Ох, прибыли наконец-то! Еле добрались до вас! Ну и жара стоит! А что такое лицо? Ну да, мы вас не предупредили о своём приезде. Так уж вышло, — с такими словами, протискивая вперед себя громоздкие чемоданы, в квартиру вошли двоюродный брат жены Николай и его супруга Аглая.
Э… А… Вы откуда? — растерянно спросил Виктор, который был сейчас дома один.
Оттуда! Из дома вестимо! — глуповато пошутил Николай. — Гостиницы сейчас все заняты, горячий сезон, сами понимаете. А на море всем хочется. Что мы, не люди, что ли?
Виктор вернулся утром с ночного дежурства. Он работал врачом на скорой, и прошедшая ночь выдалась неспокойной. Вызовы к больным сыпались один за другим, некогда было не только прилечь, но даже и присесть. И в этот полуденный час, когда раздался пронзительный звонок в дверь, уставший и измотанный мужчина крепко спал в тишине своей квартиры.
Супруга Дарья была на работе, дети в лагере. Внезапный и настойчивый звонок был как гром среди ясного неба. Ещё толком не проснувшись, на автомате Виктор пошёл к двери. И совсем не задумываясь о том, кто бы это мог быть, смело открыл её. Хотелось побыстрее выяснить, кто это названивает, и опять лечь спать.
За дверью стояли Николай и Аглая из Покровки, посёлка в Самарской области, где жила вся родня его жены.
Вы откуда? — опешил Виктор.
Он ещё не совсем проснулся, зевал, тёр руками глаза и увиденное считал каким-то наваждением.
Как откуда? Ну ты даёшь? — громко загоготал Николай и стукнул его по плечу своей огромной ручищей. — Привет, Витюха. Дрыхнешь? А вся страна уже давно живёт активной жизнью, между прочим.
Привет, — до Виктора наконец стала доходить вся суровая правда бытия.
Он понял, что гости перед ним реальные, и делать вид, что дома никого нет, уже поздно.
Давай-давай, не тупи, затаскивай чемоданы! — грубовато скомандовал Николай жене.
Здравствуй, Витя! А Даша на работе? — спросила она, проходя с чемоданом мимо хозяина квартиры.
На работе. Где же ей ещё быть? — не совсем вежливо отозвался он.
Ясен пень, вы нас не ждали. Это и так понятно, мы же не глупые! Но потерпеть придётся. А что делать? Мы — родня, а это ко многому обязывает! — пафосно выдал Николай, раскрывая свой чемодан, чтобы достать оттуда домашние тапки.
Нас? — почему-то спросил Виктор.
Да, конечно. И вас, и нас — всех. Сегодня мы к вам приехали в гости, а завтра, чем чёрт не шутит — и вы к нам в посёлок нагрянете.
Да нам есть у кого, кроме как у вас, в Покровке остановиться, — недовольно ответил хозяин.
Вот! Дело говоришь! А нам здесь, у вас в Анапе, не у кого. Только вы! Поэтому уж придётся нас потерпеть. Не в гостиницу же нам идти. Тем более, они все заняты, — Николай опять громко и не к месту засмеялся.
Не хочу показаться грубым, но вообще-то нормальные люди свои поездки заранее планируют и места в гостинице тоже бронируют заблаговременно, — недовольно ответил Виктор.
Чувствовал он себя не очень. Поэтому и гостей встречал с суровым видом.
Слушай, ну ты чего? Не рад, что ли нам? Смурной какой-то, помятый. Так гостей не встречают. Всё уже случилось, мы прибыли к вам. И назад нас уже не выпроводить. Так что улыбку на лицо и побольше оптимизма, дружище!
А вы надолго приехали? — с надеждой спросил Виктор.
Да нет, что ты! Дня на два, ну может, на три, — нагло врал ему Николай.
С такими чемоданами — и на два дня? — не поверил ему хозяин. — Ты ври, да не так явно. Главное ведь вселиться, а там как пойдёт, да? Хитёр ты, Николай.
О, догадался? Тоже так всегда делаешь, да? — обрадовался беспардонный родственник.
Да нет, не приходилось. Как-то всё по правилам, по совести…
Ну, хватит базарить о пустом. Куда нам можно вещи свои кинуть? Спальные места нам с Аглашей определи. Здесь, что ли, на этом диване спать будем? — деловито интересовался Николай. — Хорошо, сойдёт. Нам же только ночевать. Остальное время мы с женой на море будем проводить.
Гости по-хозяйски принялись распаковывать свои чемоданы, а Виктор ушёл на кухню, откуда позвонил Даше.
Что ты сказал? — не поверила жена. — Николай с Аглаей припёрлись? Ну и ну! Вот наглецы! Хотя о чём я? Узнаю своего наглого братана. Хоть бы позвонил сначала. Всю жизнь так себя ведёт. Наглость — второе счастье, это про него.
Слушай, ну теперь накрылась наша с тобой поездка на дачу к Морозовым в субботу. А я уже и с дежурством договорился. Анну Васильевну попросил вместо себя в субботу отработать. Так хотелось отдохнуть, с друзьями пообщаться, — грустно рассуждал в трубку Виктор. — Теперь придётся твою родню веселить.
Не придётся! Ещё чего! Почему мы из-за них должны свои планы менять? — ответила Даша уверенно. Она, в отличие от мужа, обладала характером решительным и твёрдым.
Ну а что делать? Они уже у нас дома, — недоумевал Виктор.
На сколько, ты говоришь, они приехали? — уточнила Дарья.
Сказали, что дня на два-три. Но у них такие чемоданы, как будто на две недели. Врут, ясно как белый день.
Вот через три дня и съедут. К выходным в нашей квартире уже никого не будет. Это я тебе обещаю!
Вернувшись с работы, Даша застала двоюродного брата и его жену сидящими за накрытым столом на кухне. Родственники бурно отмечали свой приезд на море.
Пиво лилось рекой, солёная рыба разных наименований и размеров заняла всё пространство стола. Разлетевшаяся по всей кухне чешуя, густой пивной запах — вот, что встретило хозяйку дома после тяжёлого трудового дня.
О, сестрёнка пришла. Привет! — Николай потянулся обнять Ольгу воняющими солёной рыбой ручищами.
Привет! Празднуете? — недовольно отреагировала хозяйка, увернувшись от объятий.
Да вот, решили отпуск у вас на море провести. Имеем право, заслужили тяжёлым трудом. Садись с нами, выпей пивка. Рыбкой угостись. Устала, наверное, на работе? Витька твой чего-то отказался, — недоумевал Николай.
Да нам до отпуска ещё доработать надо. Завтра с утра опять трудиться. Но я с вами посижу. Вот только сейчас душ приму. А ты, Аглая, прибралась бы здесь немного, а то даже за стол неприятно садиться, — с укором сказала Дарья.
Совсем не хотелось ей сейчас сидеть и распивать пиво с незваными гостями. Но у Даши была цель. А цель, как говорится, оправдывает средства.
Она уже знала, как действовать, чтобы выдворить наглых и беспардонных родственников из своей квартиры.
К её выходу из душа Аглая прибралась на кухне, и теперь Дарья могла сесть за чистый стол.
Коль, а ты помнишь Зину? Ну ты её ещё замуж звал в десятом классе? — вдруг как будто не к месту начала Даша.
Ну, помню. Когда это было? В детстве, сто лет прошло, — беспечно отвечал Николай, потягивая пивко.
Ничего себе — детство! Так ты к ней бегал, когда она замужем уже была. Забыл? Муж — на вахту, а этот — к Зинке, — глядя на Аглаю, с хитрой улыбкой продолжала она.
Нет, ну чё ты в самом деле сейчас-то об этом, я не пойму? — начал нервничать брат. — Всё давно уже прошло, а ты вспомнила. И главное — к чему?
Да к тому. Я её недавно встретила, у матери когда гостила. Разошлась Зинка с мужем. Выгнал он её с ребёнком на улицу. Несчастная она какая-то, потерянная. Мне даже жалко её стало. Ребёночек-то у неё не твой, Коль? Может, ты тому виной? — подмигнула ему Даша.
Да при чём здесь я? Ну ты совсем уже! Думай, что говоришь! Я с Аглаей уже пять лет живу. А ты про Зинку мне. Зачем?
Ну, ладно, ладно. Так я просто, что-то вспомнилось…
Но Дарья и не думала успокаиваться. Она прекрасно знала, что приехавшая в посёлок из города Аглая практически ничего не знает о прошлом своего мужа. Вот на этом она и решила сыграть сейчас.
Ой, а подружку мою, Танюшку, помнишь, Коль? — изображая изрядное опьянение, продолжала хозяйка. — Ты же ей сердце разбил. Как она тебя любила! Как страдала! Как плакала! Всё, говорит, ему отдала, всю себя. И жизнь бы отдала, только бы он любил меня. А ты что?
Что? — живо спросила Аглая, которая уже явно была расстроена.
Бросил! Учителку молодую стал очаровывать, которая к нам в посёлок тогда приехала работать, — охотно делилась Даша с женой Николая. — Сразу после института она была, неопытная.
Очаровал? — с интересом спросила Аглая. Её настроение было уже далеко не таким лёгким и беззаботным.
Колька-то? А как же! Он да не очарует! Охмурил в один день! До скандала дело дошло! Пришлось той учительнице уехать из Покровки.
Почему? — Аглая уже чуть не плакала.
Даш, прекрати, прошу тебя! Что у нас сегодня вечер воспоминаний, что ли? Додумалась тоже! — недовольно и даже со злом выдал Николай.
Он не мог не заметить, как изменилась в лице супруга. Да и самому ему было неприятно всё это слушать.
Нет, пусть твоя жена знает, какой у неё легендарный муж. И что все женщины готовы за него жизнь отдать! — всё больше входя в роль, продолжала Даша. — А училку ту, знаешь, выперли из посёлка за аморалку. Да, вот так. С этим вот, мужем твоим, жила в открытую, а в загс не торопилась. А в деревне этого не любят. Что ты её в загс-то не повёл, Коль? Хорошая, вроде, была, красивая такая, статная, с образованием. Чем не жена?
Так, всё! Мы спать пойдём. Устали сегодня, с поезда, день тяжёлый выдался. Поэтому хватит. Посидели, пора и честь знать.
Николай позвал жену в комнату.
Завтра договорим, — многообещающе сказала Даша. — А ты, дорогая, не торопись ложиться. Убери здесь всё сначала. Не мне же за вами всё это мыть.
Аглая осталась на кухне мыть посуду, а Даша ушла в спальню. Без Николая, главного зрителя, продолжать этот спектакль не имело никакого смысла.
На следующий день гости пришли с моря поздно.
Мы поужинали в кафе, — объявили они хозяевам.
Вот и прекрасно. Значит, просто попьём чай. Я ради такого дела и тортик купила, — подмигнула Даша Аглае.
Ой, от тортика я не откажусь, — сказала она. — Люблю сладкое.
Да и я тоже. Ставь чай, сестра, — согласился Николай.
Как вам море, пляж? — спросил гостей Виктор.
Всё замечательно. Море — просто супер, — делилась Аглая — И фрукты у вас такие вкусные, сочные, спелые. Коля их просто обожает.
Да, обожает, ты права! Однажды объелся сливами. Помнишь, Коль? Так плохо ему было, что его даже в больницу положили.
Да? А он мне никогда не рассказывал, — удивилась Аглая.
А что он тебе рассказывать-то будет? Как там, в больнице, замужнюю медсестричку Верочку соблазнил?
Даш, ты опять? Может, хватит уже? — чуть не кричал брат. — Ты решила всю мою биографию Аглаше рассказать?
А что я? Я ничего. Это всё ты. Удивлял всю родню своими выходками до двадцати пяти лет. И ты знаешь, Аглаша, Верочка та с дуру бросила мужа, детей матери отдала и пустилась с ним во все тяжкие. Вот до какой степени влюбилась! Куда вы с ней ездили-то, Коль? В Москву, что ль? — и не дождавшись ответа, продолжала. — Да, в Москву поехали они тогда, за лучшей долей. Хотели жизнь с чистого листа, на новом месте, начать. Ему-то что, охламону. Он молодой, неженатый. А у Верки семья, дети. Вернулись, правда, быстро почему-то. Любовь как-то резко закончилась. Вот история! А она так и одна теперь, Верочка-то. Детей растит. Мать ей помогает, а муж нет. Уехал муж куда-то от позора, сгинул, чтобы людям в глаза не смотреть.
Коля, как ты мог? Это что, правда? — Аглая сидела бледная и поникшая.
Да врёт она всё! Что ты её слушаешь! Язык без костей, — попытался отшутиться Николай.
Не вру. И ты лучше меня это знаешь, Коля. А у меня даже фотки есть. Могу показать, Аглаш, хочешь? Сейчас принесу, — опять оживилась Дарья.
Ну нет! Этого нам ещё не хватало! Какие фотки, спать пора. Идём, чего расселась? — строго сказал Николай жене.
На следующий день, вернувшись работы, Дарья не обнаружила вещей брата и его жены.
Съехали? — с радостью спросила она у мужа.
Да. Сказали, что нашли уютную комнату рядом с пляжем. Дескать, от нас им до моря добираться долго и неудобно, — улыбаясь, рассказывал жене Виктор. — А ты молодец! Как ты его уделала, под орех расписала!
А ты не молодец, дорогой мой. Вот правда! Сколько раз уже тебе говорила — смотреть надо в глазок, кому дверь открываешь. Таких наглых даже на порог не надо пускать. Это тебе на будущее. Гости — это те, кого мы сами пригласили. А все остальные — пусть катятся на все четыре стороны. Понял?
Понял.
Ну вот то-то. Живёшь на море — держи ухо востро. Чтобы не отмахиваться потом от орды незваных гостей. Таких желающих ещё, знаешь, сколько здесь будет!
Вспомни вкус бедности, дорогая!— заявил муж, выгоняя меня на улицу. Но его смех оборвался, когда я положила на стол папку с диагнозом