объяснила она Свете. — Я её с собой везде вожу. Без неё не могу.
Света кивнула, не зная, что ответить.
Света готовила ужин, а свекровь заглядывала на кухню каждые десять минут, давая советы.
— Картошку надо мельче резать, она быстрее сварится. А мясо ты передержала, теперь жёстким будет. У меня Денис любит, когда всё мягкое, нежное. Ты бы научилась готовить как следует. В твоём возрасте я уже умела делать сорок видов салатов и пятнадцать видов супов.
Света крепче сжала нож. Она молчала, продолжая резать овощи. Денис сидел в комнате за компьютером, делая вид, что занят работой.
— И вообще, — продолжала Раиса Фёдоровна, — тут надо кое-что поменять. Цветы эти убрать, они пыль собирают. Ковёр тоже старый какой-то. Вы бы освежили интерьер. У соседки моей недавно ремонт был — красота! Всё новое, современное. А у вас как в прошлом веке.
Света глубоко вдохнула и выдохнула.
— Раиса Фёдоровна, это наша квартира. Нам здесь удобно так, как есть.
— Ну я же не приказываю, просто советую, — свекровь обиженно поджала губы. — Молодёжь сейчас такая — слова лишнего не скажи. Сразу обижаются.
На следующий день Света проснулась от звука телевизора. Раиса Фёдоровна сидела в гостиной с утра и смотрела какое-то ток-шоу на полную громкость. Было восемь утра, воскресенье. Обычно Света любила поспать подольше в выходной, но теперь об этом можно было забыть.
Света вышла на кухню, надеясь хоть кофе спокойно выпить, но свекровь тут же появилась рядом.
— Светочка, ты знаешь, я тут подумала. Новый год же скоро. Надо встречать по-настоящему! Я позову своих подруг, Денис пригласит коллег. Соседку Валентину Ивановну тоже надо позвать, она одна живёт, бедная. Сделаем большой стол, как в моё время было принято. С холодцом, с заливным, с оливье настоящим, не вашим упрощённым.
Света замерла с чашкой в руках.
— Раиса Фёдоровна, мы с Денисом планировали встретить Новый год вдвоём. Тихо, спокойно.
— Ой, да что вы понимаете! Молодые всегда так — сидят по углам. А праздник должен быть с гостями, с шумом, с весельем! До утра музыка, танцы! Вот это настоящий Новый год! А то сидите вдвоём, как два старика. Это же скучно!
Света посмотрела на Дениса, который только что вышел из спальни.
— Денис, мы же договаривались…
— Мам, может, правда не стоит? — неуверенно сказал он.
— Что значит «не стоит»? — Раиса Фёдоровна вскинула брови. — Ты же знаешь, что я всегда праздники люблю шумные. Или ты хочешь, чтобы я скучала одна? Я для вас стараюсь, хочу, чтобы было весело!
Денис помялся и опустил взгляд.
— Ну ладно, мам. Как скажешь.
Света медленно поставила чашку на стол. Внутри что-то оборвалось. Она поняла, что её мнение снова не имеет значения.
Следующие дни прошли в постоянном напряжении. Раиса Фёдоровна каждый день что-то переставляла, перекладывала, давала указания. Света возвращалась с работы и находила то, что её любимая ваза переехала на другую полку, то что подушки на диване лежат иначе, то что кто-то трогал её косметику. Однажды она обнаружила, что свекровь перебрала её шкаф.
— Раиса Фёдоровна, не надо перекладывать мои вещи, — попросила она однажды вечером, стараясь сохранить спокойствие.
— Ой, да я просто порядок навожу! Ты же не против, чтобы дома было чисто? У тебя там такой беспорядок был — майки с платьями перемешаны. Я всё разложила по цветам и по сезонам.
— Я против, чтобы кто-то трогал мои личные вещи.
Свекровь скривилась.
— Вот это да. Какие мы обидчивые. Денис, ты слышишь, как со мной разговаривают?
Денис сидел на диване с телефоном и делал вид, что ничего не слышит. Света видела, как напряглись его плечи, но он не поднял головы.
За три дня до Нового года Света пришла домой и обнаружила, что свекровь развесила по квартире какие-то гирлянды, расставила фигурки Деда Мороза и Снегурочки, а на кухне стопкой лежали продукты — явно купленные для большого застолья. На столе было написано меню на листе бумаги.
— Раиса Фёдоровна, это что?
— Готовимся к празднику! Я уже всех пригласила. Будет человек пятнадцать. Может, даже двадцать. Надо же достойно встретить Новый год! Я составила меню, вот. Холодец будем делать завтра, салаты — послезавтра. Ты мне поможешь, конечно.
Света почувствовала, как в висках застучало.
— Вы пригласили людей в нашу квартиру? Без нашего разрешения?
— Ой, да какое там разрешение! Это же праздник! Все будут рады! И вообще, я тут до января останусь. Так всем удобнее. Мне ехать некуда, у вас места достаточно. И потом, кто будет готовить, если я уеду? Ты же ничего толком не умеешь.
Света обернулась к мужу, который как раз входил в прихожую.
— Денис, ты это слышал?
Он кивнул.
— Ну да, мама сказала. Ничего страшного, потерпим ещё немного.
— Как это «потерпим»? До января ещё две недели!
— Света, ну не устраивай сцену. Это моя мать. Куда ей ехать? У неё же отопление не работает.
— Ремонтники разве не должны были уже всё починить?
— Ну… Задерживаются немного, — неуверенно сказал Денис.
— Задерживаются, — повторила Света. — Понятно.
Она прошла в спальню, не желая продолжать этот разговор.
Света закрыла дверь спальни и села на кровать. Положила руки на колени. Дышала ровно, глубоко, пытаясь успокоиться. Но успокоения не приходило. Вместо него пришла ясность — холодная, чёткая, беспощадная.
Разговоров больше не будет. Ни сейчас, ни потом. Денис не видит проблемы. Он не видит, что его жена задыхается в собственном доме. Он не видит, что его мать заняла всё пространство — физическое и психологическое. Он просто не хочет видеть. Потому что так проще. Потому что это требует от него выбора, а выбирать он не умеет.
Света достала телефон и написала подруге Тане: «Можно к тебе на Новый год приехать? Срочно надо».
Таня ответила почти сразу: «Конечно! Приезжай хоть завтра. Что случилось?»
«Потом расскажу. Спасибо. Ты спасаешь меня».
Света выключила телефон и начала собирать вещи в небольшую сумку. Несколько комплектов одежды, косметичка, документы, зарядка, любимая книга. Она действовала быстро, чётко, не думая о последствиях. Внутри было спокойно. Решение принято, сомнений нет.
***
Остаток вечера Света провела тихо. Вышла к ужину, поела молча, ушла обратно в спальню. Раиса Фёдоровна что-то говорила о планах на завтра, о том, что нужно купить ещё продуктов, что надо бы помыть окна. Света кивала, не вслушиваясь в слова.
Ночью она плохо спала. Прокручивала в голове план действий. Утром, когда все ещё спят, она вынесет вещи свекрови, оставит записку и уедет. Просто. Без лишних слов и объяснений. Потому что объяснять бесполезно.
Утром 31 декабря Света проснулась в шесть. Денис ещё спал, Раиса Фёдоровна храпела в гостиной. Квартира была тихой — может быть, последний раз за долгое время.
Света оделась, взяла сумку и вышла из спальни. Прошла в гостиную, где на диване среди одеял и подушек громоздились вещи свекрови. Она методично собрала чемоданы, пакеты, коробку с фиалкой — всё, что привезла Раиса Фёдоровна. Работала молча, аккуратно, не спеша.
Раиса Фёдоровна перевернулась во сне, пробормотала что-то неразборчивое, но не проснулась. Света открыла дверь квартиры и вынесла чемоданы на лестничную клетку. Один, второй, потом пакеты, коробку с фиалкой. Расставила всё компактно у стены, чтобы никому не мешало.
Вернулась в квартиру, закрыла дверь. Прислушалась — тишина. Свекровь всё ещё спала.
***
Ключи от квартиры остались у неё — замки менять не нужно было, свекровь здесь не прописана, своих ключей у неё нет. Света достала лист бумаги и ручку. Написала коротко, без лишних слов: «Вещи твоей мамы на лестничной клетке, а я уехала встречать Новый год без скандалов».
Положила записку на тумбочку в прихожей так, чтобы её было сразу видно. Взяла сумку, вышла, закрыла дверь и спустилась вниз. На улице было морозно, но свежо. Света вдохнула полной грудью и почувствовала облегчение.
Света села в такси и уехала на вокзал. Поезд до города, где жила Таня, уходил через час. Она купила билет, села в зале ожидания и выключила телефон. Не хотела слышать звонки, сообщения, оправдания.
В поезде она смотрела в окно на пролетающие мимо пейзажи и чувствовала странное спокойствие. Не злость, не обиду — именно спокойствие. Будто сняла с плеч тяжёлый мешок, который тащила слишком долго.
Таня встретила её на вокзале с горячим кофе и объятиями.
— Рассказывай, что случилось.
— Потом. Сейчас просто хочу побыть в тишине.
Таня кивнула и не настаивала. Она отвезла Свету к себе домой, показала комнату, где можно переночевать.
— Оставайся сколько хочешь. Новый год встретим вдвоём, спокойно. Или с моим братом, он тоже приедет. Без шума и навязчивых родственников.
Света улыбнулась — впервые за долгое время.
Денис вернулся домой около шести вечера. Он привёз пакеты с продуктами — свекровь дала список, что нужно докупить к праздничному столу. Поднялся на свой этаж и застыл перед дверью.
На лестничной клетке стояли чемоданы матери. Два больших, три пакета, коробка с фиалкой. Всё аккуратно расставлено вдоль стены.
— Что за… — пробормотал он.
Достал ключи, открыл дверь. Прошёл внутрь, оглядываясь. Квартира была тихой. Слишком тихой.
— Света? — позвал он.
Тишина.
— Мам?
Из гостиной выглянула Раиса Фёдоровна, заспанная и растрёпанная.
— Денис, ты чего кричишь? Я задремала…
— Мама, твои вещи на лестнице.
— Что?! — она выбежала в прихожую. — Как это на лестнице?!
Денис увидел листок бумаги на тумбочке. Взял его, прочитал. Потом перечитал ещё раз.
«Вещи твоей мамы на лестничной клетке, а я уехала встречать Новый год без скандалов».
Он стоял с запиской в руках и пытался осмыслить произошедшее. Раиса Фёдоровна вырвала у него листок и прочитала сама.
— Что?! Да как она смеет?! Денис, ты слышишь?! Она выставила меня! Меня! Твою мать!
Денис молчал. Он несколько раз перечитывал строчку про себя, словно надеялся, что смысл изменится. Но слова оставались теми же.
— Денис! Ты будешь что-то делать или так и будешь стоять?!
Он достал телефон и набрал номер жены. Длинные гудки. Потом автоответчик: «Абонент недоступен».
Набрал ещё раз. И ещё. Результат тот же.
— Она не берёт трубку, — тихо сказал он.
— Ну так иди, найди её! Верни домой! Объясни ей, что так нельзя!
Денис посмотрел на мать, потом на записку, потом снова на телефон. Внутри него медленно росло понимание, что объяснять уже поздно.
Раиса Фёдоровна начала причитать, что это позор, что соседи увидят её вещи на лестнице, что она всегда знала, что Света плохая жена. Денис слушал вполуха. Он прошёл в спальню — там не было Светиных вещей. Ну, то есть одежда в шкафу висела, но сумки не было. Косметички тоже. Её любимая книга, которая всегда лежала на тумбочке, исчезла.
Она уехала. Реально уехала.
Он вернулся в прихожую. Мать всё ещё говорила что-то про неуважение и бессовестность. Денис молча вышел на лестничную клетку и начал затаскивать чемоданы обратно в квартиру.
— Вот и правильно! — одобрительно сказала Раиса Фёдоровна. — Хоть ты нормально себя ведёшь. А то она совсем обнаглела.
Денис молчал. Он расставил вещи в прихожей и закрыл дверь. Внутри него что-то сжималось, но он не мог понять, что именно.
Вечером начали приходить гости — те самые, которых позвала свекровь. Человек десять за первые полчаса. Раиса Фёдоровна встречала их радостно, рассказывала, как замечательно они встретят Новый год. Денис сидел на кухне и смотрел в стол.
Один из гостей, сосед по лестничной площадке, подошёл к нему:
— Ты чего такой мрачный? Праздник же!
— Жена уехала, — коротко ответил Денис.
— Как уехала? Куда?
— Не знаю. Сказала, что встречает Новый год без скандалов.
Сосед хмыкнул.
— Ну значит, были причины. Жёны просто так не уезжают.
Денис не ответил.
В квартире становилось всё шумнее. Гости пили, смеялись, включили музыку. Раиса Фёдоровна ходила довольная, накладывала всем еду, рассказывала анекдоты. Денис сидел в стороне и понимал, что этот праздник — не его. Он никогда его не хотел. Он согласился, потому что так было проще. Потому что не хотел спорить с матерью.
А Света спорить не стала. Она просто ушла.
Он снова попробовал позвонить ей. Телефон по-прежнему был недоступен.
К полуночи гости уже были изрядно навеселе. Раиса Фёдоровна пела караоке, соседка Валентина Ивановна танцевала с каким-то незнакомым мужчиной. Денис вышел на балкон, чтобы хоть немного побыть в тишине.
Город сверкал огнями, из окон соседних домов доносились смех и музыка. Где-то там, в одном из этих домов, его жена встречала Новый год. Без него. Без скандалов. Без его матери.
Он вспомнил, как ещё две недели назад они с Светой планировали тихий вечер вдвоём. Она хотела приготовить что-то особенное, они собирались посмотреть любимый фильм, выпить шампанского на балконе. Просто вдвоём. Спокойно.
А он разрушил эти планы, даже не спросив её мнения. Просто сказал, что мать приедет, и всё. Как будто её желания не важны.
В час ночи гости начали расходиться. Раиса Фёдоровна, довольная и утомлённая, улеглась в гостиной спать. Денис остался один на кухне. Квартира была в полном беспорядке — грязные тарелки, стаканы, салфетки на полу, остатки еды на столе. Пахло табаком и алкоголем.
Он начал убирать. Молча складывал тарелки в раковину, вытирал стол, выносил мусор. Работал механически, не думая ни о чём.
Закончил в три утра. Сел на диван и уставился в стену.
Телефон Светы по-прежнему был недоступен. Он написал ей сообщение: «Прости. Я всё понял. Позвони, пожалуйста».
Отправить не получилось — телефон был выключен.
Утром первого января Денис проснулся с тяжёлой головой. Не от алкоголя — он почти не пил. От осознания того, что он натворил.
Он встал, умылся, оделся. Прошёл в гостиную. Раиса Фёдоровна уже проснулась и пила чай.
— Мам, тебе пора ехать домой, — сказал он спокойно, но твёрдо.
— Что? Но я же говорила, что останусь до…
— Нет. Ты едешь сегодня. Сейчас.
Свекровь раскрыла рот от удивления.
— Денис, ты что, с ума сошёл? Из-за этой своей Светки?!
— Из-за себя, мам. Я должен был сказать тебе «нет» ещё две недели назад. Должен был защитить свою жену. Но я струсил. Мне было проще согласиться с тобой, чем признать, что ты неправа.
— Да как ты смеешь… Я твоя мать! Я тебя вырастила! А ты сейчас…
— Я собираю твои вещи. Через час вызову тебе такси.
Раиса Фёдоровна вскочила, начала кричать что-то про неблагодарность, про то, что она его вырастила, что он предатель. Денис слушал молча. Потом спокойно повторил:
— Через час такси будет внизу. И больше ты не приедешь сюда без приглашения. Это дом моей жены. Наш дом. И здесь действуют наши правила, а не твои.
Когда мать уехала, Денис остался один. Квартира была тихой. Впервые за долгое время — по-настоящему тихой. Он ходил по комнатам и понимал, что потерял что-то важное. Что-то, что, возможно, уже не вернуть.
Он сел на диван и включил телефон Светы ещё раз. На этот раз прошёл звонок.
— Алло, — её голос был спокойным, даже холодным.
— Света… Прости. Я идиот. Я всё понял.
Она молчала.
— Мама уехала. Я отправил её домой. Больше она не приедет без твоего согласия. Я обещаю.
— Денис, дело не только в твоей маме, — сказала Света тихо. — Дело в том, что ты не слышал меня. Совсем. Ты даже не пытался. Ты просто принимал решения, а я должна была с ними смириться.
— Я знаю. И я хочу исправить это. Если ты дашь мне шанс.
Она вздохнула.
— Мне нужно время подумать. Я не знаю, Денис. Ты даже не представляешь, каково это — жить в собственном доме и чувствовать себя лишней.
— Я понимаю. Прости. Правда прости.
— Увидимся через несколько дней.
Она повесила трубку. Денис положил телефон на стол и посмотрел на записку, которая всё ещё лежала на тумбочке.
Этот Новый год он встретил без гостей, без шума, с ясным пониманием, что удобство одних больше не может оплачиваться терпением других. Он понял, что его жена имела полное право на тишину в собственном доме. И что он потерял её доверие, когда выбрал молчание вместо защиты.
Телефон завибрировал. Сообщение от Светы: «Я подумаю. Но знай — если это повторится, я уйду навсегда».
Денис написал в ответ: «Больше не повторится. Обещаю».
Света вернулась через неделю. Они долго разговаривали. Честно, без недомолвок. Денис признал все свои ошибки и пообещал, что больше никогда не пустит в их дом хаос без её согласия. Света согласилась дать ему ещё один шанс. Но предупредила: если он снова выберет удобство перед её спокойствием — она уйдёт навсегда.
И Денис знал, что она не шутит. Он видел это в её глазах. И он был благодарен ей за этот шанс. За то, что она не ушла насовсем. За то, что дала ему возможность всё исправить.
А Раиса Фёдоровна больше не приезжала без предупреждения. И Новый год в следующем году они встречали вдвоём — тихо, спокойно, так, как хотели оба.
— Муж тайком готовил дарственную на мою квартиру для золовки! Свекровь уверяла, что так будет “мир в семье”.